«Я не играю в политику, я просто хочу работать», – и.о. Главы ЭКА Вячеслав Попов

Полноценный запуск государственного Экспортно-кредитного агентства – один из серьезных факторов наращивания потенциала украинского экспорта и расширения его географии. По разным оценкам, эффективное использование этого инструмента способно увеличить объем экспорта на 2-3% в год, причем – исключительно за счет продукции с высокой добавленной стоимостью. Но государство, несмотря на многолетние усилия по запуску ЭКА, так и не получило адекватного эффекта от деятельности Агентства, что в начале ноября привело к досрочному прекращению полномочий членов наблюдательного совета и председателя правления.

Обязанности главы правления Агентства сейчас исполняет Вячеслав Попов – финансист, выпускник экономического факультета Украинского Государственного Института международных отношений, более 20-ти лет проработавший в бизнесе, в том числе страховом и банковском, то есть в реальном секторе экономики. В ЭКА работает с января 2021 г, имеет собственную квалифицированную точку зрения на проблемы и перспективы развития ЭКА.

- Минэкономики мотивировало необходимость перезагрузки ЭКА тем, что Агентство фактически бездействовало, сумма застрахованных контрактов за 2020-2021 года – меньше $1 млн, и за январь-сентябрь 2021 года ЭКА заработало всего лишь 187 тыс. грн., т.е. всего лишь 1,5% от запланированных доходов. В чем, на ваш взгляд, основная причина таких катастрофически низких показателей работы ЭКА? Бывшее руководство Агентства неоднократно заявляло о несовершенстве нормативной базы, а Вы как думаете?

В.П.: - В пробуксовке запуска ЭКА, конечно, сыграли свою роль объективные факторы, в том числе, несовершенство нормативно-правовой базы, регулирующей деятельность Агентства. Но эти факторы – вторичны. Они в определенной степени осложняют, но уж точно не блокируют деятельность ЭКА.

- А что тогда первично?

В.П.: - Первопричиной кризиса в работе ЭКА считаю прежде всего кадровый вопрос, связанный с недостатком профильной компетенции бывшего руководителя. Я бы акцентировал внимание на несоответствии образа мышления сути поставленных перед Агентством стратегических задач. ЭКА – это государственный инструмент стимулирования экспорта, а для экспортера – это инструмент расширения возможностей по экспорту своей продукции. В нашем случае, залог успеха - в синергии государства и экспортера. Агентство – это же не рантье, паразитирующий на получении пассивного дохода от размещения своего двухмиллиардного уставного капитала. Агентство не может зарабатывать двести тысяч в год и при этом тратить на свое содержание десятки миллионов. А уж тем более - тратить не на стимулирование и развитие зарабатывающих подразделений Агентства. Как развиваться, если в Агентстве работает всего один эксперт-консультант– против армии из управленцев, маркетологов, пиарщиков, продуктовиков, рисковиков и других сотрудников административных подразделений. На протяжении 2021 года развитие управления продаж всячески блокировалось прежним руководством. Как? Поясняю. Месячный доход, например, завхоза – 48 тысяч гривен, пиарщика – 78, рисковика – 84, против 15 тысяч гривен у продавца, Как можно привлечь квалифицированных специалистов на такую зарплату? Никак. Это явный дисбаланс, это смещение фокуса развития Агентства от работы с экспортерами в сторону проедания собственного бюджета. Но, видимо, прежнее руководство имело другую точку зрения на цели ЭКА, функционал, источник доходов и методы стимулирования эффективной деятельности ЭКА.

- Кстати, о другой точке зрения: разработанная предыдущей командой Стратегия развития ЭКА демонстрирует очень амбициозные цифры. Только в 2021 речь шла о страховании экспортных контрактов на сумму 3 млрд гривен, а в последующих годах речь шла о цифрах прямо таки сказать головокружительных. Неужели эти планы не заслуживают внимания?

В.П.:- Мне тоже очень нравятся такие масштабные планы, но я как практик понимаю, что без тщательно проработанной базы это лишь фантазии, и что проект этой Стратегии – всего лишь имитация настоящей и будущей кипучей деятельности, за которой нет реальных предпосылок резкого повышения эффективности работы ЭКА. Поэтому я всегда на заседаниях правления последовательно не поддерживал данную Стратегию. В свою очередь в Минэкономики также хватило внимательных и компетентных специалистов, которые тоже пришли к выводу, что разработанная прежней командой Стратегия развития ЭКА до 2026 года - это просто презентация иллюзий. Поэтому Стратегия так и не была утверждена акционером.

- В таком случае, какие параметры работы ЭКА вы считаете реально достижимыми в случае быстрой кадровой перезагрузки Агентства?

В.П.:- По моим расчетам, даже без существенного изменения нормативно-правовой базы деятельности Агентства, мы в следующем году реально можем выйти на объем застрахованных экспортных контрактов в 1,5-2 млрд грн. Что даст Агентству примерно 15-20 млн грн. собранных премий. А значит – ЭКА не будет просто проедать доходы от размещенного капитала, а будет «кормить» себя само. Ну и, естественно, уровень оплаты труда и мотивация зарабатывающих подразделений должны быть приведены в соответствие с нормальной коммерческой логикой и практикой работы страхового рынка.

- Прежний руководитель весьма красочно описывал ряд причин, по которым ему не удавалось достичь видимых результатов. Эти факторы присутствуют и сейчас. Почему Вы думаете, что у Вас получится лучше?

В.П.:- Есть такая пословица «Кто хочет, тот ищет возможности, кто не хочет — ищет причины»

Мы – хотим! Поэтому, раз уж предыдущая команда очень живописно изложила «причины», мы будем строить свою деятельность на поиске возможностей. Прежде всего – это рутинная «полевая работа», это восстановление реальных контактов - мы должны быть везде, где собираются экспортеры, а не только в Фейсбуке, быть в диалоге с ними, в курсе их проблем и генерировать наиболее эффективные решения. Мы будем лоббировать интересы экспортеров в плоскости своих компетенций, развивать реальное партнерство с банками. Чтобы экспортер, приходя в банк по рекомендации ЭКА, мог рассчитывать на быстрое и эффективное решение главной проблемы большинства – нехватки оборотных средств на предэкспортное и торговое финансирование. В треугольнике «ЭКА-банк-экспортер» именно экспортер должен быть явным лидером и заказчиком услуг Агентства и банка. Потому что экспортной экспансии не бывает без сильных и эффективных экспортеров. Наша задача - дать экспортерам инструмент, с которым они могут решить основную проблему - недостаточность ресурса и риски, связанные с расширением партнерской базы и экспортной географии.

- А экспортеры знают о своей главенствующей роли в этом «треугольнике»?

В.П.:- К сожалению, далеко не все. Поэтому отсюда следует еще одно направление деятельности ЭКА – максимально широкая информационная работа как с предприятиями-экспортерами, так и с бизнес-объединениями промышленников, ОГА, ТПП и др. Мы видим большие возможности в интеграции усилий всех институций, которые на государственном и профильном уровне занимаются вопросами поддержки экспорта.

- Существует ли некая эталонная модель взаимодействия ЭКА с экспортно-ориентированным производственным бизнесом?

В.П.: - Эталоном поддержки экспортеров я считаю создание для них «единого окна», где экспортеру помогут сориентироваться в том, какая организация и чем может помочь в решении конкретных задач, а также помогут сформировать алгоритм действий. ЭКА, в свою очередь, должно быть интегрировано в этот алгоритм, и должно генерировать и предоставлять пакет решений в зависимости от нужд экспортера.

- Каким образом под такой функционал должна быть трансформирована организационная структура ЭКА?

В.П.:- Ее надо привести в соответствие с целевой функцией – поддержкой экспорта. Сейчас организационная структура Агентства построена по концепции кредитного менеджмента в банке. Что не совсем корректно с точки зрения логики бизнес-процессов ЭКА, потому что приходится «ломать» логику процессов под существующую структуру. Это неправильно. Модель банка не подходит для ЭКА хотя бы потому, что банк торгует кредитным ресурсом, а клиент идет в банк, так сказать, «с протянутой рукой». ЭКА, в отличие от банка, торгует услугой, которая должна стать инструментом получения новых возможностей для экспортера. Это разные подходы к продуктам, к их жизненному циклу в компании и к их администрированию. Поэтому необходима полная реорганизация оргструктуры ЭКА, его интеграция в ландшафт поддержки экспорта. Естественно, что такая модель предполагает взаимную интеграцию усилий различных институций, а не только одного ЭКА.

- Готово ли ЭКА включаться в работу по пересмотру торговой части соглашения об Ассоциации с ЕС? Ведь многие экспортеры открыто заявляют о том, что Евросоюз не очень-то спешит пускать их на свой внутренний рынок.

В.П.:- Мы внимательно мониторим как заявления, так и практические действия наших торговых партнеров из ЕС. Поэтому считаю, что, наряду с активизацией усилий Украины по расширению присутствия украинской продукции на европейском рынке, нам также следует обращать больше внимания на рынки Африки, Ближнего Востока, Азии, Латинской Америки. Эти регионы потенциально заинтересованы в украинских товарах и услугах гораздо сильнее, чем развитая Европа. В то же время эти рынки являются более рисковыми для наших экспортеров с точки зрения выполнения контрагентами своих обязательств по контрактам. И ЭКА как раз может минимизировать такие риски.

- Если все же говорить о нормативно-правовом регулировании деятельности ЭКА, то какие проблемы надо решать?

В.П.:- Самый, пожалуй, болезненный вопрос - это то, что существующие нормы НБУ делают невыгодной для банков выдачу кредита экспортерам под обеспечение страхового полиса ЭКА. В случае, если экспортер не получает положенную по договору оплату от импортера, ЭКА выплачивает возмещение, но экспортер не снимается с валютного контроля. Т.е. налоговая будет продолжать контролировать поступление валютной выручки экспортера, со всеми соответствующими неприятными последствиями для бизнеса. Еще одно ограничение – узкая номенклатура товарной продукции, при экспорте которой ЭКА может помочь поставщикам. На сегодня для поддержки экспорта определены только 16 товарных групп. Приведу пример: Украина располагает одним из лучших в мире видов сырья для производства керамики. Европейские и украинские инвесторы вложили миллиардные инвестиции в создание высокотехнологичных, суперсовременных заводов по производству керамической плитки и других изделий. То есть имеем отличный конечный продукт, который по качеству может успешно конкурировать с признанными грандами в этой сфере – итальянцами и испанцами. Но эта продукция не входит в предусмотренные законом для Агентства коды УКТВЭД. Также ЭКА, согласно Закону о госзакупках, обязано закупать услуги перестрахования по тендеру, что серьезно усложняет этот процесс. Что же касается налогообложения, то Агентство не освобождено от уплаты НДС, как другие страховые компании, что существенно удорожает услугу для потребителя. Но, повторюсь - перечисленные проблемы не являются критическим фактором блокирования работы ЭКА. В свою очередь налаживание нормального рабочего взаимодействия Агентства с Верховной Радой, НБУ, Налоговой и другими органами государственной власти обязательно даст нам оптимальные решения этих проблем.

- Последний вопрос: что бы лично Вы хотели сказать общественности, которая так пристально следит за развитием событий вокруг ЭКА?

В.П.:- Я не играю в политику, я просто хочу работать. Каждый день. День за днём. И все получится.