Мэр Тернополя — о вакцинации, децентрализации, стадионе им. Шухевича и московской церкви

В октябре Фокус выпустил ежегодный рейтинг комфортности украинских городов, в котором уже второй год первое место занимают города правобережной Украины. В 2021 году это Тернополь, который по уровню безопасности, чистоты окружающей среды и общего комфорта жизни обошел большие города левобережной Украины, включая столицу.

В Тернополе рейтинг оценили – сообщение о первом месте появилось на сайте городского совета.

"Сейчас есть конкуренция между городами, и высокие места в рейтинге стимулируют к работе", — говорит Сергей Надал, городской голова и один из мэров-старожилов, работающий на этом посту с 2010 года, дважды переизбравшись от партии ВО "Свобода". Сергей Надал — откровенный и одновременно дипломатичный собеседник, он аргументирует свою позицию по поводу жестких карантинов и исторической памяти, отмечает улучшение диалога с Киевом, несмотря на трения центральной и местной власти по поводу децентрализации.

Эпидемические реалии Тернополя

В минувшие волны эпидемии вы жестко критиковали карантинные ограничения. Каково ваше мнение на этот счет теперь?

— Как в прошлом, так и в этом году любые решения по карантинам мы принимаем, основываясь на рекомендациях, которые дают специалисты. В 2020-м была паника по заболеваемости, принимались неадекватные решения. К примеру, без предупреждения запретили остановку поездов в Тернополе, люди вынуждены были ехать во Львов. Это неправильно. Я выступал против алогичных, не согласованных с нами вещей. И это не только мое мнение: я олицетворял и озвучивал мнение тернополян.

Поскольку сейчас количество больных растет, мы вынуждены принимать непопулярные, но необходимые решения. Неделю назад комиссия по чрезвычайным ситуациям усилила контроль за общественным транспортом, который возлагается на правоохранителей. Раньше мы транспорт не затрагивали – Тернополь был в зеленой зоне, и было нелогично ограничивать количество пассажиров только сидячими местами. Сейчас мы ужесточили это требование.

Когда мы выдаем разрешения общепитам на работу в вечернее время, то вместе с другими документами просим справки о вакцинации, так как по требованиям 80% рабочих должны ее иметь. В городском совете Тернополя, в наших исполнительных органах вакцинировано 95% работников, кроме тех, у кого есть противопоказания по состоянию здоровья.

Насколько эффективными вы считаете нынешние карантинные ограничения?

— Реального эффекта со дня на день не будет. Мы видим рост заболеваемости. Как говорят врачи, тенденция может наблюдаться в течение 20 дней. И меры, которые мы принимали неделю назад, окажут свой эффект гораздо позже. Учитывайте, что эти решения направлены в первую очередь на сознание людей. Вирус мы руками не задержим. Мы можем только убеждать людей надевать маски, не ходить на массовые собрания и свадьбы. На свадьбах особые угрозы. У нас есть конкретные случаи, когда на свадьбе было 100 человек, а затем 50 из них заболели и они невакцинированы. Но население стало привыкать, что живет в эпидемической реальности. Сейчас у нас ситуация с заболеваемостью и смертностью хуже, чем год назад, при этом, люди гораздо равнодушнее к ковиду. Это общая тенденция по стране.

Тернопольщина – в десятке регионов с самым низким уровнем вакцинации. Почему у вас сложилась подобная ситуация?

— Тернопольская область, по состоянию на 21 октября, была на 14-м месте по вакцинации. Это не такой уж низкий показатель. При этом уровень вакцинации в Тернополе выше, чем по области. В наших школах вакцинировано 85% персонала, в детских садах – 90%. В общей сложности на 21 октября вакцинировано 105 тыс. горожан [46,9% от общего количества]. Но в эти цифры могут входить жители окрестных сел.

Мы даем все возможности для вакцинации. В городе работают шесть пунктов, расположенных в торговых центрах, рядом с остановками транспорта, в организации выезжают бригады. Сегодня болеют только сознательно игнорирующие вакцинацию или слушающие антивакцинаторов. Скажу прямо: сейчас в больницах Тернополя нет ни одного вакцинированного пациента.

Единственный способ пропагандировать вакцинацию – это промокампания, разъяснение, почему нужно вакцинироваться, это интервью с врачами, мои призывы к вакцинации. Мы не проводим, как другие города, розыгрыши проездных в общественном транспорте. По-моему, это портит имидж самой логики вакцинации. Мы стараемся максимально использовать мнение специалистов и реальное положение дел в этой сфере.

Вы ввели ограничение: допуск на работу и посещение городского совета и исполнительных органов возможны только для вакцинированных граждан и имеющих отрицательный ПЦР-тест. Как контролируете соблюдение этой нормы?

— Самые большие предосторожности — при посещении Центра предоставления административных услуг, управления социальной политики, управления государственной регистрации и отдела приема обращение граждан. В эти учреждения приходит больше людей, и, соответственно, там самый высокий риск заражения. Речь идет о безопасности как посетителей, так и сотрудников этих учреждений, ведь в прошлом году у нас двое коллег умерли от ковида. Поэтому в эти помещения могут заходить только те, у кого есть сертификат вакцинации или отрицательный ПЦР-тест. Также есть мое распоряжение о том, что документы можно принимать онлайн, по почте или через окошко. Наличие справок наши сотрудники проверяют на входе. Будем откровенны, это очень условный контроль, никто на входе не будет с людьми драться. Но для горожан это сигнал, чтобы они вакцинировались.

Важно Мэр Львова Андрей Садовый рассказал о давлении Порошенко и об отношениях с Зеленским

Насколько остро стоит проблема подделок сертификатов?

— Знаю, что проблема существует, такие случаи есть и с ними работает полиция. Но это единичные случаи, я не думаю, что эта проблема критическая.

Насколько, по вашему мнению, карантинные ограничения снизят уровень вашей поддержки как мэра горожанами?

— Я прекрасно понимаю, что эти меры не популярны. Но речь идет о здоровье и жизни людей. Думаю, что каждый руководитель должен принимать на себя риск за определенные решения. Я этот риск беру на себя. В то же время, это не единоличное решение. Оно обсуждается на комиссии по чрезвычайным ситуациям и принимается совместно с медиками, стражами порядка, эпидемиологами.

Диалог с Киевом

Год назад вы жестко конфронтировали с Киевом по поводу карантинных ограничений. Какие сейчас у вас отношения с руководством страны?

— В прошлом году было много обид со стороны должностных лиц, в том числе тех, кто занимался здравоохранением. Но потом ситуация стала меняться. Главное, что мы добились постоянного диалога о том, что и как делать. Нет попыток искусственно загнать регионы в разные зоны. Наоборот, в этом году все пытаются избежать жестких ограничений, потому что это вопросы экономики, рабочих мест, зарплат и налогов, в целом жизнедеятельности страны. Нам приятно, что нас слышат, ведь есть общие ограничения, а есть те, которые мы можем принимать сами, учитывая ситуацию на месте.

То есть, ковид способствовал улучшению ваших отношений с Киевом?

— К сожалению, этим похвастаться нельзя. Год назад, когда началась эпидемия, государство, возможно, было не готово к этому. И первыми, кто встал на борьбу с ковидом, были местное самоуправление и предприниматели, закупавшие все необходимое. Хочу поблагодарить наших предпринимателей, потому что тогда все повели себя как семья: одни возили врачей, другие делали закупки, третьи готовили и возили обеды. И это еще больше сплотило нашу громаду.

Кто контактирует с вами из Офиса президента?

— Честно говоря, постоянного общения нет. Есть люди, отвечающие за определенные направления и регионы. Они время от времени звонят по телефону, приглашают на совещания. Общение идет через главу облгосадминистрации. За многие годы я чувствую, что есть реальное общение, а не чисто передача информации. Меня слышат, понимают, могу похвастаться, что у нас хорошее сотрудничество и поддержка.

Наши отношения не политические, а сугубо хозяйственные, экономические, и это мне импонирует. По сравнению с годом назад, когда имел место откровенный антагонизм между центральной властью и местным самоуправлением, сейчас гораздо лучше. Наконец-то в Киеве поняли, что местное самоуправление — это представители людей, которые выражают их мнение, и это нужно учитывать.

Важно Файне місто. В Рейтинге комфортности городов Украины 2021 первое место занял Тернополь

Когда прошла ваша последняя встреча с Владимиром Зеленским? О чем говорили?

— Мы говорили в сентябре, когда был конгресс при президенте Украины. Тогда я поблагодарил за "Большую стройку" в городе и области. Говорили и о дорогах, и о строительстве водной арены, Дворца спорта в Тернополе. Также речь шла о том, что финансовый ресурс у громад пытаются забрать: в Верховной Раде находится законопроект, по которому местное самоуправление хотят лишить бюджетов развития и передать их областным администрациям. Этот вопрос возникает в конце каждого бюджетного года и становится предметом торгов и договоренностей. Я просил Зеленского не делать этого, потому что города и громады только почувствовали возможность что-то делать, используя собственный ресурс.

Думаю, что сегодня в Украине происходит что-то вроде того, что было в средневековой Европе с Магдебургским правом: при том, что царила сплошная разруха, чума, войны, сильные города начали поднимать свои страны и всю Европу в целом из руин. Так и наши города могут поднять Украину, сделать ее сильной. Главное, чтобы децентрализацию снова не развернули в противоположную сторону. Сейчас есть определенные трения между центральной и местной властью, потому что нет понимания, где чья ответственность, финансовая и практическая. Мы чувствуем, что каждый год пытаются перебросить все больше обязательств на местные громады, а деньги забрать. При этом ко мне приходят все государственные органы типа полиции и военных комиссаров с просьбой помочь. Это вопрос финансового ресурса общества, который нужно использовать в первую очередь для его нужд, а уж когда есть излишек, тогда финансировать соответствующие государственные органы. Но мы, конечно, ищем ресурсы, помогаем, потому что это вопрос безопасности города, помощи армии.

По вашему мнению, Конгресс местных и региональных властей, созданный при президенте, полезен регионам или это пустая инициатива?

– Такие институты создавал каждый президент. Кто-то преуспевал, кто-то ничего не делал, а лишь пытался "переломи ть" местную власть. Происходящее сейчас я расцениваю как еще одну площадку, где мы можем напрямую общаться с первыми лицами страны и не только обсуждать проблематику регионов, но и предлагать решения. Ассоциация городов над этим системно работает, передает наши предложения Верховной Раде, офису президента, другим властным организациям. А здесь есть публичная площадка, где собирается большинство городских голов. У нас одинаковые проблемы и предложения, как их решить.

Мы работаем в таком формате уже год, и я вижу сдвиг. Я обращался с предложением об объездной дороге и водной арене — и в этом году мы их уже имеем. В прошлом году озвучивалась проблема передачи учреждений профессионального образования в коммунальную собственность — и эта процедура уже запущена. С прошлого года мы жестко дискутировали об увеличении поступлений от подоходного налога в города, в конце сентября подписали меморандум и нам увеличили налог на доходы физических лиц (НДФЛ) на 4%. Я вижу, что процесс идет.

Когда было последнее заседание Конгресса? О чем говорили, какие решения приняли?

— В конце сентября главный вопрос был — сохранить тарифы на тепло, как того хотели правительство и президент. Но мы не можем это сделать самостоятельно, без правительства и "Нефтегаза", потому что если раньше газ был в пределах 7 тыс. грн за 1 тыс. куб. м, то сейчас – 40 тыс. грн в закупке, а 80% стоимости тарифа – это именно цена газа. У нас несколько месяцев длилась дискуссия и, наконец, мы пришли к соглашению, что органы местного самоуправления гарантируют сохранение тарифов для населения, а государство и "Нафтогаз" гарантируют цену 7,4 тыс. грн для населения и 16,8 тыс. с НДС — для бюджетных учреждений. Конечно, убытки лягут на бюджеты городов и наши теплокоммунэнерго, но мы ждем компенсации из государственного бюджета разницы в тарифах за предыдущие годы, а также увеличения НДФЛ — эти компенсаторы должны перекрыть нам убытки в течение текущего отопительного сезона. В то же время, мы понимаем, что Россия ведет против нас энергетическую войну, это война за нашу энергетическую независимость. Очень хорошо, что есть общее понимание — каждый пошел на уступки, потери, но ради такого принципа.

Важно Чортков. Северная готика, австрийские виллы и панорамы чертовски красивого места на Тернопольщине

Партия "Свобода" имеет традиционно высокую поддержку в Тернополе, однако потеряла позиции по Украине и не имеет представительства в Верховной Раде. Что вы делаете, чтобы вернуть статус партии национального масштаба?

— Все-таки в парламенте один депутат от "Свободы" остался, но фракции нет. Для возвращения национального статуса мы делаем свою работу: членами партии являются городские головы Ивано-Франковска, Хмельницкого, Каменца-Подольского, Монастыриски, многих малых городов и общин, где руководители успешны. Наша работа на местах должна быть примером для других, потому "Свобода" должна быть в парламенте. В рейтинге Фокуса первыми являются Тернополь, Ивано-Франковск, Хмельницкий. И в первых пятерках других рейтингов всегда будет один из этих городов. Это и есть показатель, да? И эти мэры работают не первый срок – это тоже показатель. Он показывает наш прагматизм и развеивает стереотипы о "Свободе", представители которой якобы только ходят в шароварах, вышиванках, кричат "Слава Украине!" и больше ничего делать не могут.

Всей Украине известны плохие дороги Тернополя и Тернопольщины. Однако только 27% жителей Тернополя, по опросу группы "Рейтинг", считают местные дороги плохими. Почему так получилось? Горожане уже привыкли?

— Здесь я не соглашусь, потому что из-за работы много путешествую по Украине. Уверяю вас, в других городах дороги гораздо хуже, чем в Тернополе. Да, у нас дороги неидеальны, они нуждаются в ремонте, и мы его делаем. К сожалению, до начала децентрализации города были кассами для выплаты зарплат — ресурса на что-либо другое практически не было. За весь период независимости Украины инфраструктура только рушилась, в нее никто не вкладывал. Мы начали делать это с 2010 года, принимая кредиты в европейских банках, с 2014-го делаем ремонты в рамках децентрализации. С каждым годом ситуация улучшается — большая часть расходов городского бюджета идет на ремонт дорог и придомовых территорий.

Файне місто Тернопіль

У Тернополя в Украине — имидж файного мiста. Какое содержание вы вкладываете в это определение?

— Над лозунгом про файне місто мы начали работать с 2010 года. С ним Тернополь ассоциируют во всех странах СНГ благодаря старой песне. Сегодня "файне місто" — это наш бренд, потому что красивых городов много, а файний — только один. Более того, слово "файне" на украинском и английском языке звучит одинаково и имеет то же значение. Хочу поблагодарить "Братьев Гадюкиных", что они согласились передать в использование припев как один из элементов бренда Тернополя. Но самое главное – здесь комфортно жить, это город, где живут замечательные и трудолюбивые люди.

Какое место занимает туризм в бюджете города? Насколько пострадала эта область из-за пандемии коронавируса?

— В допандемийные времена ежегодно Тернополь принимал более 1 млн туристов, которые находились у нас больше суток. Сейчас это количество уменьшилось в разы. За прошлый год город недополучил 100 млн грн из-за ковидных ограничений.

У Тернополя нет такой сильной имиджевой составляющей, как у других городов Западной Украины, например, у Львова. Или все-таки есть? Как вы работаете над имиджем города и его уникальностью?

— Тернополь не может конкурировать со Львовом в контексте достопримечательностей. Потому что наш город во время Второй мировой войны трижды брали и сдавали немцы и советские войска. Когда советская армия окончательно зашла в город, поставила табличку "Тут был город Тернополь". Город был уничтожен на 80%. Немцы в Тернополе впервые опробовали тактику уличных боев, которую затем активно использовали в Берлине, Дрездене. Поэтому у нас, к сожалению, остались единицы из исторических памятников.

Но мы стараемся делать другие вещи, которых нет в других городах: активно проводим фестивали, конкурсы. На нашем озере каждый год проходят чемпионаты мира, Европы по водно-моторному спорту. К нам съезжаются гонщики из разных стран, которые говорят, что Тернополь — лучшее место для таких соревнований. И не только из-за инфраструктуры, но и благодаря отношению тернополян. Тысячи зрителей собираются на эти соревнования, активно болеют за спортсменов, приносят им борщ. Мы делаем ставку прежде всего на спортивный и событийный туризм.

Тернополь находится в уникальном месте между двумя значительными христианскими святынями. С одной стороны, это Зарваница, считающаяся одной из величайших католических святынь, а с другой — Почаевская лавра. В Тернополе очень удобно останавливаться, чтобы потом ехать на экскурсии в эти святыни. Такой туризм становится еще более популярным. Также мы пытаемся восстанавливать достопримечательности времен Первой мировой войны с учетом военного туризма. В этом заинтересованы посольства Бельгии, Австрии, так как многие события в то время развертывались с участием представителей этих стран.

Насколько большое влияние на жителей Тернополя имеет Почаевская лавра?

— В Тернополе более 90% горожан — греко-католики. Из остальных много прихожан Украинской православной церкви, есть евангелисты и очень мало людей, которые ходят в русскую церковь. Да, мы знаем, что Почаевская лавра – это московский патриархат, но это не отражается на жителях города. Лавра не оказывает существенного влияния. Тернополяне возмущаются, почему это московский патриархат и надеются, что она вернется в украинскую церковь. Но относятся к верующим Почаевской лавры толерантно, потому что вопросы религии очень тонкие. Нельзя переходить определенную границу, это опасно.

Ваше весеннее решение о присвоении городскому стадиону Тернополя имени командующего УПА Романа Шухевича получило международную огласку и имело экономические последствия. В частности, прекращение совместного с польским Замостьем проекта на €69 тыс. Как принимали это решение, анализировали его последствия?

— Когда мы принимали это решение, и подумать не могли, что ситуация так раскрутится на уровне страны и мира. В Тернополе уже более 20 лет есть улицы Степана Бандеры и солдат дивизии "СС Галичина". Также есть улица Романа Шухевича, проходящая рядом с центральным стадионом. Поэтому когда в день рождения Шухевича городской совет присвоил его имя стадиону, никто не колебался.

Простите, но это наши герои, мы имеем право это делать. В Тернопольской области, к сожалению, нет ни одной семьи, которая бы не потеряла своих родных во времена советской оккупации с 1939 года. У нас очень сильные национальные, патриотические, духовные традиции, переходящие из поколения в поколение. Мы знаем нашу историю не по кино или книгам, а по рассказам дедушек и бабушек, потому что до 1954 года в Тернополе продолжались бои УПА.

Думаю, что весенняя ситуация была искусственно спровоцирована, скорее всего, Россией. То, что этот вопрос поднял посол Израиля перед окончанием своей каденции, тоже имело политическое значение. Я знаю, какое было безумное давление на наших партнеров в Польше, у которых органы центральной власти устраивали проверки, обыски. Цель была одна – разорвать партнерство с Тернополем. Только один город, с которым мы только начинали партнерство, это сделал. Его мэр, сторонник нетрадиционных ценностей и отношений, пошел на то, чтобы разорвать с нами сотрудничество.

Не думаю, что €69 тыс. – это цена, за которую мы откажемся от своей истории и памяти. Мы все помним, как в предыдущие годы Польша принимала решения, которые уничтожали память о наших героях, превращали их в преступников. Но мы же не лезем к полякам, когда они называют улицы именами своих героев, которые сотнями убивали украинцев. Это внутреннее дело каждой страны.

То есть, вы сохранили хорошие отношения с польскими партнерами?

– Да, со всеми. Более того, мы общались с представителями польского консульства в Луцке, и они понимают, что этот вопрос заполитизирован и нужно иметь терпение, чтобы это пережить. Мы гордимся тем, что с поляками можем быть примером для всего мира: имея сложную историю, теперь тесно дружим и поддерживаем друг друга. Наши отношения — это не только общение между мэрами, это отношения между школами, больницами, между людьми. И их никто не переломит.

В своей предвыборной кампании в прошлом году вы много внимания уделяли молодой аудитории. Сколько молодежи в Тернополе? Чем город привлекателен для молодого поколения?

— В Тернополе более 40 тыс. ученической и студенческой молодежи, у нас четыре больших государственных университета, шесть городских и еще четыре областных профессионально-технических заведения. Тернополь — студенческая столица Украины, кроме того, на протяжении 2020–2021 гг. город имел статус Молодежной столицы Украины. У нас активно работает молодежный городской совет, там 42 депутата, как и в городском совете. В него вошли представители всех молодежных общественных организаций, студенческих и школьных парламентов. У нас есть молодежный городской голова, работающий моим советником на постоянной основе. Любые решения относительно молодежной политики предлагает молодежный совет, также он согласовывает решения мэрии. То есть все наши решения – это то, чего хочет молодежь. В последнее время это приобрело реальное содержание, потому что все средства, выделяемые на молодежь, они распределяют самостоятельно.

В этом году мы вместе с ОБСЕ провели опрос и вывели индекс благосостояния молодежи в Тернополе. Благодаря ему мы знаем острейшие проблемы: безопасность, травля, гарантии трудоустройства. По этим направлениям теперь разрабатываем план действий, чтобы ситуация улучшилась.

В частности, у нас безумная миграция, и даже в профтехобразовании лучшие студенты еще до получения диплома имеют предложения по трудоустройству или уезжают за границу. Поэтому третий год мы внедряем программу и оплачиваем обучение студентов в магистратуре и профтехобразовании по перечню специальностей, которые для нас приоритетны, где дефицит людей. По этим специальностям мы объявляем конкурсы, и выигравшие учатся, а затем три года должны отработать там, где мы указываем. Таким образом, дети имеют гарантированное обучение и трудоустройство.