"Стоп-Земля". На экраны вышел самый титулованный украинский фильм о подростках: легко ли быть 16-летним

В широкий прокат на этой неделе вышел фильм о подростках "Стоп-Земля" режиссера Екатерины Горностай, которая получила за него на Берлинале "Хрустального медведя". И потом еще несколько наград. Чем взяло это кино?

Как ни парадоксально это звучит, но герои "Стоп-Земли" занимаются тем же, что и персонажи нашумевшего южнокорейского сериала "Игра в кальмара": играют в детские игры. Только в южнокорейском фильме цель — выжить (проигравшего убивают), а в украинском — адаптироваться друг к другу, раскрыться, сделать первый шаг. Формула ленты: детские игры — любовь — взросление.

"Стоп-Земля" — это игра, где выбирается водящий, ему завязывают глаза, а остальные разбегаются. Водящий ходит по площадке и старается поймать кого-нибудь из игроков. Поймав, наощупь пытается опознать его. Когда водящий кричит: "Стоп-Земля", все должны замереть. Эти и другие игры в фильме (включая знаменитую "бутылочку") — метафора вхождения 16-летних во взрослую жизнь.

Главная героиня — Маша (Мария Федорченко): большеглазая, короткостриженая шатенка. По сюжету она влюбилась в Сашу (Александр Иванов), обладающего музыкальным талантом, — он играет на фортепьяно и обладает атлетическим сложением: когда нежная мелодия струится из-под пальцев парня модельной внешности – музыка действует сильнее. Но, увы, Саша к Маше холоден, хотя она даже решается пригласить его на белый танец.

Пережить эту безответность Маше помогают два друга: девочка Яна (Яна Исаенко) и мальчик Сеня (Арсений Марков). Приключения троицы — отдельная линия в картине, вплоть до резанья вен. Слабонервных просим не расходится: здесь это только ритуал "братания". Сеня влюблен в Машу, но, жертвуя своим чувством, способствует отношениям Маши и Саши.

Через игры, диалоги, учебу, поход в Музей космонавтики мы узнаем каждого ученика, его привычки, черты характера. С одной стороны, Горностай вроде бы не идеализирует своих героев (они, например, часто и незлобно матерятся), с другой — к ним у нее бережное, почти материнское отношение — в фильме нет ни одной драки, ни одного агрессивного выпада или оскорбления.

Все ученики, словно оркестр, выводят общую мелодию, и каждый — сольную партию. А поскольку все они без исключения красивы, гармоничны и самодостаточны, то их яркие образы напоминают скорее об эпохе эллинизма. А из советской киноклассики сразу вспоминается эстетская картина Сергея Соловьева "Сто дней после детства" (1975), где прям не пионерский лагерь, а Царскосельский лицей или французский пансион для дворянских детей. И они там помимо того, что влюбляются, еще и много читают, ставят спектакли. Наши же украинские вундеркинды читают, правда, только комментарии в соцсетях.

Однако юная аристократка Маша на фоне многоэтажек столичного района Оболонь выглядит как ожившая в современном мегаполисе греческая статуя. Или как сошедшая с ренессансной картины Боттичелли Венера, лишний раз напоминая: красота украинок – непреходящая ценность. Эстетическая сторона картины – безусловная заслуга оператора Александра Рощина.

Да, у ребят есть конфликты с родителями и непонимание между собой, но все это решаемо. Есть и тревога, подтрунивание, шалости, но происходит это словно под опекой какого-то мудрого воспитателя, создавшего общую чувственную и тонкую атмосферу. Притом что нет никаких реальных авторитетов среди учителей, влияющих на ребят: педагоги отбарабанили свои уроки и удалились.

У кого-то из учащихся ссоры с матерью, у кого-то — депрессия, кто-то не может определиться со своей сексуальной ориентацией, но свежесть, молодость и веселье доминируют. Глядя на героев ленты, хочется быть 16-летним!

Беспокойная музыка вызывает в ленте ощущение того, что подростки со своим хрупким сознанием, стоят близко к той самой пропасти, которая во ржи, но здесь все они словно под присмотром невидимых ангелов. Кажется, вот-вот что-то должно случиться непоправимое, но ррраз и…пронесло. Все надежных руках!

Внутри этой ленты находится уютно. Может поэтому фильм и осыпали наградами, что всем нам сегодня недостает такого уюта? И мы тянемся в место, хорошо защищенное от ветров судьбы.