Орден тамплиеров: как нищие рыцари стали богатейшими банкирами Европы

Вряд ли хоть один рыцарский орден получил такую славу, которой обладают тамплиеры. Прошли сотни лет с момента их гибели, но их история не забыта и обрастает новыми мифами, которые уже сложно отличить от правды.

Проклятие Великого Магистра Ордена тамплиеров

Мартовским вечером 1314 года, когда Париж уже окутали сумерки, на Еврейском острове Сены разгорался громадный костёр. В самом центре пламени горели две фигуры —  Великий Магистр Ордена тамплиеров Жак де Моле и приор Нормандии рыцарей Христа Жоффруа де Шарне. Когда пламя уже пожирало их тела, из огненных вихрей донёсся отчётливо слышный голос Великого магистра. Уже смотревший в глаза близкой смерти, Жак де Моле проклял до тринадцатого колена Папу Римского Климента V, французского короля Филиппа IV Красивого и его главного советника рыцаря Гийома де Ногаре. Он предрекал им гибель ещё до конца текущего года. Вскоре огонь поглотил двух бывших рыцарей и от них остались лишь кучи пепла. Как и от руководимого ими Ордена тамплиеров.

Страшные слова магистра сбылись: все упомянутые им люди не встретили следующую весну, пав жертвами странных смертей. А династию короля настигла страшная участь: все сыновья Филиппа почили раньше срока, из-за чего на Францию в будущем обрушится невиданные ранее бедствия — голод, болезни, разруха, восстания и война. Предсмертное проклятие Жака де Моле сбылось. По крайней мере, так говорит нам легенда.

Этот эпизод стал ещё одним мистическим камнем в легендарном фундаменте истории тамплиеров — рыцарей, ставших олицетворением крестоносцев на заре своей деятельности и превратившихся волей сильных мира сего в безбожников и еретиков.

Читайте также: Рыцари-госпитальеры: крестоносцы, враги османов и беспощадные корсары

Два всадника на одном коне: кто такие тамплиеры

Орден тамплиеров был основан Гуго де Пейном через 20 лет после взятия Иерусалима в Первом крестовом походе. Ядром новой организации стали родственники её основателя: восемь рыцарей из разных уголков Франции. Сам Гуго и его родич Годфри де Сент-Омер были настолько бедны, что делили одну на двоих лошадь. Остальные их товарищи были не менее, а иногда и более нищими, что сделало эту черту основой рыцарских обетов нового Ордена, а на его печати эмблемой являлись как раз-таки два всадника на одном коне.

Первые тамплиеры появились в 1119 году, чуть позже госпитальеров, зародившихся в 1099 году. В дальнейшем два Ордена будут теснейшим образом связаны, сначала как собратья по оружию, а позднее как непримиримые враги.

Тогда, на заре крестоносных королевств, тамплиеры ставили перед собой лишь одну задачу: защиту прибывавших в Святую землю христианских паломников. Король Иерусалима Балдуин II в 1120 году на церковном Соборе в Наблусе признал “Нищих рыцарей” и передал им доходы с нескольких окрестных деревень и церковной десятины. Для штаб-квартиры Ордена выделили территорию на месте мечети Аль-Акса, которая в свою очередь располагалась на месте разрушенного ещё римлянами Храма Соломона. С этого момента рыцари стали называться тамплиерами (от французского “тампль” – “храм”) или официально – “Орденом бедных рыцарей Иерусалимского храма” либо “Бедными воинами Христа и храма Соломона”.

Уже в 1129 году тамплиеры были признаны Папой Римским на Соборе в Труа. Ордену было даровано папское благословение и приказано создать свой Устав, который и был разработан усилиями Бернарда Клервоского и Великого Магистра де Пейна под названием “Латинские правила”.

Вдохновлённые поддержкой Святого Престола тамплиеры прямо из Труа разъехались по Европе в поисках поддержки. Многие дворяне и феодалы откликнулись на их призывы: рыцари завербовали большое количество неофитов, получили пожертвования деньгами и землями. Из-за этого вскоре от былой нищеты не осталось и следа. Отныне получившие надёжное финансирование храмовники могли себе позволить проведение серьёзных военных операций.

Дошло до того, что король Арагона Альфонсо I Воитель, умерший бездетным в 1134 году, завещал тамплиерам и госпитальерам вообще всё своё королевство. Наследникам благочестивого монарха с большим трудом удалось договориться с рыцарями об отказе от наследства, пожертвовав Ордену щедрые отступные и несколько крепостей на Пиренейском полуострове.

В Англии влияние тамплиеров также было сильным. Глава местной ячейки входил в состав Парламента и носил титул первого барона королевства. Земельные владения на Альбионе у храмовников также были обширными, управление которыми проводилось из штаб-квартир Лондона и Эдинбурга.

Во Франции же тамплиеры стали обладателями столь великого имущества, что Орден в Европе получил статус французского.

Важной вехой в истории тамплиеров стала изданная в 1139-м году папская булла “Omne Datum Optimum”, которой рыцарям разрешалось пересекать любые границы, не платить налоги, пошлины и десятину, а сам Орден переходил под покровительство Святого Престола и отныне подчинялся исключительно ему. Храмовники получили огромную свободу, что, вместе с собранными по всей Европе деньгами, сделало их мощной силой в борьбе с мусульманами в Палестине и не только.

Образ тамплиеров, рыцарей в белых одеждах с красным крестом, стал архетипичным для крестоносцев вообще. Такую славу они заслужили своей доблестью и фанатизмом в схватках с врагами-иноверцами. Храмовники принимали участие практически во всех значимых битвах христианского Леванта. Они показывали чудеса доблести при Аль-Букайе, громили в разы превосходящие силы противника при Монжизаре, но не смогли победить в битве при Форбии, где их выжило всего 33 из нескольких сотен, или при Мезафате, в результате чего был разрушен стратегически важный орденский Замок Святого Якова.

Религиозное рвение и боевое мастерство не спасло тамплиеров от глупости собственного руководства при Хаттине. Катастрофа случилась во многом благодаря орденскому начальству. Великий магистр Жерар де Ридфор своими действиями сначала спровоцировал войну, а затем предложил гибельный переход по пустыне, из-за чего христианская армия, страдавшая от жажды, вступила в бой обессиленной.

Сам руководитель попал в плен вместе с рыцарями, но в отличие от них вернулся через некоторое время оттуда живым. Поговаривали, что ценой освобождения стало согласие на казнь своих братьев и даже принятие ислама, но правда это или нет – неизвестно. В дальнейшем де Ридфор продолжил воевать против мусульман, но в битве при Акре был вновь схвачен и в этот раз обезглавлен.

Тамплиеры же, уже под руководством Ричарда Львиное Сердце вновь показали свою доблесть в битве при Арсуфе, но Иерусалим так отвоевать и не смогли. Теперь Орден переместился в Акру, хотя достичь былого могущества в Святой земле храмовники уже никогда не смогли.

Череда поражений от мусульманских правителей всё больше сужала территории европейцев в Леванте, пока не был осаждён их последний оплот – Акра. Героическая, почти двухмесячная, оборона города велась во многом силами тамплиеров. Именно храмовники оказались последними защитниками цитадели, до этого обеспечив эвакуацию гражданского населения и собственной казны. Оставшиеся братья пали под руинами взорванных мусульманами укреплений, а палестинская история рыцарей Храма на этом закончилась.

Читайте также: Кто это придумал? Топ-10 исторических мифов, в которые мы привыкли верить

Как нищие воины превратились в капиталистов

Храмовники перебрались на Кипр, и, хотя удерживали до 1303 года у берегов Леванта крошечный остров Руад, свои владения в Святой земле потеряли окончательно. Пришлось переключаться на иную деятельность, не оставляя мечты когда-нибудь взять реванш у мусульман. Основным занятием грозных воинов стала финансовая деятельность.

Превращению грозных воинов в банкиров способствовали накопленные за годы крестовых походов громадные богатства. Храмовники владели обширными землями. В их собственности находились 9 тысяч мануариев в XIII веке и 15000 уже к 1303 году. Один мануарий — это 100-200 гектаров земли, то есть тамплиеры имели в собственности небольшое государство, хотя и уступали по этому показателю госпитальерам, у которых наделов было в два раза больше.

Рыцари Креста были землевладельцами во Франции, в Англии, Испании, на Ближнем Востоке, вплоть до изгнания крестоносцев оттуда, даже в Греции, получив там свой куш после уничтожения Византии в ходе Четвёртого Крестового похода. Казна Ордена пополнялась щедрыми дарами вельмож и эксплуатацией заложенного имущества. Многие паломники оставляли свои владения на попечение Ордена. Покуда пилигримы находились в священном походе, храмовники получали доходы с их имущества.

Также сами тамплиеры, вступая в Орден передавали ему своё имущество, принимая обет бедности. Учитывая, что храмовниками часто становились далеко не бедные люди, богатство организации росло как на дрожжах.

Все доходы щедрой рекой текли в казну Ордена, благодаря чему они могли заняться новым делом, ростовщичеством.

Вообще-то ростовщичество строго запрещалась Святым Престолом. Брать проценты с одолженных денег считалось греховным действом, но рыцари сумели найти лазейки в запрете. Во-первых, финансовой деятельностью им официально разрешил заниматься сам Папа Римский, благодаря чему они были единственной легальной организацией в этом деле, независимой от любого светского правителя. Во-вторых, тамплиеры обходили “грех” сразу закладывая процент в сумму ссуды или получали его в виде отдельных “подарков” от заёмщика. А от желающих сотрудничать с “бедными братьями” отбоя не было: они предлагали щадящие 10%, в отличие от 20%-40% своих конкурентов — еврейских и итальянских ростовщиков.

Также тамплиеры первыми ввели чеки или векселя – документы, по которым в любой комтурии Ордена (у тамплиеров они назывались прецепториями) по требованию “клиента” ему выдавалась оговоренная сумма. Это позволяло путешествовать налегке, избегая внимания разбойников, но получать средства по необходимости практически в каждом христианском государстве. Храмовники покрыли сетью своих “представительств” всю Европу. Работа по “безналичному расчёту” отражалась в бухгалтерии рыцарей, которую они вели очень тщательно.

Вообще, тамплиеров можно считать пионерами в этом непростом деле: они одними из первых вели бухучёт, двойную запись, сложные проценты. Вся документация внимательно проверялась, а на чеках оставлялись не подписи, а отпечатки пальцев для точной сверки личности при окончательном расчёте с клиентом. Сами векселя оформлялись в двух экземплярах: один оставался в комтурии, второй получал клиент.

Представительства Ордена возводились на пересечении путей – дорог, которые строились тамплиерами на свои средства. Вообще, храмовники вкладывали значительные суммы в строительство: в Европе это были храмы и соборы, в Палестине – городские укрепления и замки.

Тамплиерская дорожная сеть покрыла паутиной всю Европу. Ею стремились пользоваться все, кто желал безопасности и комфорта в путешествии. Храмовники не только предоставляли охрану путникам на своих дорогах, но и давали приют в прецепториях, таким образом, совмещавших в себе роль банка, укрепления и трактира. И главное – тамплиеры позволяли путешествовать по своим путям бесплатно, в отличие от других владык, дерущих с помощью пошлин с путников последнее. Оплачивались лишь сопутствующие услуги: охрана, проживание, банковские операции.

Уже к началу XIV века тамплиеры стали чуть ли не монополистами в финансовой сфере Европы. Во Франции казначей местного отделения Ордена выполнял функции министра финансов, а казна страны хранилась в парижском Тампле, как в самом безопасном месте. В других государствах влияние храмовников может и было меньшим, но к их советам и мнению повсеместно прислушивались. Ну а должниками “бедных рыцарей” были практически все вельможи — от французского короля, до Папы Римского. Всем нужны были деньги на многочисленные, часто сомнительные, предприятия. А вот отдавать долги не хотел никто, и это в итоге привело тамплиеров к катастрофе.

Гибель Ордена тамплиеров

Палачом “бедных рыцарей” стал французский король Филипп IV Красивый. Этот венценосец вошёл в историю своей страны, как владыка, собиравший страну по феодальным крупицам в единое государство с сильной королевской властью. Для достижения этих целей нужны были большие деньги и отсутствие внутреннего сопротивления.

Рыцари Храма стояли на пути монарха, причём их уничтожение решало две большие проблемы: пополняло кошелёк Филиппа и устраняло своевольных крестоносцев с дороги к абсолютной власти. К тому же, французский венценосец, как и его предшественники, задолжал громадные суммы Ордену, а отдавать долги никто не любит, в особенности короли.

Момент атаки был выбран идеально: одни условия для неё тщательно выстроил сам Филипп, другие были созданы храмовниками. Да, тамплиеры по собственной то ли близорукости, то ли наивности, то ли глупости, долгие годы самостоятельно копали себе могилу, а французский монарх лишь столкнул рыцарей в неё и засыпавшим яму землёй. Сделав должниками всех сильных мира сего, храмовники настроили против себя практически всю Европу, а вражда с другими Орденами и иногда духовенством (в частности, с госпитальерами) сделал их крах желанным и для громадного количества церковников, в том числе и братьев-крестоносцев.

Да и поведение тамплиеров уже вызывало подозрения. Декларируя своей основной целью возвращение Святой земли под контроль христиан, они годами ничем не занимались, кроме коммерции. Особо показательным был один момент. Когда в 1305 году король Кастилии призвал храмовников под свои знамёна для борьбы с неверными, на его клич откликнулись единицы.

Так чего же хотели рыцари, обладавшие колоссальной военной и финансовой мощью, но не делавшие ни шагу в сторону своей священной цели? Этим вопросом задались многие, рьяно оберегавшие свои владения, аристократы, и варианты ответов их не радовали.

Тамплиеры превратились в опухоль на теле Европы, распространившей метастазы по континенту. Храмовников боялись, их таинственность и неясность настоящих целей пугала всех: и аристократов, и простой люд, а от страхов, как и от опухолей, принято избавляться радикальными методами.

В такой ситуации даже Папа не способен был помочь подотчётному ему Ордену, да и желания у него было немного. Во-первых, сам Наместник Бога на Земле задолжал своим слугам достаточно много, во-вторых, он находился под надёжным колпаком французского венценосца.

В 1309 году началось Авиньонское пленение пап, вроде бы и добровольное, но лишившее Святой престол политической самостоятельности. Папа Римский, переехавший в новую резиденцию, стал марионеткой в руках Филиппа IV, жёстко пресекавшего попытки Понтифика выйти из-под своего диктата. Да на первых порах это и не нужно было: Климент V – первый из “пленённых” – сам был французом, ввёл в коллегию кардиналов своих соотечественников и добровольно вёл профранцузскую политику.

Ловушка была расставлена, но даже в то дикое время просто напасть и разгромить кого-либо считалось неправильным, тем более если речь шла о церковной организации. Нужен был повод, и он, по совершенно фантастической случайности, у Филиппа нашёлся.

Однажды приёма Филиппа IV потребовал некий приговорённый к смерти преступник. Он утверждал, что обладает сведениями государственной важности, открыть которые может только королю. Внезапно этому бродяге дали аудиенцию, на которой он рассказал интересную, а главное, очень полезную для планов монарха историю. Оказалось, что этот преступник во время заключения пересёкся с другим осуждённым на смерть человеком. Этот тип оказался бывшим тамплиером, который из-за суровости обвинения не имел права на последнюю исповедь, потому решил излить душу сокамернику. Со слов экс-рыцаря стало ясно, что все храмовники — еретики, содомиты, заговорщики и преступники, уже долгие годы практикующие гадание, магические обряды и ещё что похуже.

Исповедь изобиловала страшными подробностями. Рыцари якобы поклонялись демону ада Бафомету, почитали перевёрнутый крест на проводимых ими чёрных мессах, а на старый-добрый католический крест плевали в буквальном смысле, вслух отрекались от власти церкви, воровали детей для своих оргий, но самое страшное, задумали захватить целые страны. Оказалось, своими кредитами, взятками и прямым подкупом храмовники подчинили себе чуть ли не половину аристократических родов Испании, Франции и государств Италии для подготовки грядущего государственного переворота.

За предоставление столь шокирующих, но необходимых сведений бродягу помиловали, наградили золотом и отправили восвояси, а Филипп Красивый получил нужный предлог для уничтожения Ордена. Вскоре донос двух рыцарей, Скин де Флориана и Ноффо Деи, предоставил дополнительные доказательства грехопадения храмовников, и тогда король начал действовать.

В глубокой тайне проводились допросы нескольких тамплиеров и велись переговоры с Папой Климентом V. Понтифик вроде и сомневался, но в итоге согласился с доводами короля. Сами храмовники не возражали против проведения следствия, что может говорить об их невиновности. Но король уже заранее “осудил” рыцарей, поэтому даже если все обвинения были наветом, их судьба уже была решена.

Втайне, 22 сентября 1307 года, Королевский совет принял решение об аресте всех тамплиеров, застигнутых во Франции. Секретные приказы об этом были разосланы инквизиторам, государственным чиновникам и военным командирам запакованными сразу в двух конвертах, открыть которые нужно было 13 октября, в пятницу. Когда же королевские инструкции были в урочный день вскрыты, храмовники уже не могли как-либо себя защитить – Филипп IV застал их врасплох.

Францией прокатились повальные аресты рыцарей, послушников, слуг и других, причастных к Ордену лиц. Начались допросы. Этим занимались королевские следователи совместно с Инквизицией. В процессе дознаний применялись жесточайшие пытки, в ходе которых несложно было получить нужные французскому королю показания. Несколько сотен рыцарей и вовсе не смогли пережить “следствия”, погибнув прямо на дыбе.

Те, кто пытался защититься именем закона, также попадали в казематы, где из них вырывались нужные показания. Стало ясно: защита не сработает, судьба Ордена во Франции давно решена.

Филипп не остановился на внутренней победе: он обратился с письмами к властвующим домам Европы с предложением последовать его примеру. Его поддержал Святой престол, издавший 22 ноября 1307 года буллу “Pastoralis praeeminentiae”, в которой прямо приказывалось царствующим особам повторять за французским собратом. Вот только размаха французской расправы уничтожение Ордена в других государствах так и не достигло.

В Англии, например, король Эдуард I сам воспитывался тамплиерами и был принят в их ряды, потому предупредил собратьев о предстоящих гонениях. Более того, король всеми силами затягивал прибытие папских дознавателей с континента и запретил им привезти пыточные инструменты.

Допросы с пристрастием также были запрещены на английской земле, хотя под давлением Папы Парламент всё же принял закон, разрешающий их в отношении тамплиеров. Но перечень дозволенного ограничивался “мягкими” методами: выламыванием пальцев и выворачиванием суставов, что действительно было лёгким дознанием, в сравнении с адом, устроенным храмовникам во Франции. Многие из предупреждённых тамплиеров Англии скрылись в Шотландии, которая была на тот момент неподвластна папской власти, ввиду отречения от церкви короля Роберта Брюса.

Испания пошла ещё дальше: Кортесы – местный парламент – вовсе запретили пытки тамплиеров, а местное население часто выходило с оружием в руках на защиту храмовников и их замков, в которых рыцари заняли оборону. На протяжении 1308-1309 годов некоторые крепости пали, другие были сданы добровольно и с Орденом на Пиренейском полуострове было покончено. Командор Арагона Рамон Са Гвардия резонно указал на стойкость сдавшихся тамплиеров, не отрекавшихся от Бога, в том числе в сарацинском плену, где они не отрекались от своей веры. Это указывало на сомнительность обвинений в ереси. Прислушавшись к доводам, Арагонский король Яков выпустил узников из темниц, но конфискованные владения оставил при себе.

В Португалии судьба крестоносцев была наиболее благосклонной к ним: чтобы спасти отличившихся в ходе Реконкисты рыцарей, король Диниш I основал в 1318 году Орден Христа, который объединил уже бывших тамплиеров. За новой организацией даже сохранялись старые знаки храмовников, в том числе и восьмиконечный крест, под сенью которого триста лет позже португальские корабли будут искать путь в Индию.

На Кипре находилось наибольшее количество тамплиеров, даже большее, чем во Франции, и, несмотря на желание короля, очернить их не получилось. Местное население также встало на защиту храмовников. Рыцарей защищали даже те, кто был врагом крестоносцев. Тем не менее, Орден был повержен, а его владения конфискованы, но этот процесс обошёлся без пыток, арестов и казней.

По-разному сложилась ситуация в Германии. Решение о судьбе тамплиеров принимали местные владыки, которых на этой земле было громадное количество. В одних курфюршествах и епископствах храмовникам удалось избежать печальной участи и даже оправдаться перед судом, в других они предавались огню как еретики.

Пока шли аресты и допросы, Филипп Красивый конфисковал именем короны все владения французских тамплиеров, а в 1308 году обезопасил себя от возможного противодействия Святого престола при помощи Генеральных штатов – французского парламента – утвердивших все решения короля. Тем самым дело официально приобрело статус государственного, и уже никто не мог помешать королю вершить суд над поверженным противником.

Преследуя цели взять следствие под свой контроль и тем самым урвать наибольший кусок богатств Ордена, Папа на время остановил инквизиционное преследование в 1308 году, ведь многие тамплиеры стали отрицать свои признательные показания. Среди “отказников” были Великий Магистр Ордена Жак де Моле и генеральный визитатор Гуго де Пейро. Со временем, под давлением Филиппа Красивого, Папа всё-таки принял решение продолжить расследование, но разделил его на два направления: первое, внутри Ордена, он подчинил непосредственно себе, второе, переданное местным судам в епископствах, должно было расследовать вину отдельных рыцарей.

Перед папской комиссией тамплиеры отрицали свою вину, видя спасение в Святом престоле. Епископы же, подчинённые королю, использовали жесточайшие пытки для получения нужных показаний, которые ими в итоге и были получены. Но позднее многие из рыцарей отказались от них.

В октябре 1311 года состоялся уже единожды отложенный Вьеннский собор, на котором решилась судьба Ордена. Исходя из полученных в ходе допросов сведений, Папа потребовал роспуска тамплиеров, но столкнулся с серьёзным противодействием. Церковники отказывались уничтожать прославленный Орден, доказательства ереси которого были получены лишь во Франции. В остальных странах храмовники успешно оправдывались. Святой престол использовал последнее средство: пригрозил отцам Церкви отлучением, если его требования не будут выполнены и собор склонился перед волей Наместника Бога на Земле, продиктованной ему французской короной.

22 марта 1312 года Папа издал буллу “Vox in excelso”, которой Орден распускался, буллой от 2 мая того же года “Ad providam” собственность храмовникам переходила их заклятым врагам – госпитальерам. У них Филипп IV, и без того озолотившийся в ходе процесса на конфискациях, затребовал и получил значительную сумму в качестве судебных издержек. 11 мая исторический собор во Вьенне завершился.

Но агония тамплиеров не закончилась. Вскоре Великий магистр Жак де Моле и приор Нормандии Жоффруа де Шарне, в отличие от других руководителей тамплиеров, смиренно принявших наказание в виде пожизненного заключения, опротестовали обвинение. Король поступил резко: непокорных руководителей Ордена признали вновь впавшими в ересь и сожгли на Еврейском острове Сены в 1314 году. С их гибелью канула в Лету история гордого Ордена Христа.

Наследие тамплиеров

Уничтожив Орден, Филипп IV не мог стереть память о нём. Вскоре родилась легенда о проклятии Жака де Моле. Подтверждая слова умиравшего Магистра, вскоре скончался французский король, за ним последовали три его сына, со смертью которых пресеклась династия Капетингов.

Занявшая их место семья Валуа также перенесла серьёзные испытания, а на Францию в их царствование обрушилась череда бедствий, венцом которых стала Столетняя война. Большинство королей из новой династии закончили свои дни, не дожив до старости, погибнув кто от хвори, кто от ножа убийцы, кто от меча врага на поле боя. Несчастья следовали и за следующим венценосным родом, Бурбонами, история которых закончилась на эшафоте с отсечением головы Людовика XVI во время Великой Французской революции. По другой легенде, некий простолюдин после казни вскочил на плаху и окунув руку в ещё тёплую королевскую кровь, развернул её к толпе и прокричал: “Жак де Моле, ты отмщён!”.

Церковь также преследовали неудачи и несчастья: Климент V действительно погиб в том же, 1314 году, а вскоре внутренняя борьба уничтожила авторитет Святого престола настолько, что Европу охватила Реформация. Венцом же несчастий папства стала та же Великая Французская революция, нанёсшая ему столь серьёзный удар, от которого оно так и не оправилось.

Но вся история с проклятьем является, скорее всего, более поздней придумкой, имеющей, к тому же, много нестыковок. Так, например, ещё один “проклятый” Магистром, Филипп де Ногаре, умер ещё до казни тамплиера, а несчастья объясняются прагматическими причинами, далёкими от мистицизма.

Другие легенды связывали тамплиеров со Святым Граалем, хранителями которого они якобы являлись, но это вовсе недоказуемо и относится исключительно к разряду мифотворчества.

В более позднее время, храмовникам приписали регулярные путешествия в Америку задолго до Колумба. По утверждению приверженцев этой теории, именно там рыцари добывали серебро, благодаря которому несметно разбогатели. Эти же люди говорят, что с разгромом Ордена тамплиеры как раз туда, за океан, вывезли свои сокровища. Но главным богатством храмовников всегда были земельные владения, а никак не наличные деньги. Да и флота своего Орден практически не имел, по крайней мере такого, чтобы перевозить огромное количество серебра из Америки, а затем отправить его обратно.

Читайте также: Пять ролей принца Филиппа: жизнь длиною в век

Михаил Татаринов