Психбольницы закрываются? В чем суть реформы психиатрии и что настораживает

Реформа медицины коснулась в том числе и психиатрии.

Говорят, что психдиспансеры будут закрывать, а людей с нездоровой психикой никто не будет лечить.

Насколько это отвечает действительности?.

Опасность социальных болезней.

Врачи-психиатры с большим опытом – не в восторге от изменений.

«Я много лет своей жизни посвятил организации психиатрической помощи и сердце разрывается от того, когда вижу, что все это у нас сейчас разрушается.

К сожаленью, НСЗУ (Национальная служба здоровья Украины – ред.) не «видит» психиатрию, она у них падчерица, Золушка.

С экранов телевизора нам еще показывают отличную Винницкую психбольницу им.

Пирогова, и в Тернополе прекрасная больница, там кафедра медуниверситета.

Есть такие хорошие больницы пока еще во многих городах.

Но все идет к тому, что психдиспансеры будут закрываться.

Они станут филиалами или составными частями многопрофильных больниц.

Будут создаваться объединения, в которые войдут и стационар, и поликлиническая служба.

Экономия будет за счет админаппарата.

22 года назад я создал первое в Украине психоневрологическое медобъединение, объединив в нем психиатрическое и наркологическое областные учреждения.

До реструктуризации там было два главврача и 8 замов у них, а остался один генеральный директор и его 4 зама.

Это была ощутимая «оптимизация», в ней был смысл.

И на лечебный процесс она не повлияла», - говорит известный психиатр, заслуженный врач Украины, генеральный директор Киевского областного психиатрически-наркологического объединения Геннадий Зильберблат.

Сейчас же, считает доктор, дело не только в объединении, а и в значительном изменении алгоритма лечения.

В частности, у нас ликвидировали уже участковых психиатров.

Это произошло еще до старта реформы.

Были районные психиатры и участковые, и с ними работали медсестры.

Они периодически ездили по селам вместе с другими специалистами и осматривали местных жителей.

Сейчас же нет института участковых.

Врач ждет, пока больной придет к нему сам.

Вместе с тем, сейчас у нас появились мобильные мультидисциплинарные психиатрические команды, куда входит врач, медсестра и социальный работник.

Вот они могут выезжать в глубинку для предоставления помощи.

Такие бригады есть и за границей.

Но там и хорошие дороги, и нормальная обеспеченность транспортом, и высокие зарплаты.

Да и населенные пункты вроде бы не так разбросаны, как у нас.

Может быть, и у нас со временем это приживется.

Но пока эти поездки будут очень сложными.

Если медики туда и доедут, то встретят людей, которые 10-летиями не обращались к психиатру, с запущенными заболеваниями.

Если раньше их направляли к психиатру или наркологу и местная власть, и милиция, и общественность, то сейчас к таким людям ни у кого нет дела.

А сами они вряд ли поедут лечиться.

«Еще в 2019 году в женском отделении у нас было 40 больных, а в двух мужских, соответственно – по 50 и 60.

Сейчас женское отделение – на ремонте, а в мужских – всего по 15-20 пациентов.

Это при том, что в селах у нас есть немало людей с алкоголизмом, много, в том числе, и женщин.

А это социальная болезнь.

Рушатся семьи, употреблять спиртные напитки начинают даже подростки.

НСЗУ выделяет определенные суммы на лечение больных в стационаре, но они достаточно скромные, даже если у человека есть сопутствующая болезнь, например, насморк, и то не за что будет его вылечить.

Есть и сроки пребывания в стационаре, в которые не всегда можно уложиться, чтобы вылечить пациента.

А ведь психические болезни – на третьем месте по распространению в мире после рака и сердечно-сосудистых.

К тому же психиатрия, алкоголизм и наркомания, а также венерические заболевания и туберкулез – болезни социальные.

Заболеть ими могут все, но чаще всего они поражают людей небогатых, которым не за что лечиться.

Поэтому государство должно позаботиться о них и выделять достаточно средств на их лечение и реабилитацию.

Иначе невылеченные или недолеченные люди могут представлять проблему и определенную угрозу для общества», — отмечает Г.

Реформирование психиатрии предполагает, что первичный прием больных с психическими заболеваниями должны вести семейные врачи.

Хватит ли у них для этого знаний, имеют ли соответствующую подготовку?.

На выздоровление - месяц.

В Министерстве здравоохранения утверждают, что психиатрические больницы министерство закрывать не собираются.

«В настоящее время эти больницы находятся в собственности местных территориальных общин или областных советов, а значит, вопрос об их закрытии могут поднимать только местные или областные власти, а никак не Минздрав», — сообщает пресс-служба министерства.

И утверждает, что Минздрав не инициировал и не планировал оптимизацию, сокращение или ликвидацию психбольниц.

Министерство выступает за формирование саморегулирующейся системы психиатрической помощи.

Количество учреждений, призванных помочь человеку с преодолением ментальных заболеваний, должно соотноситься с потребностями самого населения.

То есть, этот вопрос должен решаться на уровне общин.

Также местные власти вправе перепрофилировать больницы в учреждения социальной поддержки.

«Довольно часто психиатрические больницы оказывают не сугубо медицинскую, а и социальную помощь, заботясь о людях, которым некуда больше идти.

Социальные службы работают уже более 20 лет и финансируются именно местными бюджетами.

Следовательно, государство не должно их создавать», — говорится в сообщении.

Минздрав разрабатывает единые нормы по оказанию профессиональной помощи, чтобы пациенты получили современное квалифицированное лечение.

Национальная служба здоровья, в свою очередь, контрактирует соответствующие учреждения, уполномоченные давать психиатрическую помощь.

Отмечается, что 1 апреля 2020 года начался второй этап медреформы, который распространился и на психиатрическую отрасль.

«За 3 года до этого Кабмин одобрил Концепцию развития здравоохранения на период до 2030 года, которая предусматривает смещение акцента со стационарного лечения в профильных больницах на амбулаторное.

До 30% ранее госпитализированных людей вообще не нужно было ложиться в больницы.

Они нуждались только в адекватной медикаментозной терапии», — объясняет пресс-служба.

Отмечается также, что, по рекомендациям ВОЗ, стационарное лечение пациентов (при необходимости) должно длиться около 30 дней.

От таких нормативов и отталкиваются в НСЗУ и Минздраве.

«На этот срок выделяется соответствующее финансирование на лечение.

Пациенты также могут получать психиатрическую помощь не только в специализированных заведениях, а и в многопрофильных больницах, поскольку очень часто они имеют и другие заболевания, которые легче лечить в одном заведении», — отметили в Минздраве.

После острого течения болезни и лечения в стационаре пациенты должны продолжать лечение амбулаторно.

А при необходимости мобильная мультидисциплинарная команда приедет к ним и предоставит помощь на дому.

«У людей есть опасения, что из-за недофинансирования со стороны НСЗУ пациенты психиатрических больниц, направленных туда за убийства и другие преступления, выйдут на улицы.

На самом деле НСЗУ не имеет никакого отношения к лечению таких лиц.

Пациенты, совершившие общественно-опасные деяния, получают помощь в отдельных специализированных учреждениях, финансируемых по медицинской субвенции», — резюмируют в Минздраве.

Алла Рыбалко.