Любовь – отдельно, секс – отдельно. Почему ученые различают физическое влечение и влюбленность

"Современная массовая культура часто путает любовное влечение с сексуальным, в то время как это совершенно разные вещи, — говорит антрополог из американского исследовательского центра Kinsey Institute Хелен Фишер. — Сексуальный драйв тянет к множеству разных партнеров, любовный — фокусирует на единственном. А знаете, что еще сосредотачивает все наше внимание на каком-то одном предмете, заставляет добиваться его даже во вред другим интересам? Обсессивные психические расстройства".

Любовь, влечение или дофаминовая зависимость?

Объединив усилия с двумя антропологами, Артом Ароном и Люси Браун, Фишер устроила интересный эксперимент. Люди, находящиеся в состоянии влюбленности, были обследованы с помощью компьютерного томографа. Ученые хотели выяснить, какие зоны человеческого мозга активизируются во время любовных переживаний.

Участие в исследовании приняли взрослые мужчины и женщины: 17 тех, у кого были счастливые отношения, 15 – кого недавно бросили. У первых 17 была зафиксирована активность в малой, но очень важной части среднего мозга под названием вентральная тегментальная зона (VTA). Здесь начинаются дофаминовые пути, от нее исходит эйфория и некоторые другие приятные ощущения, которыми мозг "вознаграждает нас" за выполнение его сигналов. Известно, что никотиновая, кокаиновая, героиновая и амфетаминовая зависимости тоже образуются с участием VTA.

Эта зона то и дело преподносит нейрофизиологам неожиданности. До недавнего времени ее вообще считали ядром, но впоследствии ученые выяснили, что она, по сути, не имеет четких границ. Чтобы отличать клетки от клеток других окружающих отделов, им даже дали название А10. Следовательно, в первой группе исследуемых влюбленных активировали именно А10, производящие дофамин и распространяющие его в другие отделы мозга, — драг-дилеры нервной системы.

Важно понимать, что "продукт" VTA гораздо глубже мыслей и эмоций. Он связан с более древними механизмами, имевшими эволюционное значение на ранних этапах развития человечества. Это часть так называемого рептильного мозга — системы, на которую обычно ссылаются, говоря о мотивации, способности сконцентрироваться на чем-то, отложив в сторону все остальные ценности. Когда романтическая влюбленность активирует VTA, возникает собственно классическая обсессия — синдром, вызывающий навязчивые самопроизвольные мысли и состояния. Когда влюбленный получает отказ, обсессия усиливается.

Любовь как плацебо, или Красота в глазах влюбленного

У участников второй группы — 15 брошенных — активность вентральной тегментальной зоны оказалась еще ярче. Кроме нее, была задействована еще одна зона, отвечающая за калькуляцию достижений и потерь — прилегающее ядро. Эта группа нейронов вентральной части полосатого тела, часть мезолимбического пути, считывает страх и удовольствие, дает сигнал к смеху или агрессии. Она получает информацию от дофаминовых и глутаминовых нейронов и отвечает на мотивационные раздражители. Конкретно с ней связан эффект плацебо.

Этот эффект корректирует нашу субъективную реальность в соответствии с установками сознания. Когда пациенту вводят плацебо под видом активного препарата, в теле возникают процессы, вызванные не самим веществом, а связанными с ним ожиданиями. Мы словно действительно чувствуем действие вещества, которое нам не вводили. Точно так же любая обсессия корректирует реальность, связанную с объектом зависимости. Человек, дающий доступ к условному наркотику, кажется лучшим другом, даже если ведет себя объективно бесчестно. Тот, кто затрудняет доступ, воспринимается как враг, даже если он явно действует из лучших побуждений. Боль подменяется удовольствием, плохое кажется приятным, деструктивное поведение – конструктивным.

Очень схожие подмены происходят в состоянии влюбленности. Все, что прямо или условно приближает к объекту любви, кажется хорошим (положительные стороны преувеличиваются, отрицательные — нивелируются), все, что отдаляет, — плохим.

Важно Поколение Z: виртуальный секс и реальные отношения

Хелен Фишер утверждает, что способность испытывать любовь и строить длительные отношения возникла у людей примерно тогда же, когда и прямохождение — 4 млн лет назад. Ее британский коллега, профессор Робин Данбар из Оксфордского университета, считает, что это произошло гораздо позже, менее 2 млн лет назад. Данбар связывает возникновение пар с тем, что женщины нуждались в защите мужчин, чтобы выжить и создать потомство. По его версии, романтическая влюбленность – трансформированный социумом вариант симпатии между защитником и подопечным.

Скрытые плюсы любви

В 2021 году в британском научном журнале Current Biology были обнародованы результаты другого клинического исследования. Ученых интересовало влияние эмоционального состояния пациентов на развитие инфекционных заболеваний. У большинства испытуемых, указавших в анкете, что они находятся в романтических отношениях, маркеров воспаления оказалось гораздо меньше. Существование такой корреляции наводит на мысль о том, что само состояние влюбленности может являться фактором, сдерживающим распространение инфекции.

Важно Вдохнешь – и все изменится. Как запахи влияют на работу человеческого мозга

Уже не одно десятилетие эндокринологи и иммунологи спорят, существует ли прямая зависимость между влюбленностью и повышением уровня иммунной защиты, проще говоря, правда ли, что она усиливает иммунитет. Нет сомнений, что находясь в этом состоянии, мозг производит гораздо больше эндорфинов — химических соединений, которые по влиянию на организм похожи на опиаты. Это довольно сильное обезболивающее, образующееся внутри нас. Кроме того, считается, что эндорфины влияют на деятельность эндокринных желез. Одни иммунологи утверждают, что уровень эндорфинов также влияет на способность организма сопротивляться инфекциям. Другие называют это профанацией, подчеркивая, что речь может идти только об облегчении симптомов.

Большинство исследователей сходятся в том, что состояние влюбленности притупляет болезненные ощущения, снижает вероятность лихорадки и вообще замедляет воспалительные процессы. Даже Хелен Фишер, утверждающая, что любовь — зависимость типа наркотической, согласна, что из всех видов зависимости только эта может быть полезна для нашего здоровья.