Азиатское вторжение. Как китайские блокбастеры обошли "Форсаж-9" и нового Бонда

Следующая сенсация — вторая лента в этом рейтинге тоже из КНР — фантастическая комедия "Привет, мама", заработавшая $822 млн (бюджет — $59 млн). Штатовская лента о гонках "Форсаж-9" дотянула только до третьего места со своим $721 млн (бюджет — $225 млн). На четвертой ступеньке снова китайцы с комедийным боевиком "Детектив из Чайнатауна-3", сборы — $686 млн (бюджет — $117 млн). Пятерку замыкает последний Джеймс Бонд с Дэниелом Крейгом "Не время умирать" с $686 млн (бюджет — $301 млн).

Хваленый американский фантастический боевик "Годзилла против Конга", весной вызвавший эйфорию у критиков и зрителей тем, что первым в ковидный период собрал $400 млн, занял лишь почетное шестое место в списке самых кассовых картин этого года с $467 млн (при бюджете $155 млн).

Важно Успех "Годзиллы против Конга": подборка лучших обезьян-гигантов и мутантов-ящеров (видео)

Пришло время осознать: в планетарной пятерке блокбастеров — три китайских. Значит, мировая гегемония Голливуда дала трещину. Причем этих финансовых рекордов китайские картины достигли исключительно за счет внутреннего рынка Поднебесной. А американские кинохиты до двух третей сборов взяли в том же Китае.

"Битва на озере Чан-Цинь". Сталинград по-китайски

Кстати, лента-чемпион "Битва" — о том, как китайцы победили в ходе корейской войны в нояб­ре — декабре 1950-го американцев. Символично! В основу сюжета военной драмы легла история, повествующая, как китайские вой­ска в районе озера Чан-Цинь (Чосин) чуть не окружили ­1-ю дивизию морской пехоты США (X корпус ООН), которая высадилась в восточной части Кореи и после первых успешных боев двинулась вглубь суши. Китайские солдаты в диких погодных условиях (глубокие сугробы, температура до -40°C) почти сумели взять в кольцо американские подразделения. Осознав опасность своего положения, американцы прорвали окружение, вышли к морю и поспешно эвакуировались на кораблях. Штатовские пехотинцы еле выскользнули из китайских клещей и, чтобы как-то оправдаться в глазах соотечественников, назвали свои действия "наступлением наоборот".

Одна из главных фишек южнокорейского кино — освещение социальных неурядиц. Я работала с южнокорейцами. По их словам, даже украинские социальные реалии помягче

Китайские кинематографисты отлично сделали масштабные военные сцены и грамотно освоили огромный бюджет — $200 млн. Сам эпизод для экранизации выбран неслучайно, это такой "Сталинград по-китайски", переломивший ход Корейской войны (куда были втянуты, помимо Кореи и Китая, СССР и США), после которой и произошло разделение Кореи на Северную и Южную.

К фильму "Привет, мама" режиссер Цзя Лин сама написала сценарий и сняла себя в главной роли. По сюжету полноватая и не слишком симпатичная и удачливая девушка постоянно огорчает свою маму. Но однажды они обе попадают в аварию. В больнице дочь от травм и эмоционального потрясения проваливается в прошлое — в 1981 год, где встречает свою молодую маму. Имея знания о будущем и "передовое мышление", она теперь в качестве ­подруги ­пытается максимально исправить свои "косяки" в прошлом, чтобы мама стала счастливой. Идея явно ­позаимствована из трилогии "Назад в будущее", когда при помощи перемещения в прошлое герои стремились исправить свою карму.

"Детектив из Чайнатауна-3" — комедийный боевик, где с главным героем — сыщиком случается масса приключений в Токио (первые две части сняты в Бангкоке и Нью-Йорке).

На кинорынке китайцы первые из-за ковида попали в стагнацию, но и первые выскочили из нее с высокими показателями. У них приличные бюджеты, вполне сопоставимые с американскими, а качество китайских фильмов стабильно хорошее. Они научились снимать добротные коммерческие картины. А что касается качественного скачка, то он произошел у их соседей — в Южной Корее.

Южнокорейский феномен: от Пак Чхан Ука до "Игры в кальмара"

Первым прорыв совершил южнокорейский режиссер Пак Чхан Ук (род. в 1963-м), который покорил Европу. Его жестокие социальные драмы осыпаны европейскими наградами: "Олдбой" (2003) удостоен Гран-при Канн, "Сочувствие госпоже Месть" (2005) взяло "Малого Золотого льва" в Венеции, а короткометражка "Ночная рыбалка" (2011) заполучила "Золотого медведя" в Берлине.

Пак Чхан Ук продюсировал другого перспективного кинематографического гения — режиссера Пон Чжун Хо (род. в 1969-м), и результат не заставил себя ждать. Постапокалиптический триллер "Сквозь снег" (2013), где после глобального похолодания остатки человечества враждуют в последнем мчащемся по ледяной пустыне составе, взял все призы в Южной Корее и серьезно повлиял на мировой кинематограф. А в 2020 году социальная драма с элементами сатиры Пон Чжун Хо "Паразиты" уже покорила США: она получила четыре "Оскара" во всех престижных категориях: "Лучший фильм", "Лучший режиссер", "Лучший оригинальный сценарий", "Лучший фильм на иностранном языке". Впервые в истории Голливуда зарубежная лента победила в категории "Лучший фильм".

Важно "Кальмар" шагает по планете. Пять причин для массового ажиотажа вокруг "Игры в кальмара"

Тут подоспел и феноменальный успех южнокорейской социальной драмы-аттракциона от Netflix "Игра в кальмара" (2021) режиссера и сценариста Хван Дон Хека (род. в 1971-м), которую за месяц посмотрели 142 млн платных подписчиков, а дети и взрослые в разных странах породили "кальмароманию", покупая атрибутику и играя в игры а-ля "Кальмар".

Феномен азиатского кино: будет ли крутой поворот

Захватит ли азиатское кино мировой рынок? Кто способен перехватить у Голливуда инициативу — китайцы или южнокорецы?

"Из-за ковида в Голливуде образовывалась пустота. Я предупреждала своих голливудских знакомых: "Если активно не начнете работать, другие сориентируются и заполнят эту пустоту". Так и произошло, — рассказывает Наталья Байдан, гендиректор сети "Планета Кiно". — Но не думаю, что все эти восточные тигры, драконы и кальмары захватят рынок и смогут проглотить американцев".

По словам Байдан, китайцам развернуться не даст их политическая цензура, которая очень влияет на их кинематограф. "Доминирующей сейчас является американская поп-культура, огромное количество людей привязано к супергероям. Китайцы же вряд ли готовы "пересадить" зрителей на другой культурный продукт, потому что зажаты своими политическими рамками, которые не дают им в полной мере распоряжаться огромными финансовыми ресурсами и возможностями".

Однако Китай может распространять свое влияние опосредованно, меняя сюжеты голливудских картин.

"Китай разросся до монстра, у которого много денег. А Голливуд — достаточно жадная тетка. И, конечно, Китай все больше будет влиять на Голливуд, — утверждает украинский режиссер Любомир Левицкий ("Тени незабытых предков", #SelfieParty). — Но США не могут противоречить своей политике, в кино у них на первом месте — пропаганда Америки. Как бы голливудские студии ни хотели китайских денег, ценз будет сдерживать их аппетит. Но вот, например, фильм Дени Вильнева "Прибытие" (2016). Тарелка приземлилась, все страны в шоке, не знают, что им делать. Весь мир хочет принять мирное решение, а китайский генерал — за бомбардировку. Американцы звонят ему и просят изменить решение. Эта сцена была внесена, чтобы показать, что весь мир будет считаться с Китаем. Это пример того, как Китай будет интегрироваться с Голливудом. Они будут усиливать свое присутствие в конкретных блокбастерах. А с точки зрения покорения мира чисто китайским кино, мне кажется, об этом рано говорить".

Что касается южнокорейского кинематографа, то эксперты сходятся во мнении, что здесь зрителям предлагается принципиально новый контент.

"Одна из главных фишек южнокорейского кино — освещение социальных неурядиц. Кстати, я работала с южнокорейцами, они приезжали сюда. По их словам, даже украинские социальные реалии помягче, — говорит Наталья Байдан. — У нас не живут в коробках два на два. 90% южнокорейцев говорят, что с удовольствием остались бы жить в Украине. Американская же культура заточена под уход от реалий в какой-то параллельный мир. А все, что связано с социальными реалиями, у них сразу переходит в формат артхауса. Это в основном супергеройское кино, где приходит супермен и решает все проблемы. Несмотря на то что внешность героев в дорамах неевропейская, но сама их жизнь настолько всем знакома, что каждому можно смело выстраивать свои ассоциативные ряды. Как и произошло в случае с "Кальмаром", где автор сочинил историю, нашедшую отклик во всем мире. Во времена глобализации мы и так неплохо знакомы с разными культурами и готовы воспринимать все что угодно, лишь бы был качественный контент, пусть он и произведен в Азии".

"У южнокорейцев один глобальный тренд — жестокость. В их случае вопрос насилия еще подымается и в социальном ключе. Они взяли голливудские лекала и в эти формы залили собственные страхи. Получилась идеальная модель. Зрителей разных стран тянет это смотреть, — считает Левицкий. — В маркетинге южнокорейцы приняли две гениальные вещи — насилие и простоту. Открываешь айфон — о, тут цветные квадратики и треугольники, делаем на их основе дизайн, и дети во всех странах копируют костюмы "Кальмара". Эстетическое влияние южнокорейских фильмов с их насилием, к сожалению, продолжится в мировом кино — уровень агрессии будет повышаться. Я сам себя поймал на мысли, что некоторые сцены в моем фильме "Капитан Украина" снял бы более жестоко, чтобы больше вызвать эмоций. Смотрю, как тинэйджеры воспринимают жестокость в фильмах — не как что-то настоящее. Мой 11-летний сын говорит: "Папа, это же просто кино". Они смотрят на это как на развлечение, и оно им, к сожалению, нравится".

Но возможен ли киносоюз Китая с его неограниченными ресурсами и Южной Кореи с ее ультрасовременным креативом? Тогда Голливуду точно не поздоровится.

Эксперты едины во мнении, что пока такой альянс невозможен.

"Китайцы не готовы интегрироваться по политическим причинам, — говорит Байдан. — Южная Корея и США, Южная Корея и Япония отлично интегрируются. А Китай и Южная Корея, может быть, когда-нибудь объединятся, но точно не сегодня. У Китая слишком зарегулирован рынок политической цензурой. Тот же Голливуд, чтобы получить право проката любых своих фильмов в Китае, вынужден играть по правилам политической игры КНР, где задействовано множество чиновников".

Важно Снимая золотую маску. Кто правит миром по версии создателей "Игры в кальмара"

"Что касается коллаборации Китай — Южная Корея, то моя интуиция говорит, что это вряд ли состоится, — подтверждает мнение Натальи режиссер Левицкий. — Они хоть и похожие звери, но эго у них очень разное. В ближайшее время вряд ли они найдут точки пересечения".

К специфическим чертам именно азиатского кино можно отнести эстетизированную жестокость, замешанную на социальной несправедливости. А также гораздо более вольное смешение жанров в рамках одного проекта, чего не могут себе позволить их голливудские коллеги.

Очевидно, что мир кино и культуры будет меняться под воздействием азиатских культурных феноменов, потому что аттракционные голливудские фильмы последних лет не способны отвечать на массу вопросов в новых — ковидной и постковидной — реальностях.

Долгие годы Япония среди азиатских стран доминировала в мировом кинематографе, но, по-видимому, самурайские темы имени Такеши Китано поднадоели, потому что работают в специфических рамках исключительно японской культуры. А южкорейцы, взяв западные лекала, создают более междужанровый и интернациональный продукт.