Уже в 2022-м украинская армия получит дальнобойную ракету - Олег Коростелев/Испытания ракеты "Ольха-М" находятся на заключительном этапе

Когда в Украине вступит в боевое дежурство первый дивизион береговых ракетных комплексов "Нептун"? Как реактивная система залпового огня "Ольха-М"выходит на внешний рынок вооружений? И заинтересовалось ли Министерство обороны Украины беспилотным авиационным комплексом "Сокол-300"? В программе Security Talks большое интервью с генеральным конструктором, генеральным директором Государственного киевского конструкторского бюро "Луч" ОЛЕГОМ КОРОСТЕЛЕВЫМ.

– Как у нас идет ход разработок ракетных комплексов "Нептун"?

– Мы заканчиваем первый дивизион, и я думаю, что в первом квартале следующего года мы заказчику сдадим эту технику. Хочу сказать, что заказчик заинтересован в этой работе, она двигается в соответствии с принятым календарным графиком. Более того, уже есть планы на заказ еще одного дивизиона.

– То есть в 2022 году будет заказ на еще один дивизион?

– Да.

– Будет ли это оформлено в гособоронзаказе в этом году?

– Я бы не уточнял этот вопрос, потому что все зависит от денег. Даже если мы, к примеру, не получим деньги в этом году, а получим в начале следующего, но договор мы должны заключить в этом году.

– Вы довольны кооперацией? И можете сказать, сколько предприятий в этом проекте участвуют? Сколько из них частных?

– В этом проекте порядка полутора десятка предприятий - это предприятия, которые изготавливают основные узлы, основные агрегаты для пусковых платформ, для систем связи, для обеспечения перегрузки, загрузки ракет, их перемещение в процессе эксплуатации, а также их ремонта и сопровождение в процессе эксплуатации.

Такой заказ промышленность Украины получила впервые, и мы гордимся тем, что заказчики все-таки сосредоточились на том, чтобы иметь отечественный комплекс и его потихоньку внедрять в наши войска.

Частных предприятий немного – около 10% от общего количества. Но мы работаем только с надежными предприятиями, которые четко выполняют задачу.

– Ранее вы говорили, что связь обеспечивает одесское предприятие "Телекарт-Прибор". Доводилось слышать, что есть желание, чтобы связью занималась американская компания Harris.

– Это не совсем соответствует действительности. На самом деле "Телекарт-Прибор" берет составные части у Harris. Эта система и так американская, просто она комбинируется, и конфигурация ее делается под наши конкретные задачи. А так, в основном, оборудование американское.

– Доводилось слышать, что украинские предприятия могут за год подготовить три таких дивизиона и все зависит от желания и возможностей Министерства обороны, которое является заказчиком. Это так?

– Да, наш расчет показывает, что мы можем где-то три дивизиона за год выпускать. Тем более сейчас у нас сложились и кооперация, и взаимодействие. И это надо было организовать определенные площади под это изготовление, мы фактически сейчас это выталкиваем и после этого у нас количество серийных образцов может увеличиться.

– Это означает, что в случае внешнего заказа, вы можете параллельно выполнять внешние контракты?

– Да, конечно. Мы хотим, чтобы у нас был внешний заказчик, потому что это говорит об уровне Украины. Я сейчас не говорю об уровне разработки, это говорит об уровне промышленности и технологическом уровне самой страны.

– СМИ распространили сообщение, что первым заказчиком может стать Индонезия. Можно ли об этом что-то сказать или еще слишком рано?

– Ситуация меняется как в калейдоскопе. Была Индонезия, потом выплыли еще две страны, которые достаточно обеспечены финансированием. И, может быть, Индонезия будет даже первая. Я бы не хотел называть какие-именно, но такие переговоры идут с четырьмя странами.

– Непосредственно "Луч" разработал этот ракетный комплекс "Нептун", а в самом производстве вы как-то задействованы?

– Очень интересный вопрос, потому что если говорить о доле интеллектуального участия, то она, наверное, самая большая – более 50%, потому что сама крылатая ракета разработана КБ "Луч". В то же время и комплекс разработан КБ "Луч". Но если посмотрим финансирование, то КБ "Луч" далеко не на первом месте. Но мы точно знаем, что без наших инженеров его разработать, изготовить и пустить в эксплуатацию - невозможно. То есть любой агрегат, любая стыковка внутри ракеты – это КБ "Луч".

РК-360МЦ «Нептун» на базе TatraФото: Апостроф / Роман Петушков

Да, мы изготавливаем электронику, мы сами изготавливаем многие составные части ракеты. Но кто может оценить, как все эти части соединить, чтобы они правильно работали — вот здесь вот наша основная интеллектуальная часть. Она неоценима.

– Хотелось бы узнать, на каком этапе испытания сейчас "Ольха-М"?

– Испытания находятся на заключительном этапе. Я думаю, что в первом квартале следующего года мы поставим на вооружение ракету, которая летает почти в два раза дальше. И надеемся, что в дальнейшем наш отечественный заказчик будет заказывать именно эту ракету повышенной дальности. Пусковая установка "Смерч", которую мы доработали, способна пускать все три ракеты.

"Смерч", "Ольха" и "Ольха-М" пускаются с одной и той же платформы, в которой есть соответсвенное программное обеспечение, обеспечивающие работу со всеми видами ракет.

– То есть изюминка именно в ракете? Что сможет "Ольха-М"? На каком расстоянии она сможет работать?

– Мы считаем, что это порядка 110 километров, и она должна обеспечивать надежное попадание, что мы не однократно показывали на примерах.

– Доводилось слышать, что эта РСЗО должна была быть принятой на вооружение еще в середине этого года, но увеличили количество ракет для испытаний. Так ли это?

– Да, заказчик захотел убедиться в надежности и правильности принятых технических решений. Я думаю, что в конце этого года все решения будут приняты и государственная комиссия подпишет финишные документы, которые позволят приступить к серийному производству.

– "Ольха-М" уже заказана иностранцами. Это большое достижение. Но успеем ли мы принять РСЗО на вооружение в ВСУ еще до поставок иностранному заказчику?

– Да, я думаю, мы успеем, потому что тут есть некий парадокс, хотя на самом деле его нет, потому что иностранный заказчик присутствовал при стрельбе, и он прекрасно понимает, что система пуска отработанная. Он прошелся по многим ключевым заводам, знает, что она действительно изготавливается в Украине и поэтому риск для него минимальный, как и для нас.

– БПЛА "Сокол-300" - какая с ним ситуация?

– Мне кажется, наши переговоры с Минобороны практически увенчались успехом, и Министерство закажет нам эту работу.

Вы знаете, когда необходимо скачком повысить возможности армии, то решение о закупке "Байрактаров" — это правильное решение, потому что с нуля стартовать и получить такой беспилотник довольно сложно. То есть потребовалось бы время, отработка и так далее. Армия заказала уже готовый комплекс, и я подчеркиваю, что это не просто самолеты, это комплекс, это наземная система управления, это самолеты, это боеприпасы.

Bayraktar TB2Фото: Апостроф / Роман Петушков

Но не заказывать у своей промышленности, и не сравнивать по цене и по возможностям — это, наверное, было бы неправильно. То есть правильно проводить работу, тем более она не такая дорогая как стоимость закупки. И по результатам этой работы, тактика технических заданий выписана таким образом, что в принципе она перекрывает тактические возможности "Байрактара". Самолет должен получиться не хуже. То, что он будет дешевле, нежели закупочная цена у иностранного поставщика — это однозначно.

Поэтому я считаю такое решение со стороны нашего государственного заказчика правильным. То есть параллельно осуществить разработку, и в конечном итоге вполне возможно перейти на свой самолет.

– Минобороны должно вам заказать исследовательско-конструкторскую работу. За какой срок вы ее планируете выполнить?

– Мы ее планируем выполнить достаточно быстро – менее года до первых полетов, а на вооружение принять за полтора года. И, как минимум, через два года, а то и раньше, приступить к серийному производству.

– Когда вы презентовали "Сокол-300", вы подчеркивали, что это разведывательно-ударный комплекс. В этом контексте вопрос, как заказчик видит этот комплекс? Он попадет в военно-морские силы или он будет в сухопутных войсках?

– Ответ на этот вопрос должен давать заказчик, но я скажу, что изначально инициатором были военно-морские силы, потому что им надо смотреть далеко за границы радиолокационного обнаружения надводных целей.

Инициаторами выступил и КБ "Луч", когда закончил "Нептун". Потому что мы поняли, что у нас есть все составные части для беспилотного комплекса. Но то, что автоматически такой самолет можно применять на сухопутье – это само собой.

– Сможет ли "Сокол-300" работать автономно, или он будет работать с какими-то другими вооружениями? Например, с тем же "Нептуном" как разведывательная система?

– Это опять же вопрос к заказчику. Потому что мы даем возможности для передачи информации для связи с другими системами. А каким образом организует это заказчик, то ли будет получать сведения с беспилотного самолета, который впереди на 200 км находиться над морем, а потом каким-то образом выводить "Нептун", или это будет над землей летать такой самолет и передавать информацию для каких-то других родов войск – это обязанность заказчика организовать такой комплекс.

– Во время презентации говорилось, что "Сокол-300" может быть разных уровней, в частности, по дальности работы в зависимости от двигателя. Предусматривается использование нашего запорожского двигателя или иностранного?

– Вопрос уходит в техническую плоскость, потому что на определенные веса беспилотных самолетов, есть определенная мощность двигателей. Они оптимальны с точки зрения расхода горючего, веса и так далее.

"Сокол-300"Фото: Апостроф / Роман Петушков

То есть полуторатонные — это класс двигателей, который дают 150-200 лошадиных сил. Две с половиной-три тонны — это уже двигатели, которые имеют от 200 до 300 лошадиных сил. Когда мы говорим о пятитоннике, которым является Akincі - тот же турецкий двухмоторный самолет, который имеет наши украинские двигатели, то мы говорим о другой мощности. Поэтому наше предприятие не выпускает двигатели в 150 лошадиных сил, а от 250 и выше. Поэтому, что именно будет стоять и в какой технической конфигурации — это вопрос проектирования. Все зависит от грузоподъемности самолета и его веса.

– Вы заинтересованы в увеличении собственных производственных мощностей?

– Конечно. Одна из основных проблем КБ "Луч" — это площади. Как ни странно, при наличии огромных площадей, я обращаюсь в "Укроборонпром". Что стоит сделать постановление Кабмина о передаче такой-то государственной недвижимости на другое предприятие? И мы указывали на это, но вопрос тяжелый, потому что тут начинаются согласования с руководством предприятий. Начинаются вопросы, а вот зачем вам в центре или не в центре, оно уже старое и не подходит. И где-то правда в этих словах есть. Я согласен, оно уже старое, значит надо построить новое, и у нас такой проект есть. Мы его представляли в "Укроборонпром", это может быть на базе какого-то предприятия.

У нас есть на примете такое предприятие, которое не использует свои площади. Мы бы смогли закупить и расставить свое оборудование за те деньги, которые нам разрешено тратить на технологическое оборудование. Но, пока нам не дают возможность это реализовать.

– Вам удалось подойти к теме разработки зенитных ракетных комплексов. Сейчас как-то решен этот вопрос? Есть ли заказы?

– Я недавно разговаривал с новым министром обороны и мне понравился его новый, свежий взгляд на эти вещи. Я думаю, мне удалось его убедить в том, что работу над каким-то из трех видов зенитных комплексов – ближнего, среднего или дальнего – необходимо начинать.

– В план закупок гособоронзаказа 2022 года этот проект попадет?

– Я надеюсь, что попадет. Но когда и с какого времени его начнут, где он будет прописан в гособоронзаказе, этого я сказать не могу.

На это нужно примерно два-два с половиной года, это время, за которое мы разработали "Нептун" и "Ольху".

– Расскажите про комплекс управляемого вооружения 524-Р с ракетами РК-2В для вертолета МИ-8.

– "Мотор Сич" для МИ-8МСБ, и КБ "Луч" с другими сменщиками, делаем этот комплекс на оборотные средства. То есть работа в принципе заканчивается. Но мы считаем, что ее необходимо организовать для МИ-24 как настоящего боевого вертолета. Тем более, здесь на лицо есть макет изделия.

Мы увеличиваем дальность до 10 км и предполагаем его выпускать именно с этих рам. Это ракета, идущая "по лазерной тропе" или по отраженному лазерному сигналу, то есть мы имеем два варианта. Я считаю, что эта работа может быть спокойно сделана предприятиями Украины и она востребована также за границей. Поскольку очень много вертолетов МИ-24, и те же МИ-17 и МИ-8 находятся за границей. Мы в этом потихоньку набираем опыт, но набираем опыт за счет собственных оборотных средств.

– Минобороны тут не принимает участие?

– Оно участвует, оно контролирует, но оно не финансирует.

– Перспектива принятия на вооружение этой системы в 2022 году возможна?

– Да, мы рассчитываем, что примем ее на вооружение в первом-втором квартале 2022 года.

– Хочется спросить о противотанковых комплексах "Скиф" и "Корсар", насколько они сейчас заказываются Министерством обороны?

– К сожалению, наша армия пока не заказывает. Почему, я не знаю. Но мы достаточно много поставили комплексов и ракет в свою армию, и "Корсары", и "Стугну".

Но мы продолжаем работать на пределах производственных возможностей, нас заказывают иностранцы. Я не хотел бы называть эти страны, но у нас есть пять текущих договоров, а в общем их еще больше.

– Появилось решение СНБО о том, что у нас будет ракетная программа. Более того, профильный вице-премьер Олег Уруский говорил, что такая программа разрабатывается Кабмином. Как вы считаете, какой она должна быть?

– В принципе, основные направления выбраны там правильно. Стратегически – это изделия и комплексы, которые играют роль останавливающего действия. То есть там есть все, и малые и большие ракеты, которые обеспечивают стратегический паритет. Но на все хватит ли денег?

Поэтому сообщить, какое основное направление сейчас выбрано, я не могу.

– То есть нужно будет определяться с приоритетами?

– Да.