Когда никто не готов уступить. Может ли война между США и Китаем начаться из-за случайной ошибки

Дело может не ограничиться имитацией столкновения в открытом море и его дипломатическими последствиями. Лучше предвидеть действия противника сейчас, чем импровизировать на скорую руку. Что произойдет, если военный корабль ВМС США столкнется с китайским судном на просторах открытого моря?

Фокус перевел текст Джеймса Холмса о гипотетическом варианте начала войны между США и КНР.

С чего может начаться американо-китайская война?

Вопрос давно перестал быть досужим: в апреле 2001 года китайский истребитель, пролетая рядом с самолетом наблюдения EP-3 ВМС США, врезался в американский самолет, приведя к дипломатическому кризису между руководством Коммунистической партии Китая и недавно пришедшей к власти администрацией президента Джорджа Буша-младшего.

Столкновение в воздухе послужило сигналом о том, что может произойти в свободных водах.

В сентябре 2018 года эта тема вновь стала актуальной. Эсминец ВМС Народно-освободительной армии (НОАК) Type 052C "подрезал" нос эсминца USS Decatur, когда тот проходил вблизи рифа Гавен в Южно-Китайском море. Оценки разнятся, но, судя по всему, корабль ВМС НОАК прошел в пределах от 14 до 40 метров от своего американского собрата, что вынудило команду Decatur совершить маневр, чтобы избежать столкновения. Картинка поражает воображение. Независимо от фактического расстояния, мы недооцениваем возможные катастрофические последствия для обоих кораблей, называя такое поведение "небезопасным и непрофессиональным", как выразилось Тихоокеанское командование США.

Большинство подобных инцидентов связано с правилами морской навигации: кто где может ходить и летать и что могут делать моряки и летчики на своем пути? Столкновение у рифа Гавен стоит понимать как обмен аргументами в дискуссии о том, кто устанавливает правила пользования морем и небом и кто им подчиняется. Смысл этого разговора не только во впечатлении, которое он производит на китайскую и американскую аудиторию. Он должен привлечь внимание иностранных игроков, способных повлиять на исход американо-китайской борьбы за свободу моря.

Среди этих игроков – Вьетнам и Филиппины, заинтересованные стороны в морских спорах, будоражащих регион. Не стоит забывать об Австралии и Индии – друзьях, которые склонны стоять рядом с решительной Америкой, но могут отойти в сторону, если Пекину удастся представить Вашингтон нерешительным и ненадежным. А также о Франции и Великобритании – внерегиональных игроках, чьи правительства все громче заявляют об общих проблемах, а военно-морские силы все чаще разделяют бремя защиты свободы морей. Европейцы высказывают свое мнение – и приходят в воды, охваченные войной, чтобы подкрепить свои слова сталью.

"Три войны" имеют пассивно-агрессивный характер: Пекин пытается изобразить себя одновременно как угнетенную азиатскую страну, столкнувшуюся с доминирующими Соединенными Штатами, и как искусного защитника суверенитета и достоинства Китая перед незадачливым американским флотом. Тут есть некое двоемыслие.

Важно Атомная кузня. Китай собирается нарастить свой ядерный арсенал как минимум вдвое

Этот подкрепленный оружием разговор напоминает разделение между действующими правительствами и повстанческими группами, пытающимися их свергнуть, описанное французским солдатом и теоретиком борьбы с партизанами Давидом Галулой. Как отмечает Галула, претендент на власть может говорить что угодно, чтобы дискредитировать правительство и привлечь народную поддержку, в то время как у действующего правительства есть репутация, о которой нужно заботиться, и послужной список, по которому можно сверять соответствие его слов делам. Лидерам повстанцев нетрудно распространять фейковые новости, если это способствует продвижению политической повестки, в то время как правительство пытается разобраться в фактах, прежде чем опубликовать официальную версию событий.

Повстанцы, как правило, первыми распространяют свои идеи и производят очень важное первое впечатление. Китай играет роль повстанцев, которых описывает Галула, в то время как Соединенные Штаты контролируют систему свободы морей. Вашингтон обычно с опозданием вступает в пропагандистские битвы. Ему приходится исправлять ложное первое впечатление, а это непросто. Теперь рассмотрим прошлые промахи и их дипломатические последствия, чтобы заглянуть в будущее. Несколько основных вопросов: какой тип кораблей был задействован, при каких обстоятельствах произошла встреча и кто выиграл в игре в пропаганду и обвинения? Эти факторы определят победителя.

Пекин подкрепляет рыболовецкие суда морскими милиционерами и катерами, используя их в качестве авангарда своей стратегии в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях. Он наводняет эту зону тысячами траулеров, промышляющими на просторах, где Китай заявляет о своих суверенных правах на природные ресурсы. Как только флот или береговая охрана соперника возражают против присутствия рыболовецкого флота, белые корабли береговой охраны Китая бросаются на помощь.

Именно этот военизированный флот преследовал американское исследовательское судно Impeccable в 2009 году, а также противостоял морским силам Филиппин и Вьетнама. Столкновений пока чудом удавалось избежать. Если невоенные суда преградят путь американскому военному кораблю и произойдет авария, то фотографии громадного эсминца, врезающегося в гражданское судно, сыграют на руку попыткам Китая выставить ВМС США в дурном свете. Правда отойдет на второй план.

У достаточно, скажем так, опытных из нас, эти события пробуждают воспоминания о холодной войне. Тридцать лет назад в феврале крейсер Yorktown и эсминец Caron проскочили через советские территориальные воды в Черном море. Их цель была та же, что и у Decatur: осуществить право "мирного прохода" через прибрежные морские пути и тем самым опровергнуть советские претензии на особые прерогативы, противоречащие морскому праву. Фрегат советского ВМФ "Беззаветный" сблизился с Yorktown под малым углом и нанес крейсеру скользящий удар по левому борту, выражая тем самым недовольство Москвы.

Важно Доклад Пентагона о Китае: читаем между строк

Может показаться, что администрация Рейгана затеяла ненужную драку, но в демонстрациях США есть своя логика. Она выглядит примерно так: дайте тем, кто превышает свои законные полномочия, один палец – например, согласившись на распространенное требование о предварительном уведомлении или разрешении перед проходом через территориальные воды, – и противники свободы мореплавания отгрызут вам руку. Поощряя мелкие нарушения, вы создаете стимул для новых и более экстравагантных проступков. Вскоре хищники оставят вас без конечностей.

Инцидент со столкновением в Черном море был малозначительным с точки зрения дипломатии. Отчасти это объясняется тем, что обстановка заметно отличалась от сегодняшней ситуации в западной части Тихого океана. Американская оперативная группа курсировала вдоль материковых советских берегов, где никто не оспаривал суверенитет Москвы. Это не была спорная территория, как китайские Южно-Китайские острова, отвоеванные у соседей Китая. Никто не впал в истерику. К тому же повреждения Yorktown были незначительны, и обошлось без человеческих жертв. В обеих столицах не было слышно общественного возмущения.

Но важнее то, что к 1988 году Советский Союз был сверхдержавой в терминальной стадии распада. Запад стал бояться советской слабости больше, чем советской мощи. Вашингтон хотел избежать действий, которые могли бы обрушить режим в Москве или подтолкнуть радикалов к попытке переворота (как это произошло в 1991 году). По сути, соперники заключили джентльменское соглашение: Москва молчала о своих чрезмерных претензиях, а ВМС США воздерживались от дальнейших открытых вызовов. Обе стороны получили почти все, что хотели.

Важно Борьба за Евразию: на прицеле Украина и Тайвань

Напротив, Китай – сверхдержава на подъеме. Он утверждает свою власть в водах и небе Азии. В Юго-Восточной Азии не предлагается никаких договоренностей в духе Черноморского договора. И нет особых причин думать, что Пекин согласится на такое соглашение, если оно будет предложено. Совсем наоборот: Китай всерьез намерен сделать себя сюзереном морской Азии и стремится закрепить свой статус.

Отсюда и события этой недели. Действия Китая увеличивают вероятность реальной катастрофы. Инцидент с Decatur не первый в своем роде. В 2013 году амфибийный транспорт ВМС НОАК вклинился перед крейсером USS Cowpens, чтобы не дать ему приблизиться к китайскому авианосцу Liaoning, курсировавшему в то время в Южно-Китайском море. Но китайский "аллигатор" держался на относительно безопасном расстоянии во время этого столкновения. Подумайте, что было бы, если бы военный корабль ВМС НОАК снова подрезал носовую часть корабля ВМС США, приведя к столкновению и тяжелым повреждениям и жертвам. Таков дивный новый мир, в который Китай ведет регион.

Фурор после такого столкновения, вероятно, больше напоминал бы случай с EP-3, чем инцидент в Черном море. Смерти и потеря дорогостоящего оборудования будоражат умы. Столкновение 2001 года стоило китайскому летчику жизни, а ВВС НОАК – боевого самолета, что накалило страсти внутри Китая. Пекин пытался восстановить свое достоинство, требуя извинений от Вашингтона, как будто это громоздкий американский самолет с пропеллером каким-то образом протаранил проворный истребитель. В конце концов, он выжал из администрации Буша нечто, что можно было изобразить как раскаяние.

Но у Китая в этой схватке был козырь, который он вряд ли получил бы после столкновения в море, а именно – сам американский самолет и его экипаж. Сбитый EP-3 приземлился на острове Хайнань, что дало Пекину преимущество. Параллель между 2001 годом и сегодняшним днем в лучшем случае неточна, и не только из-за различий между авиационным и морским инцидентами. Тем не менее, можно спрогнозировать, что Китай повторит свои попытки определить произошедшее, вписывая события в уже существующую историю об американской агрессии и китайском превосходстве. При этом он снова попытается добиться признания вины США. Такие меры соответствуют пекинской стратегии "трех войн".

Но, возможно, стоит учитывать и более глубокие культурные факторы. Покойный Алан Вахман, специалист по Китаю в Школе права и дипломатии Флетчера, сравнивал волнения по поводу EP-3 с требованием имперского Китая "поклониться" Британской империи. В 1793 году чиновники, представлявшие китайскую династию Цин, настояли на том, чтобы прибывшее британское посольство во главе с лордом Макартни сделало такой жест подчинения Китаю в качестве условия открытия торговли. Чиновники династии требовали поклона; Макартни протестовал, что британская корона является равным сувереном императора Цин. Ни одна из сторон не склонилась. Непримиримые разногласия вывели их на путь конфликта.

Соперничающие концепции мирового порядка могут также определить последствия будущего столкновения в открытом море – Генри Киссинджер предсказывал это в своей книге "Мировой порядок". Столкновение базовых идей на фоне бесстрастных обстоятельств и дипломатических единоборств ведет к непостоянству во взаимодействиях.

Будет справедливо предсказать, что такое столкновение превзойдет прошлые конфронтации по большинству показателей. Ставки повысятся, поскольку каждый противник будет изображать другого как подлого агрессора. Публичность будет ослеплять соперников, ограничивая их политическую свободу маневра.

Неизвестно, на какую траекторию выведут подобные противоречия.

Стратеги постоянно проводят военные симуляции, чтобы спрогнозировать развитие вооруженных конфликтов. Так и должно быть. Дело может не ограничиться имитацией столкновения в открытом море и его дипломатическими последствиями. Лучше предвидеть действия противника сейчас, чем импровизировать на скорую руку.

Об авторе

Джеймс Холмс – заведующий кафедрой морской стратегии имени Дж. К. Уайли в Военно-морском колледже и соавтор книги "Red Star over the Pacific". В статье высказано его личное мнение.

Эта статья появилась в октябре 2018 года.