От автора. Фильм Леонида Канфера об истории независимой Украины

На канале «Украина 24» показали фильм Леонида Канфера «30 лет до свободы». Изначально в нем планировалось шесть серий — по одной на каденцию каждого из шести президентов — но в итоге фильм вышел десятисерийным, и ни о каких шести президентах в фильме речь не идет. Он начинается с предыстории, с конца 80-х, Перестройки и объявления Независимости, и заканчивается, по сути, результатами «оранжевого» Майдана, от которого очень стремительно, буквально за несколько последних минут, перешли прямо к Евромайдану.

Главный рассказчик, ведущий канала «Украина» Олег Панюта, в последних кадрах фильма стоит на ступеньках резиденции Януковича в Межигорье и пересказывает разные версии (или легенды) побега Виктора Федоровича: то ли сам выехал, с тоннами денег, то ли выкрали его, то ли Путин его лично доставил в Россию. А затем говорит, что российская пропаганда «мутировала» после этих событий в страшное оружие. «Но это будут уже совсем другие страусы», — произносит Панюта. На этой, явно подготовительной для следующей серии фразе, заканчивается десятый эпизод. Но неделю спустя пресс-служба канала разослала сообщение, что фильм завершен. Видимо, чтобы объяснить заинтригованным зрителям, что продолжения ждать нет смысла. «Десятисерийная программа выходила в период с 29 августа по 31 октября и за это время собрала у экранов 2 миллиона 343 тысяч зрителей. Средняя доля цикла достигла — 1,3 (аудитория 18+ по всей Украине)», — отчиталась пресс-служба.

Для сравнения, у двухсерийного пиар-ролика об Арсении Яценюке под названием «Правдивая история» на том же канале — доля 1,7. В ютьюбе самого Яценюка обе серии посмотрели от 700 до 900 тысяч человек; на ютьюб-канале «Украины 24» на каждую серию фильма Канфера приходится в среднем по две тысячи просмотров.

И это немного грустно — потому что проект, пусть и незавершенный, и с большим количеством очевидных недоделок и недостатков, интересный. Он не первый, посвященный Независимости Украины, и не единственный, анализирующий целые десятилетия, но все же важный. Хотя бы потому, что собрал невероятное количество спикеров и напомнил о том, что происходило в 90-х — начале 2000-х тем, кто уже подзабыл. Или рассказал что-то новое тем, кто по возрасту не знал о происходившем в стране.

Но сразу же нужно оговориться: фильм Канфера в крайней степени авторский, то есть не претендующий на объективность, и подбор спикеров, экспертов, тем и событий тоже очень авторский и избирательный. А в некоторых сериях эта специфичность доходит до ангажированности. Например, если судить по фильму, фактически все самое важное и интересное происходило только на одном канале — «Украине». И ведущие, известные и влиятельные, — Гордон, Шустер, Панюта, Киселев, постоянные спикеры фильма — работают, по удивительному стечению обстоятельств, тоже на каналах «Украина» и «Украина 24». И, конечно же, в стране один-единственный благодетель — иногда он фигурирует в фильме как владелец футбольного клуба «Шахтер», иногда — как «меценат» и «эффективный менеджер», а иногда и вовсе скрывается за названиями промышленных групп вроде СКМ или «Метинвест», заводы которых неустанно борются за повышение благосостояния людей, живущих в прифронтовой зоне. Эти уклонения от прямого называния не должны смущать или интриговать зрителя после стольких лет безудержного пиара владельца медиагруппы: ну в самом деле, кто еще может заботиться о людях в Украине на канале «Украина 24»? Кто ремонтирует больницы и школы? Кто превращает предприятия на грани банкротства в процветающие и прибыльные? Кто создатель «золотой команды», как говорит Наталья Влащенко в единственном своем появлении в фильме? Кто возродил и канал «Украина», и футбольный клуб «Шахтер»? Даже смешно спрашивать: уж кто-кто, а зрители «Украины» выучили его имя назубок.

И, конечно, «золотая команда» представлена в фильме в полном объёме. Вот, например, бывший премьер-министр Гройсман, комментирующий кризис 90-х и то, как тяжело тогда приходилось выживать. А потом, уже будучи «самым молодым мэром Украины», как ему сложно было возродить Винницу и, например, закрыть стихийный рынок, принадлежащий его собственному отцу. А вот — бывший премьер-министр Яценюк, рассказывающий о начале своей карьеры и о своих сложностях с отцом, который не понимал, как сын может работать на рынке вместо строительства академической карьеры. И, конечно, вот Гордон, который то хвастается, что деньги греб лопатой и не знал, как их уместить в квартире; то комментирует политические события в стране. А то и сам становится событием — его успех, его брак с Олесей Бацман и даже его юбилей. На экране Бацман в красном платье поет в ресторане песню «Любимый», пока именитые гости за столами вежливо пережидают музыкальную паузу. Панюта за кадром представляет Гордона и Бацман как «самую авторитетную звездную пару политических комментаторов на главном информационном канале» страны — без его названия, но понятно же, на каком канале. Максимальная концентрация всей этой «команды мечты» — в пятой серии фильма; там же неожиданно появляется и Артур Мхитарян, который комментирует хаотическую и бесчеловечную застройку Киева. В принципе, есть за что критиковать — но Мхитарян и сейчас владелец крупной девелоперской фирмы, а раньше был президентом компании «Познякижилбуд», основанной его отцом, которая пару десятилетий застраивала столицу уродливыми многоэтажками. И вот когда главный редактор газеты «День» Лариса Ившина, тоже ненадолго появляющаяся в фильме, говорит о превращении столицы в неудобный для жизни город — ей веришь. А когда после нее Мхитарян радеет о спасении исторического центра — ему почему-то нет.

Тут самое время рассказать, почему вообще в фильме о «тридцати годах до свободы» Украины есть истории о застройке Киева, об Институте сердца Бориса Тодурова, о Лобановском, «Маски-шоу», футбольных клубах и «Мрії». Фильм — это не просто политическая история Украины, хотя ей уделяется основное экранное время. Помимо этого фильм — еще и попытка хотя бы пунктиром рассказать о самых значимых событиях из жизни страны в самых разных сферах. Включая полет первого украинского космонавта, похороны патриарха Владимира у стен Софии Киевской; выступление «Братів Гадюкіних» на Рождественских встречах у Аллы Пугачевой и появление конкурса «Мисс Украина». Что-то вроде и в духе «Намедни» Парфенова, но с менее жесткой структурой и самыми непредсказуемыми акцентами. Поэтому из истории про «Мисс Украина» мы узнаем, что в региональных конкурсах побеждают чьи-то дочери или возлюбленные с целлюлитом (вот это да!). А из эпизода о «Бессмертном полке» в России (есть и такой, снятый в Москве за несколько лет до начала работы Канфера над «30 лет до свободы») — что россияне не знают историю георгиевской ленточки. А также что в России много пьют, даже президенты, потом танцуют и даже по пьяни подписывают газовые соглашения. А у нас президенты ходят в гости к Гордону и едят вареники с вишнями.

Иногда событий так много, и они мелькают с такой скоростью, что сложно понять их причины, следствия или важность. Как, собственно, из драматической истории похорон патриарха Владимира. Нужно быть журналистом, религиоведом или участником событий, чтобы выяснить из фильма, в чем заключался тот конфликт. И почему именно Евгений Марчук комментирует побоище у стен Софии, об участии в котором ни политиков, ни представителей УНА-УНСО в фильме Канфера нет ни слова. Похоронная процессия, как говорится в фильме, просто «неожиданно» повернула и понесла гроб с телом патриарха невнятно обозначенной в фильме церкви в сторону Софии Киевской. Порой также трудно разобраться и в других событиях, упоминаемых в фильме, — но, может быть, в этом есть и плюс: те, кто не знал или забыл, что происходило в Украине в 90-е, погуглит и узнает для себя много нового.

С другой стороны, в фильме есть несколько ключевых событий, которым уделяется много внимания, и поданы они в определенной трактовке, с которой кое-кто из зрителей может не согласиться. Например, убийство Георгия Гонгадзе, последовавшая за этим акция «Украина без Кучмы» и чуть более поздний скандал с якобы проданными Украиной Саддаму Хусейну системами «Кольчуга». Все, что касалось этих событий, в фильме рассказано очень подробно — но из всех комментариев у зрителя складывается ощущение, что во всем виновата Россия. Это она отделила от Европы и США Кучму, сделала его изгоем и парией, подставила Кучму с «Кольчугами» и буквально была главным бенефициаром так называемого кассетного скандала. Но из фильма не совсем понятно: наняли ли россияне майора Мельниченко, чтобы он сначала записал, а после выложил эти пленки? Использовала ли Россия Александра Мороза как своего агента? Возможно, он был пешкой в этой игре? Если самого Мельниченко в фильме нет, то Мороз есть, но о роли России в этих событиях он не говорит ни слова.

Зато все остальные только об этом и говорят. Например, Евгений Киселев: «Я уверен, что Гонгадзе, “Кольчуги”, пленки Мельниченко — результат работы российских спецслужб»; так же думают и Юрий Луценко («это была операция ФСБ»), и Владимир Филенко, и Сергей Рахманин, и множество других людей. Есть даже упоминание о том, что пленки были каким-то образом «скомпилированы», но подробностей нет. При этом из фильма до конца не понятно, считают ли все эти люди, что само убийство Гонгадзе — часть «спецоперации ФСБ», а Кучму просто подставили? Или все же убийство было «эксцессом исполнителя», и в таком случае Кучма хотя бы косвенно, но причастен к трагедии? Единственная, кто об этом говорит в фильме, — главред «Украинской правды» Севгиль Мусаева. Остальные налегают на «российский след». Возможно, эта недосказанность — намеренное решение авторов. А может, следствие финального монтажа: в фильме высказывается так много людей, и они говорят о таком большом количестве событий, что сложить этот пазл из тысячи кусочков в единый связный рассказ наверняка очень сложно.

Впрочем, эта избыточность — сама по себе огромное достоинство фильма. Да, все эти люди все еще либо являются частью политического истеблишмента, либо совсем недавно отошли в тень, и за последние 30 лет много высказывались по любым поводам. Но сейчас, по прошествии некоторого количества лет и события, в которых они участвовали, и решения, которые они принимали, выглядят совершенно иначе. И потому, что возник контекст — большое, как известно, видится на расстоянии. И еще потому, что говорят все эти люди от первого лица и, естественно, хвалят себя безудержно. Иногда это даже мило: в конце концов, мало кто представляет себе эти говорящие головы живыми людьми со слабостями. И их естественные реакции, какие-то мелкие детали, которые они вспоминают, даже слезы — все это делает фильм уникальным документом.

Например, история Виктора Ющенко, его отравления, начало Оранжевой революции — все это более или менее изученный период, многие факты известны. В фильме этот этап, кстати, рассказан в какой-то странной, нехронологической последовательности, что слегка запутывает. Кто-то рассказывает уже о переголосовании и третьем туре, а потом кто-то другой — об отравлении Ющенко и о том, как его штаб был в растерянности и не понимал, продолжать ли участвовать в этой гонке, или кандидат Ющенко снимется с выборов. Он сам тоже говорит и об отравлении, и о том, как не хотел быть ни премьером, ни уж, тем более, президентом; как ему было сложно «свести вместе и крещеных, и некрещеных», как ему всегда было проще с цифрами и таблицами, в которых он разбирается куда больше, чем в интригах, договорах и психологии электората. Но вдруг он вспоминает, что после отравления его лицо было таким безобразным, что дочь, когда ее просили поцеловать папу на ночь, целовала не его, а его фотографию. И видно, как ему больно до сих пор, как он готов расплакаться. Или в другом эпизоде Игорь Романенко, генерал, бывший замначальника Генштаба, со слезами вспоминает, как подкармливал курсантов военного училища, голодавших в общагах 90-х. На фоне бесконечных победных реляций о достижениях и свершениях спикеров неожиданно выглядит комментарий Турчинова, который, кажется, единственный, кто искренне сожалеет о развале «оранжевой коалиции» и признает вину или, по крайней мере, ответственность за все последующие события в стране. По его мнению, не возобладай тогда политические амбиции всех этих людей над государственными интересами, все могло быть по-другому, и история могла быть совершенно другой. Без второго Майдана и войны.

Канфер, собственно, и заявлял, что хочет рассказать историю Украины с помощью историй украинцев. При определенных плюсах у такого подхода есть и очевидные недостатки: в фильме крайне мало незаинтересованных в той или иной трактовке событий людей. Малочисленные исключения составляют истории, которые рассказывают обычные люди — бывшие рабочие заводов, инженеры крупных предприятий, торговцы на рынках.

А вот когда свои истории рассказывают Анатолий Матиос, Юлия Тимошенко, Александр Мороз или Юрий Гайсинский, в их искренности есть сомнения. К тому же все они часто говорят прямо противоположные вещи, так что разобраться в том, был ли Мороз «предателем» коалиции; права ли была Тимошенко, уйдя в оппозицию; был ли шанс у тандема Ющенко-Янукович, или Ющенко действительно своими собственными руками создал рейтинг «сбитому летчику» — очень сложно. А в фильме практически нет экспертов; изредка появляются, например, журналист Владимир Федорин, политолог Сергей Гайдай или Илия Куса из Института будущего, пару раз Наталия Лигачева, шеф-редактор «Детектора медиа». Но их мнение или краткие реплики — капля анализа в море эмоций, деталей и взаимных претензий.

Хотя, кстати, из рассказов экспертов следует, что Ющенко и Тимошенко — реформаторы, которые много полезного сделали для страны и в смысле экономики, и в смысле политики. Поскольку обычно их принято как минимум презирать, а как максимум ненавидеть, такая оценка их работы — явление крайне редкое. С другой стороны, после десяти серий складывается ощущение, что и Кучма был чуть ли ни белым и пушистым: он и лучший президент; и вывел страну из кризиса — сначала экономического, потом — политического, «предложив изменить баланс сил в Конституции» в 2004 году, и третьим сроком, хотя он был признан конституционным, не воспользовался. Золото, а не президент, в общем. Хотя, конечно, многие в фильме высказываются в том духе, что «Кучма до дела Гонгадзе и Кучма после — два разных человека». Интервью его в фильме нет, а повествование построено таким образом, что зрителя подводят к мысли: Кучма — жертва политических интриг России. Его, как говорят спикеры, не только подставили с «Кольчугами» и кассетным скандалом — ему еще и Медведчука именно россияне подсунули. А уж Медведчук устроил все остальное: и темники, и цензуру, и, видимо, все эти карусели, вбросы, запреты на встречи с кандидатом в президенты Ющенко, и самого Януковича как премьера.

История журналистской борьбы с этими самыми темниками, кстати, фактически отсутствует в фильме: видимо, ее посчитали незначимой. А вот историю 5 канала как оппозиционного немного рассказывают. И именно в качестве собственника (и только в этом качестве) 5 канала в фильме появляется Петр Порошенко. Еще одна странность — слова Евгения Киселева о том, что влияние российских политтехнологов во время выборов 2004-го — «полная туфта»; хотя все остальные, как и он сам, признают, что Россия фактически выбрала Украине преемника и даже некоторое время рассматривала «третий срок Кучмы». Почему бы десанту российских политтехнологов не поработать здесь на Кучму и выборы? Тем более, что десант был и никто этого не отрицает. Может быть, Киселев не верит в его эффективность? Неизвестно. Но Киселев вообще говорит множество интересных вещей в фильме. Например, что Оранжевая революция привлекла к себе столько внимания Запада потому, что в остальном мире просто ничего в этот момент не происходило. Нам просто повезло, что на Украину в этот момент обратили внимание.

В общем, в фильме Канфера много противоречивых месседжей, и слишком много субъективных оценок от буквально сотни спикеров, которые сменяют друг друга как в калейдоскопе. Единственный, можно сказать, сквозной персонаж фильма — фотограф газеты «Голос Украины» Александр Клименко. По сути, он главный свидетель в этой истории: многие годы он фиксирует все, что происходит в Украине, оставаясь наблюдателем, а не участником (в отличие от большинства остальных). Кадры, которые он показывает в фильме, — тревожные, сентиментальные, смешные, протокольные, — сами по себе могли бы рассказать внятную историю нашей независимости. Но даже такой ее вариант, авторский, местами манипулятивный и неоконченный — увлекательное и оптимистичное зрелище. Вспоминая то, как было, понимаешь, как далеко мы продвинулись — и из какой задницы смогли выбраться. А значит, есть шанс выбраться снова.