Переговоры Макрона-Путина и западный компромисс по Украине

Фото: Дмитрий Ловецкий / AP

Переговоры Макрона-Путина, заявления Блинкена-Борреля и переговоры Шольца-Байдена. Всё это можно свести к нескольким ключевым выводам, как мне это видится.

1. Западные партнеры окончательно согласовали между собой, что они будут продвигать имплементацию Минских соглашений как единственный способ для деэскалации и компромисса с РФ, самый безболезненный для них и с минимальным риском для их интересов (подчеркиваю, ИХ интересов, а не наших);

2. У коллективного Запада нет пока что согласованного плана действий по санкционному давлению на Россию. Олаф Шольц неохотно и размыто говорил о «Северном потоке-2», а глава немецкого МИД Анналена Бербок и вовсе отменила встречу с В. Зеленским. Если верить СМИ, из-за разногласий касательно СП-2 и поставок вооружений. Я думаю, что общий санкционный пакет появится, но он будет компромиссный;

3. У европейцев, американцев и россиян сложилось общее видение набора вопросов, которые должна выполнить Украина, чтобы достичь компромисса — это амнистия, автономизация Донбасса и (может быть) прямые переговоры с ОРДЛО. Не замечать этого в их публичных заявлениях - это прятать голову в песок;

4. В попытке усилить свои переговорные позиции в ЕС и занять место европейского лидера, Макрон будет пытаться продвигать компромисс с РФ в качестве своей дипломатической победы, и Украина ему нужна для демонстрации «прогресса» в вопросе, в котором даже Ангела Меркель не сумела достичь успеха. Перед выборами в мае это самое то. Заодно можно выйти на договорённости с РФ по поводу их военного присутствия в Африке, где у Парижа даже более чувствительные интересы;

5. В немецком истеблишменте не хотят вступать в конфронтацию ни с РФ, ни с Китаем, это уже ясно, как день. Это не нравится американцам, которые оказывают на них давление. Шольц по сути сохраняет курс Меркель на стратегическую автономизацию внешней политики Германии от США, по крайней мере пытается.

Я считаю, что реакция наших властей на происходящее немного неадекватная. Видимо, традиции 1990-х никуда не делись, и мы снова бинарно делим мир на «своих» и «чужих», причем это касается как малых государств, так и тех, от кого мы сами зависим типа Германии или Франции.

Вместо того, чтобы вывести отношения с Западом в прагматичное деловое русло, а самим начать диверсификацию внешних связей через другие регионы, мы ушли в примитивную узколобую украино-центричность в биполярном мире, где есть злая, подлая «Орда», у которой вся повестка зациклена на завоевании Украины, и есть чудесный «Альянс», который целыми днями только и думает, как помогать нам отражать атаки орков.

Никакого отклонения в этом восприятии изначально не закладывалось. Поэтому, истории про Китай, Индию, Турцию или происходящее в Африке для нас казались далекими и несущественными.

В итоге, мы сами загнали себя в смысловую и логическую ловушку. Сперва мы отсекли от себя все не-западные страны, которые не делали того, что мы хотели, во время голосования за бесполезную резолюцию в ООН.

Затем нарекли предателями Германию и Францию с идиотскими фразами типа «фрау Риббентроп» за то, что они не хотят решать все проблемы за нас и только лишь в нашу пользу. В прошлом году пришло разочарование в США, что, впрочем, увязали с персоной Байдена, как бы всё ещё ожидая чуда через 3 года.

Затем парочка ловких и красивых телодвижений создали новых героев — Польшу и Британию, на которых теперь вся надежда на спасение, хотя их ресурсы и возможности всё же ограничены.

Вот так, от одного информационно-медийного тотема к другому, мы и продолжаем петлять, и даже называем это «стратегией малых альянсов», хотя ни о каких альянсах сейчас речь не идет, слишком рано и слишком мало ресурсов в это вложено.

На фоне обострения глобального разлома между Востоком и Западом, у нас нет никакой целостной глобальной политики, не говоря уже о нашем видении своего места в мире, в том числе в контексте противостояния Китая и США. Олимпийская декларация РФ и КНР в этом контексте игнорируется или воспринимается тоже сквозь призму нашего восприятия времён "холодной войны".