Фемида в библиотеке. Помогут ли преступникам исправиться Тарас Шевченко, Джек Лондон и Марк Твен

Справедливый судья взглянул в глаза подсудимому и решил дать ему шанс исправиться. Наверное, это один из самых распространенных киношных штампов. В Голливуде его очень активно использовали в конце 1990-х, в основном в криминальных драмах. Европейцы переняли эстафету в 2000-х, только у них мотив перевоспитания преступников с помощью какого-то нетривиального судебного решения гораздо чаще встречается в комедиях и драмеди. Типичный пример — фильм Даниэле Лукетти "Я — миллиардер". Его главный герой — циничный делец, не заботящийся ни о чем, кроме собственной выгоды, — пойман на противозаконных махинациях. Суд предписывает ему работу с бездомными, и, общаясь с ними, бывший циник и эгоист постепенно преображается, в нем проявляются доброта и благородство.

То, о чем европейцы и американцы снимают кино, в Украине происходит в реальности. Особого внимания заслуживают некоторые решения Малиновского районного суда Одессы. Их содержание, формулировки и аргументация красноречиво свидетельствуют о том, что судья ставил перед собой цель перевоспитать правонарушителей, сделать их законопослушными людьми.

Антикриминальное чтиво: Тарас Шевченко, Джек Лондон и Марк Твен вместо 3 лет тюрьмы

Судья Александр Гарский, рассматривая дело о краже автомагнитолы и динамиков из автомобиля, стоявшего на штрафплощадке, вместо трех лет лишения свободы, которые запрашивало обвинение, присудил ворам год чтения поучительной художественной литературы. В частности, им предписано читать "Белый клык" Джека Лондона, "Приключения Тома Сойера" Марка Твена и "Минають дні, минають ночі" Тараса Шевченко.

Обвиняемыми по делу проходили двое разнорабочих — 23-летний бывший воспитанник детдома и 19-летний парень из многодетной неимущей семьи.

Выслушав их и изучив обстоятельства дела, судья пришел к выводу, что подсудимые хоть и могут по возрасту считаться взрослыми, но по уровню развития, в сущности, еще дети. Гарский отметил, что представления о частной собственности у них размытые и, вероятно, они не до конца понимают, почему воровать — это плохо, потому оценивать собственные действия с точки зрения возможных последствий не умеют. Судья особо подчеркнул, что "не считает обвиняемых лицами общественно опасными, способными на системное совершение правонарушений".

Вероятно, решающим стало описание крайне бестолкового поведения воров на месте преступления. Они оставили рюкзаки с собственными документами, удостоверяющими личность, на стоянке, где совершили кражу, и были пойманы, когда возвращались за своими вещами. Судья подчеркнул, что исправительные меры кроме "мести от государства" должны нести "разумные человеческие ценности". Потому чтение правильных книг должно быть полезнее и эффективнее любого другого наказания, предусмотренного уголовным законодательством.

Аргументируя выбор книг, отобранных для перевоспитания, Александр Гарский привел цитату из произведения Марка Твена: "Любой предмет, доставшийся нам ценой благородного честного труда, кажется слаще и милее…"

Психотерапевт Елена Рыхальская называет такой подбор "исправительной литературы" субъективным и хаотичным. По ее мнению, когда одному подсудимому 23 года, а другому — 19, то предписывать им чтение поучительных книг поздно. Это могло сработать в детстве, в период формирования личности, да и то с поправкой на обстоятельства взросления.

"Книги не помогут, да и читать их, скорее всего, не станут, — говорит психотерапевт. — Все зависит от степени осознания нарушителем своего антисоциального поведения. Если мера пресечения оказывается слишком мягкой, чаще всего он просто не осознает, что натворил. Сама же склонность к преступлению и другим видам антисоциального поведения формируется в процессе воспитания под воздействием среды взросления, а потом фиксируется, если человек, получивший такие установки, попадает в тюрьму или колонию".

Только не в тюрьму: гуманный приговор не исправит, но убережет

Психолог Дмитрий Попов считает крайне важным то, что судья не отправил нарушителей в места заключения. По его мнению, это если не предотвратило, то по крайней мере отсрочило их безвозвратный переход в криминальный мир. Психолог, активно сотрудничающий с правоохранительными органами, назвал решение Гарского знакомым для украинского правосудия и добавил, что оно делает честь судье, который не пожалел времени и разобрался в личных историях подсудимых.

"Подобная мера пресечения, скорее всего, не перевоспитает воришек, но они пока не получат криминального морально-психологического воздействия социума тюрьмы, который быстро изменил бы их мировоззрение и привлек на рынок криминальных услуг, — подчеркивает Попов. — Да и статистика преступлений-рецидивов после выхода из заключения остается высокой, значительно превышая 50% от общего количества освобожденных".

В психологии существует понятие "криминальный тип личности" — набор характеристик, которые с высокой долей вероятности приведут человека на скамью подсудимых. Импульсивность, агрессивность, низкий уровень эмпатии, дисбаланс между само­оценкой и требованиями, предъявляемыми к другим, завышенная самооценка, склонность к самооправданию, перекладыванию вины на других лиц, специфические ценностные ориентации — порой даже позитивные качества, попадая в такой "букет", только ухудшают ситуацию. Способность к аналитическому мышлению, хорошая память, инициативность, лидерские задатки делают преступника еще более опасным для общества.

"К человеку, который обладает набором "криминальных" качеств, малоприменимы меры воспитательного характера, особенно если в истории человека уже было пребывание в местах лишения свободы. Но в случае с автоворишками это и впрямь имело смысл", — убежден психолог.

Вопрос правомерности

Руководитель "Лиги украинских правозащитников" и адвокат Exante Law Firm Юлия Сегеда о резонансном решении Малиновского районного суда Одессы высказалась неодобрительно.

"Приговор звучал прикольно, понравился публике, но все как-то забыли, что судья обязан оставаться в рамках Уголовного кодекса. Если судьи начнут сами придумывать наказания подсудимым, мы получим на выходе много совсем не прикольных решений, это опасная тенденция, — говорит юрист. — Помимо прочего, тут еще имеет место нарушение прав человека. Даже тот, кто нарушил УК, волен сам выбирать, что ему читать и читать ли вообще".

Статья 2 Уголовного процессуального кодекса гласит, что задача уголовного производства — защита личности, общества и государства от правонарушений, охрана прав и свобод, законных интересов, обеспечение скорого и непредвзятого расследования и судебного рассмотрения.

"У судебного рассмотрения те же задачи, воспитательной среди них нет, — настаивает Сегеда. — Для перевоспитания в Украине созданы органы пробации. Было бы хорошо, если бы каждая из этих структур сосредоточилась на своих функциях, установленных законом. Тех самых, ради выполнения которых ей выделяют бюджетные средства".

Важно Надо меньше бить. Смогут ли украинские тюрьмы искоренить насилие над заключенными

Руководитель "Адвокатского бюро Марии Каминской" комментирует решение одесского судьи гораздо менее категорично. Ни Конституция, ни Закон Украины "О судоустройстве и статусе судей" прямо не возлагают на суды воспитательных функций. Однако Мария Каминская отмечает, что, согласно ст. 50 Уголовного кодекса, одна из целей наказания в уголовном праве — исправление осужденных, а также предупреждение совершения новых уголовных правонарушений ими самими или другими лицами. Кроме того, наказание ни в коем случае не должно преследовать цель унижения человеческого достоинства. А поскольку меру наказания за уголовное правонарушение определяет исключительно суд, то логично, что он должен учитывать в том числе воспитательный эффект, который окажет принятое им решение как на подсудимых, так и на других потенциальных правонарушителей.

Формальное право: ст. 76 Уголовного кодекса Украины

"Упомянутый приговор базируется на нормах уголовного и уголовно-процессуального законодательства, требующих от судов в обязательном порядке учитывать при назначении меры наказания личность подсудимого, а также обстоятельства, отягощающие или смягчающие ответственность, в частности об этом гласит часть первая статьи 65 Уголовного кодекса, — говорит Мария Каминская. — Несмотря на это следует согласиться, что подобного рода решения действительно нетипичны для отечественной правовой системы. Решение суда можно назвать уникальным и весьма похвальным. Не только из-за самого обязательства читать классику для подсудимых, но и в силу очень высокого уровня аргументации суда. Аргументации не сугубо юридической, а философской, такими неоспоримыми доводами, как "справедливость", "общечеловеческие ценности", "долг судьи — служить правде и человеческому достоинству". Подобного рода решений в украинской практике действительно единицы".

Согласно ст. 76 Уголовного кодекса, в случае назначения осужденному условного тюремного срока вместо реального на него возлагают предусмотренные этой статьей обязательства. Некоторые из них обязательны во всех случаях. Например, любому человеку на условном сроке нужно периодически отмечаться в уполномоченном органе пробации и сообщать о смене места проживания, работы или учебы. Некоторые обязательства назначают на усмотрение судьи с учетом степени тяжести преступления и личности виновного. Пункт 6 части третьей ст. 76 предполагает, что осужденного можно обязать "придерживаться установленных судом требований насчет совершения определенных действий". Очевидно, этот пункт подходит и к решению судьи Гарского, так что формальных претензий к его приговору быть не может.

Трудности контроля

У любого нетривиального решения есть по крайней мере один существенный изъян — отсутствие отработанного в исполнительной системе механизма реализации и контроля. Ст. 76 УК и ст. 13 Уголовно-исполнительного кодекса возлагают функцию контроля на уполномоченный орган по вопросам пробации. Речь идет о госучреждении под названием "Центр пробации". Он, помимо прочего, должен проводить воспитательную работу с осужденными и делать все для предотвращения повторных правонарушений. Когда судья формулирует какое-нибудь нестандартное условие замены лишения свободы другой мерой пресечения, именно сотрудники службы пробации должны следить за тем, выполнено это условие или нет.

Если осужденным предписано читать Твена и Лондона, к каждому из них нужно приставить сотрудника Центра, который должен проверить, вправду ли они читают эти книги или хотят отделаться пересказом краткого содержания из "Википедии". Теоретически в таком случае должна регулярно проводиться проверка знания текста посерьезнее той, которую проходят учащиеся, сдавая экзамены по литературе.

Здесь возникает проблема с контролем. Хорошо, если среди социальных работников, нанятых пробационной службой, найдется бывший преподаватель какой-нибудь филологической дисциплины. В противном случае креатив судьи пропадет втуне, книги из обязательного списка так и не будут прочитаны.

Важно Надо меньше бить. Смогут ли украинские тюрьмы искоренить насилие над заключенными

Впрочем, нынешний директор ГП "Центр пробации" Олег Янчук ратует за расширение спектра альтернатив тюремному заключению. Утверждает, что у его учреждения есть организационные механизмы для контроля над реализацией нетривиальных решений, способствующих снижению рецидивной преступности. Лично ему идея перевоспитания вместо лишения свободы очень близка.