Новая внешняя политика Украины: нужно ли нам повторять за Польшей и Турцией?

Одна из довольно острых тем в дискуссиях о внешней политике Украины касается нашей "субъектности" или полноценности на мировой арене. Первое слово используют намного чаще, особенно политики на разных телеканалах, и даже сам глава государства в своих публичных выступлениях.

"Субъектность" стала неким маркером успешной Украины на внешнеполитическом поле. Как сказал Владимир Зеленский в эфире телеканала "1+1" в конце августа этого года: "Я считаю, что мы точно субъективизируемся. Я делаю все, чтобы нас уважали за рубежом – не только в нашей стране. Чтобы считались с нашим мнением, чтобы мы были вместе, чтобы за нас не решали вопросы".

Другими словами, "субъектность" в понимании президента (и большей части нашей публики, на самом деле) — это уважение и респект со стороны других (правда, не всех "других", а только избранных, тех "других", которых мы сами уважаем и боимся), а еще это участие в принятии разных "решений".

Украинская политтусовка очень любит порассуждать на тему вот этой "субъектности" в понимании президента. Для нас уважение и достоинство — не пустой звук, а то, чего нам долго не хватало. С другой стороны, тут есть и обратная сторона понимания "субъектности" — делать то, что хочешь, и чтобы нам за это ничего не было. Это тоже особенность украинцев, проистекающая из веков несамостоятельности, унижений, бедности, а также из культуры политической безответственности, которая сейчас является одной из фундаментальных проблем нынешнего государства.

Неудивительно, что в Украине популярны яркие медийные, харизматичные и авторитарные личности, которые склонны проводить "мачистскую" политику в стиле "я делаю то, что хочу, потому что могу". Для многих в Украине это идеал государственного деятеля и модель для подражания.

Я подозреваю, что и президент Зеленский видит в этом какую-то часть самого себя. Например, чем нам нравится Реджеп Тайип Эрдоган? Тем, что он делает то, что хочет, и плевать хотел на мнения ведущих мировых игроков. По крайней мере, именно такая картинка стоит в глазах у массового обывателя. О деталях и подводных камнях принятия Эрдоганом тех или иных решений у нас, конечно же, знают совсем немного, а потому превалирует упрошенное восприятие ситуации: он СМОГ заставить других с собой считаться и себя уважать.

Важно Четверо в лодке. Что не поделили Азербайджан и Иран и в чем тут интерес Израиля и Турции

Проблема нашего понимания "субъектности" состоит в его провинциальности. Безусловно, с точки зрения формально понимаемых международных отношений, мы и так субъектные. Герб, флаг, гимн, посольства в десятках стран, место в ООН и ПАСЕ, как говорится, какой вам еще субьектности не хватает?

Все государства в мире, вне зависимости от их уровня развития, политической системы, богатства, культуры, являются субъектами в системе международных отношений. Так что, формально, фразы типа "мы не субъект, а объект" не совсем корректные. Мы однозначно субъект, однако, имеющий крайне мало преимуществ над другими.

Восприятие "субъективизации" Украины как получение всеобщего уважения и индульгенции на любые телодвижения без ощутимых последствий для себя — узкое, примитивное и ошибочное. К тому же, до конца не ясно, как выглядит вот эта анонсированная президентом трансформация из "объекта" в "субъект". Если нас пригласят на пару-тройку важных саммитов, это будет означать, что нас стали уважать и принимать как равноценного партнера?

Если нам дадут еще одну партию ПТРК "Javelin" или продадут беспилотники "Bayraktar", это будет значить, что мы теперь сильные? Если нас будут предупреждать заранее о решениях, которые глобальные игроки будут принимать о нас, это будет считаться "нашим участием в мировых процессах"?

В последние месяцы очень популярными стали темы, связанные с нетривиальным, вызывающим поведением разных государств, ломающих привычные уклады и объявляющие протест сложившемуся порядку. Например, недавние "ангольские заявления" Реджепа Эрдогана, в которых он поставил под сомнение устои современного миропорядка, и заявил, что "кучка" государств-победителей во Второй Мировой войне не должна определять судьбу человечества. А потом приехал домой, и чуть было не выгнал западных послов за то, что они посмели требовать освобождения оппозиционного бизнесмена. Для украинского общественного сознания этот пример — триумф идеальной "субъектности" страны (не государства, потому что большинство украинцев не ассоциируют себя с государством).

Важно Крутое пике. Зачем Эрдоган высылает из Турции послов стран Запада

Или вот Польша. Сперва правящая партия провела судебную реформу, вопреки критике Евросоюза. Затем усилили контроль над медиа. И вот, приняли решение, что законы Польши выше законов ЕС, тем самым войдя в прямую конфронтацию с Брюсселем и не побоявшись штрафов и санкций со стороны последнего. Опять же, в восприятии многих украинцев это покажется смелым, дерзким поступком, на который мы неспособны. "Поляки сделали то, что мы могли, но не смогли" — лейтмотив восприятия соседней Польши в плане практически всего.

Может ли Украина тоже так себя вести? Может. Будет ли итог такого поведения для Украины таким же, как для Турции или Польши? Нет. Означает ли рост подобных случаев, что и Украине следует вооружиться такой тактикой? Вовсе нет. Громко кричать и стучать по столу — это не гарантия успеха.

Дело в том, что противостояние ЕС и Польши, Турции и Запада, Ирана и США, Франции и Британии — это не совсем о получении пресловутого уважения. Это результат изменений в глобальном балансе сил, следствие ослабления влияния США в конце 2000-х. Эти процессы имеют гораздо более глубинные причины, нежели просто желание быть уважаемым и крутым.

Для поляков их конфликт с ЕС — это способ сохранить суверенность в исторически принципиальных для себя вопросах. В этом они видят свой национальный интерес. Для турок расширение своей периферии за счет соседних Сирии и Ирака — это способ не допустить усиления курдов, национальные проекты которых являются угрозой нацбезопасности для Анкары.

Важно Зачем Си разговаривал с Зе? Что Китаю нужно от Украины

Закупки российского вооружения — способ утвердить свой суверенитет в области международных военных закупок, принятия политических решений при выстраивании собственного ВПК, на который работает внешняя политика Турции. При этом, Эрдоган понимает цену разрыва с Западом, и потому спокойно "замял" конфликт с послами, сохранив лицо, когда подвернулся повод.

За каждой идеей "заставить всех себя уважать" кроются конкретные интересы в разных сферах, в рамках которых ставятся задачи, которые, в свою очередь, помогают решать те или иные государственные проблемы. В Украине же "субъективизация" идет отдельно от интересов, и не предполагает наличия какой-то системной, долгосрочной политики.

"Жить, как тебе хочется" — это хорошая идея, но даже для нее необходима политика, которая способна обеспечить такую жизнь. Пока что, у нас такой политики в полной мере не существует.

Рост экономического национализма и протекционизма, превалирование узкого понимания национальных интересов над коллективными, идеологические противоречия, связанные с миграцией и глобализацией — все это, безусловно, влияет на Украину и вынуждает нас тоже адаптироваться к этой новой реальности, хотим мы этого или нет. Однако чтобы играть, как Эрдоган, Макрон или Байден, необходимо иметь базовые вещи: политическую волю, ресурсы, организацию и идею. У нас этого пока что нет, за исключением, возможно, воли президента и его окружения, хотя тут, скорее всего, речь идет об амбициях.

Пытаться играть в дерзкого политического лидера, который цинично решает свои проблемы, опираясь на свои силы и не ожидая помощи извне, можно, но только имея сильные институты, способные обслуживать такую политику, ресурсную базу, которая позволит разыгрывать с другими игроками и платить за такую политику, идею, на базе которой будут ставиться цели такой политики, и воля лидеров, которые будут ее проводить.

Важно Дорогой ХХ век! Это кино я уже смотрел. Почему украинцам нужно отвыкать от однополярного мира

У Владимира Зеленского, к сожалению, ничего этого пока что нет. Поэтому, когда мы пытаемся подражать туркам или полякам, публично критикуя Ангелу Меркель за якобы "пророссийскую политику", на Западе только пожимают плечами, и спокойно договариваются о "Северном потоке-2". Когда у нас угрожают мифическим "разворотом к Китаю", не имея для этого никаких оснований и ресурсов, в США и Европе даже не замечают этого.

На мой взгляд, ключ к нашему успеху во внешней политике лежит не в том, чтобы стать неким "субъектом", а в том, чтобы достичь приемлемого уровня самодостаточности в критических для нас сферах, что позволит принимать самостоятельные решения и обзавестись ресурсами, необходимыми для экономического роста и поддержания социального благосостояния.

А ведь это и есть главная задача любого государства, верно? Ведь страна, которая живет хорошо, имеет продвинутые технологии, задает моду и культуру, привлекает инвесторов, бизнесменов, туристов и молодых специалистов, как раз и пользуется тем самым "достоинством" и "уважением", о которых говорил Владимир Зеленский.

Наша проблема — в чрезмерной зависимости от внешних факторов, которые мы не контролируем: цены на мировых рынках сырья, трудовая миграция, финансовая помощь Запада, стабильность ЕС и НАТО. Это то, что нас отличает от таких стран, как Турция, Польша, ОАЭ, Израиль. Они много лет работают над тем, чтобы уменьшать эти зависимости, или же балансировать их приобретением других преимуществ: развитием новых отраслей, созданием изобретений, завоеванием новых рынков.

Зависимости не являются плохими, в современном глобализированном мире это вполне естественное явление. Ни одно государство не может жить в вакууме и в отрыве от других, даже Северная Корея имеет внешние отношения с рядом стран мира. Однако зависимости не должны диктовать внутреннюю политику, и определять судьбы граждан.

Поэтому, новая внешняя политика Украины должна проистекать не из банального желания всем нравиться и везде присутствовать. Пора уже забыть о заезженной теме "превращения в субъекта", которая за собой ничего не имеет. Нужно ли нам повторять за поляками и турками? Нет. На сегодняшний день, мы не в ситуации Польши и Турции, и повторять их путь нам не нужно. Необходимо ли нам усиливать собственные возможности и потенциал, следуя ЛОГИКЕ турков, эмиратцев, саудовцев, поляков и других? Конечно. И современные тенденции в мире, о которых я писал выше, нас к этому только подталкивают.

Отстаивать свои интересы нужно, но исходить надо из четкого их понимания властями и обществом. Эти интересы и подвязанные к ним задачи могут отличаться от тех, что есть у других стран. Но пока в отношениях власти и общества полный рассинхрон, говорить о целостной политике довольно сложно.