Человечество в осаде: откуда берутся агрессивные вирусы, порождающие смертоносные пандемии

Пандемия коронавируса, внезапно и коварно обрушившаяся на мир, захватившая все страны и континенты, пробудила в людях не только определенные панические настроения, но и заставила пристальнее взглянуть в глаза новому врагу: откуда он, чего хочет, почему напал и есть ли у нас надежда на победу.

Стоит подчеркнуть, что за свою историю – во всяком случае, те тысячелетия, которые удается отследить – человечество пережило немало опустошительных трагических пандемий, которые приводили к вымиранию целых народов и континентов, зачастую влияли на ход истории.

Причем одни пандемии (к примеру, холеры и чумы) были вызваны бактериями, а другие (к примеру, испанки, лихорадки Эбола, SARS, нынешнего Covid-19) – вирусами.

Поговорим о вирусах.

Пандемии трудно предсказать, и еще труднее обуздать.

Интересно, что вирусы, их вызывающие, постоянно соседствуют с нами на протяжении всей жизни, но в один миг неожиданно начинают проявлять необъяснимую агрессивность, убивая и калеча десятки миллионов людей.

Потом так же неожиданно пандемии сходят на нет.

Неужели человек бессилен против гнева своих опасных соседей и сожителей? Это драматическая история противостояния.

Вирус – одноразовый шприц с фрагментом ДНК.

Современная наука даже теперь, в ХХІ веке не готова однозначно ответить, что же такое вирусы – живые существа или неживое вещество.

На сегодняшний день обнаружено и описано около 5 тыс.

различных вирусов, но, ясно, что это лишь верхушка айсберга.

На самом деле, их миллионы.

Они вокруг нас: в воде, в земле, в организмах животных, в растениях… Вирус, по сути, кусочек генетической информации, облаченной в белковую оболочку.

Чужая клетка нужна ему, чтобы жить.

И вне живого организма он не развивается, а как бы “спит”.

Некоторые вирусологи описывают вирус как “одноразовый шприц, впрыскивающий в живую клетку пружинку своей ДНК”.

Тем самым он запускает коварную и хитрую программу, которая заставляет пораженную клетку воспроизводить такие же смертоносные шприцы.

Существует даже конспирологическая теория вселенского эксперимента “направленной панспермии”, в результате которого Земля была “засеяна” органическими зародышами, обслуживать которые, программировать их развитие должны были биороботы-вирусы.

Именно они должны были корректировать эволюцию, последовательно вводя в живые клетки необходимые ДНК.

Но за миллиарды лет что-то пошло не так… И роботы стали время от времени убивать своих подопечных.

Можно с иронией относиться к этой теории, но среди ее приверженцев – известные, авторитетные ученые со всего мира.

Теорию “направленной панспермии” всерьез рассматривали такие выдающиеся исследователи, как Г.

Гельмгольц, С.

Аррениус, Дж.

Томсон, П.

Лазарев и другие.

А лауреат Нобелевской премии, американский ученый, один из соавторов создания модели ДНК Френсис Крик в книге Жизнь как она есть: ее происхождение и природа особо подчеркнул, что генетический код идентичен во всех живых объектах, изученных в настоящее время.

Именно Крик и его коллега Лесли Оргел, ссылаясь на открытия в молекулярной биологии, палеонтологии и космологии, предположил, что жизнь на нашей планете была целенаправленно засеяна из Космоса.

Из всего вышесказанного вытекает, что агрессивное поведение вирусов невозможно логически объяснить.

Ведь их главная эволюционная задача — размножаться, плодить как можно больше своих копий.

По идее он, вирус, должен холить и лелеять, а не убивать живую клетку, которая обеспечивает ему вечную жизнь.

Взять, к примеру, вирус герпеса.

Он живет практически в каждом человеке, не нанося большинству людей ощутимого вреда.

То есть ведет себя, как ему и положено.

А вот вирус Эболы можно назвать самоубийцей.

Он убивает почти половину своих жертв, лишая себя среды обитания.

То есть ведет себя так, как-будто в нем случилась какая-то поломка, и он не ведает, что творит.

Вирусы есть у каждого вида живых существ на Земле.

Смертоносными они становятся, когда им удается перейти от одного вида к другому.

Это происходит нечасто.

Скажем, вирусы от растений к животным переходят, наверное, раз в один миллион лет.

А от животных к людям чаще.

Исследователи уверяют, что, к примеру, вирус Эбола попал в человеческий организм от летучих лисиц (разновидность летучих мышей), у которых он не проявлял особой агрессивности.

Вспомним свиной и птичий грипп.

Да и нынешний коронавирус, что бы ни говорили о его происхождении, все же напрямую связан с определенным видом летучих мышей.

Почему вдруг вирусы преодолевают межвидовой рубеж, точно не известно.

Виновата ли в этом хозяйственная деятельность человека, изменения климата, демографические проблемы, активность солнца, секретные лабораторные эксперименты, или есть какие-то другие причины, определенно никто не скажет.

К тому же хитрые или мудрые вирусы мутируют.

Мутация для них – обязательная составляющая жизненного цикла.

Чтобы иметь возможность приспособиться к новым условиям, вирус меняется, производя все новые и новые варианты, которые могут “пригодиться” в тех или иных условиях.

Наиболее масштабные эпидемии, вызванные вирусами.

Желтая лихорадка.

Желтая лихорадка впервые была описана после вспышки на Юкатане в 1648 году.

“Желтой” ее назвали потому, что у пациентов желтела кожа и склеры глаз.

Переносят вирус комары.

Заболевание имело очень тяжелое течение и высокую летальность.

С конца XVII до начала ХХ века в американских городах произошло больше 50 эпидемий желтой лихорадки.

На Гаити в 1802 году вирусом заразились наполеоновские войска, эпидемия унесла жизни более 50 тыс.

В Европу желтая лихорадка попала в 1723 году – в Португалию, Испанию и портовые города Англии.

Смертность была очень высокой.

Пока не создали вакцину от желтой лихорадки.

Вирус гриппа, который сегодня известен как испанка, появился в Восточной Азии и начал стремительно распространяться еще с 1916 года.

Но сначала его не считали отдельной самостоятельной болезнью.

Потом врачи заметили особенность этого вирусного заболевания – оно было очень заразно и характеризовалось большим количеством тяжелых осложнений, приводивших пациента к смерти.

Первый официально подтвержденный случай испанки был зафиксирован в 1918 году в Канзасе (США).

Далее грипп массово распространился по Европе.

По приблизительным оценкам, в 1918-1920 годы испанкой заразилось более 500 млн человек – это почти третья часть населения Земли.

Не справилось с коварной болезнью более 40 млн.

Эта пандемия считается до сих пор самой смертоносной в истории человечества.

Она закончилась также неожиданно, как и началась.

Азиатский грипп (1956-1958 годы).

Унес жизни по меньшей мере 2 млн человек в разных странах мира.

Больше всего пострадали Китай и США.

Гонконгский грипп (1968 год).

За три месяца из Гонконга, где был зарегистрирован первый случай, болезнь со скоростью пожара распространилась на США, Индию, Австралию, страны Европы… Погибло более одного миллиона человек, Гонконг лишился 15% своего населения.

Свиной грипп.

В середине апреля 2009 года в Южной Калифорнии зафиксировали два случая гриппа среди детей.

Заболевание было вызвано абсолютно новым штаммом – A/H1N1.

Новый грипп представлял собой не встречавшуюся ранее комбинацию штаммов североамериканского и евразийского свиного вирусов.

Имеющиеся к тому времени вакцины против гриппа показывали нулевую эффективность.

За год – с апреля 2009-го до апреля 2010-го – только в США от свиного гриппа погибло 12,5 тыс.

Были жертвы и в Украине.

Всего же в мире эта быстротекущая эпидемия унесла жизни почти четверти миллиона человек.

Кроме эпидемий гриппа, за последнее десятилетие зарегистрировано несколько пандемий других вирусных заболеваний.

В частности, лихорадка Западного Нила – 1999 год, SARS – 2002, MERS – 2012, лихорадка Эбола – 2013, чикунгунья – 2013, лихорадка Зика – 2015 год.

Коронавирусное заболевание Covid-19, c которым весь мир еще борется.

Нельзя не вспомнить в этой связи и пандемию ВИЧ/СПИДа, начавшуюся в 2005 году.

Число погибших превышает 36 млн.

Человечество обречено жить рядом с микроскопической цивилизацией вирусов.

Победить их, похоже, не удастся, надо научиться сосуществовать с наименьшими потерями.

Будем учиться.