Дальность имеет значение. Чем Китай собирается топить американский флот

Точные, быстрые, дальнобойные ракеты типа DF-100, сжимают пространство и время для морских противников Китая. Если флот США и союзников окажется за несколько сотен километров от азиатского побережья, огневая мощь НОАК обрушится на них в одно мгновение. Больше нет разницы, находится ли флот за несколько километров до берега или в священных просторах океана.

Фокус перевел текст Джеймса Холмса – заведующего кафедрой морской стратегии им. Дж.С. Вайли Военно-морского колледжа, в котором речь идет о противокорабельных ракетах КНР и их потенциале.

КНР способна утопить корабли США еще до того, как те приблизятся к берегу

Значит, это правда, что Народно-освободительная армия Китая (НОАК) представила новое оружие во время военного парада 1 октября 2019 года? Должен признать, я поражен. Если рост военного могущества Китая что-то и доказал, так это то, что командиры НОАК и их политические кураторы любят удивлять и троллить западных обозревателей. Они тайно разрабатывают новое оборудование, затем выставляют его на всеобщее обозрение и с удовольствием наблюдают за пересудами и комментариями сообщества.

Разумеется, пусковые установки с якобы способными развивать сверхскорость ракетами DF-17 и DF-100 пронеслись по площади Тяньаньмэнь в честь семидесятой годовщины основания Китайской Народной Республики. За пределами Китая об этом оружии услышали впервые. (1 октября также состоялся публичный дебют межконтинентальной баллистической ракеты DF-41, но об этом на западе знали уже давно). Возможно, иностранные спецслужбы знали об этих "птичках", но предпочли не сообщать об этом открыто, чтобы не раскрыть свои источники.

Важно Китайский аналог F-22. Истребитель-невидимка J-20 хорош, но это неточно

Не ясно, является ли DF-100 крылатой или баллистической ракетой. Номенклатура "DF", похоже, указывает на то, что она летит по баллистической траектории, в то время как Jane's означает сверхзвуковую крылатую ракету. Возможно, она станет промежуточным звеном между баллистическими и морскими ракетами, поднимаясь по дуге высоко в атмосферу, но следуя по более сглаженной траектории, чем баллистическая ракета. Такая ракета будет атаковать оперативные группы ВМС США под другим углом, дополняя противокорабельные крылатые и баллистические ракеты, а также торпеды и морские мины. Утверждается, что новая противокорабельная ракета достигает гиперзвуковой скорости, то есть в пять или более раз превышает скорость звука по крайней мере на протяжении части своего полета. Это повышает ее шансы прорвать оборону ВМС США. У защитников останется мало времени на что-либо, кроме выстрелов наугад.

Как отмечает газета South China Morning Post в своем репортаже о параде, DF-100 может похвастаться дальностью полета в 2-3 тысячи километров (примерно 1 200-1 800 статутных миль), и "в основном предназначена для поражения крупных целей на море". Под крупными целями хроникеры SCMP наверняка подразумевают авианосцы США или союзников. Но такое оружие может стать угрозой и для амфибийных транспортов, эскортных крейсеров или эсминцев, идущих в сопровождении эскадренных миноносцев, а также кораблей тылового обеспечения, которые переправляют жизненно важное топливо и боеприпасы флоту, курсирующему в море.

Важно Китайский БПЛА "Парящий дракон" развернут для боевой подготовки (фото)

Поэтому давайте не будем гадать о целях, которые ракетчики PLA задумали для своей новой игрушки. Достаточно знать, что защитная концепция "ограничения доступа" наносит большой урон с помощью атак на менее защищенные цели, чем носители или надводные боевые корабли. Если у защитников НОАК есть такая возможность, почему бы ей не воспользоваться? Самый мощный флот мало чего добьется без материально-технической поддержки. Атаковав американский флот боевой логистики, вы лишите боевой флот запасов; истощите запасы флота – и его как не бывало. Путь наименьшего сопротивления вполне может привести НОАК к тактическому, оперативному и стратегическому успеху.

Автор бы так и поступил.

Приведем три точки зрения на то, как интерпретировать последние новости

• Во-первых, военная мощь является основой "китайской мечты" – национальной цели, заявленной президентом Си Цзиньпином.

Обозреватели иногда принимают китайскую мечту за экономическую программу, и накопление богатства, безусловно, является ее частью. Но богатство – лишь средство для достижения великой мощи, а не самоцель. Коммунистический Китай стремится осуществить свою мечту и изжить воспоминания о "столетии унижения" от рук морских завоевателей, добившись "великого обновления китайской нации".

Игра мускулами национальной мощи, в том числе военной, — неотъемлемая часть мечтаний Си. Отсюда и повышенное внимание к военным зрелищам в годовщины вроде 1 октября.

• Во-вторых, склонность Китая к коварству и обману проявилась на военном параде так же, как и на всех подобных мероприятиях.

Центр стратегических и международных исследований отмечает: "Китайская Народная Республика находится в процессе создания и развертывания сложного и современного ракетного арсенала, преднамеренно окутанного тайной из-за нежелания заключать соглашения о контроле над вооружениями или другие соглашения о прозрачности". Форма соответствует содержанию. Китайская дипломатия и война испокон веков основаны на обмане.

Стратегические гроссмейстеры от Сунь Цзы до Мао Цзэдуна подчеркивали значение обмана. Для них уклонение – способ уменьшить затраты, опасности и продолжительность войны в случае, если Китай является более сильным соперником, или переломить ход войны, если Китаю как слабому сопернику нужно тянуть время. Этот принцип является неотъемлемой частью китайского государственного устройства, независимо от ситуации и соотношения сил. Сунь-цзы призывает полководцев и правителей повергать врагов в бегство, а Мао провозглашает, что все военные действия основаны на обмане. Неудивительно, что у Пекина вошло в привычку трубить о некогда тайных военных проектах, когда приходит время. Так формируется представление о военном мастерстве Китая как целеустремленного и могущественного игрока, а его противники пребывают в смятении.

• В-третьих, военные стратеги мыслят понятиями "оперативных факторов", а именно пространства, времени и силы.

Чтобы одержать победу на данном театре военных действий, командиры должны разместить достаточное количество сил в определенном географическом пространстве на достаточно длительный срок для достижения целей, возложенных на них высшим военным и политическим руководством. Это может предусматривать накопление достаточных сил для разгрома вражеских сил на месте; может быть, необходимо развернуть достаточно сил, чтобы помешать стратегии противника и предотвратить поражение. Противник, лишенный свободы действий и пространства для маневра, неспособен в полной мере выполнить свою миссию. Другая же сторона, способная контролировать эти оперативные факторы, получает оперативное и стратегическое преимущество.

Так было всегда. В эпоху паруса и пара капитаны боялись приближаться к береговым крепостям. Дальность выстрела ограничивала оперативное пространство. Снаряды преодолевали его в течение нескольких секунд, а значит, время принятия решения до того, как вражеские орудия врежутся в корпус военного корабля, было невелико. Хуже всего то, что орудия в крепостях были больше и мощнее корабельных, а также обладали превосходящим количеством боеприпасов для перезарядки и ведения огня. Чтобы достичь своих целей, флотам обычно приходилось действовать в зонах, где пространство, время и сила действовали на руку противнику. Отсюда пословица, приписываемая лорду Горацио Нельсону, британскому богу морской войны: "Неразумно сражаться кораблю против форта".

Важно В Китае засветили неизвестный самолет в ролике к 72-й годовщине создания ВВС (видео)

Противокорабельные баллистические и крылатые ракеты – современные аналоги пушек, стреляющих с суши, — возвращают дух эпохи артиллерии ближнего боя. Точные и быстрые ракеты большой дальности вроде DF-100, сжимают пространство и время для морских противников Китая. Если флот США и союзников окажется за несколько сотен километров от азиатского побережья, огневая мощь НОАК обрушится на них в одно мгновение. Больше нет разницы, находится ли флот за несколько километров до берега или в священных просторах океана. Отсюда усилия и ресурсы, которые Пекин вкладывает в защиту от доступа. Это оперативно обоснованный способ ведения войны на море.

Мы часто спорим о том, мыслит ли коммунистический Китай как морская держава открытого океана по образцу ВМС США, Королевского флота Великобритании в период его расцвета, голландского, испанского или португальского флотов в эпоху парусного флота, или же он мыслит как держава береговой обороны, которой он являлся с момента создания Народной Республики семьдесят лет назад. Это важная тема. Ответ может показать, какие амбиции преследует Пекин – оборонительные или наступательные, и, следовательно, будет ли он держать ВМС НОАК вблизи своих берегов или отправит его в плавание по семи морям.

Тем не менее, этот вопрос теряет смысл по мере развития противокорабельного и противовоздушного оружия и сенсорных технологий, в результате чего все больше океанского пространства оказывается в пределах досягаемости "береговой" обороны. Радиус в 2900 км от береговой линии материка охватывает огромное морское пространство, включая так называемые просторы "голубых вод" – то есть открытое море, которое бороздят великие флоты. Таким образом, семейство ракет, которыми вооружалась НОАК в последние десятилетия, включая DF-100, позволяет Китаю действовать в обоих направлениях в водах Тихого и, в меньшей степени, Индийского океанов. НОАК может остаться верной своей традиции береговой обороны, одновременно создавая военно-морской флот "голубых вод".

В этом случае Пекин сможет спокойно и плавно войти в свое новое положение как глобальной морской державы. Возможно, Запад видит недостаток в китайской морской стратегии там, где его нет. Это отрезвляющая мысль.

Об авторе

Джеймс Холмс – заведующий кафедрой морской стратегии им. Дж.С. Вайли Военно-морского колледжа.

Эта статья впервые появилась в 2019 году и переиздается в связи с интересом читателей.