"Путинизм" запустил режим самоуничтожения, - СМИ

Фото из открытых источников

Решение Путина о признании «суверенитета» оккупированных Россией территорий Украины может войти в историю как один из главных поворотных моментов в его авторитарном правлении.

Как пишет The Guardian, Путин давно настраивал своих «поклонников» на решение, которое изменит архитектуру безопасности в Европе и вполне может привести к войне.

Во время заседания Совбеза, он спросил присутствующих, хочет ли кто-то высказать альтернативную мысль. Его встретили молчанием. Через несколько часов глава Кремля появился на государственном телевидении, чтобы прочесть гневную, бессвязную лекцию об Украине, которая, по словам Путина, стала «колонией с марионеточным режимом» и не имеет исторического права на существование.

Это был не политик, созывавший свою команду для обсуждения, это был авторитарный лидер, собирающий своих сторонников и обеспечивающий коллективную ответственность за решение, которое, как минимум, изменит архитектуру безопасности в Европе и вполне может привести к войне. Путин выглядел по-настоящему агрессивным в своей речи.

Символическим признаком изоляции Путина, «без равных», кто может ответить ему или обсудить идеи, глава Кремля недавно начал проводить встречи с политиками, включая своих министров, за демонстративно большими столами, очевидно, как мера предосторожности во время пандемии. Но на заседании Совбеза Путин сидел сам за отдельным столом, глядя на подчиненных издалека, когда они неловко сидели в креслах, ожидая своей очереди для «выступления».

Путин поочередно слушал выступающих. На заседании присутствовали сторонники Путина, но даже некоторые из них, похоже, были поражены ситуацией и нервничали.

Глава российской разведки Сергей Нарышкин, известный своими агрессивными антизападными заявлениями, заметно нервничал, когда Путин спросил его, поддерживает ли он решение о признании «суверенитета» оккупированных территорий Донбасса.

«Говорите прямо!», - сказал ему Путин.

Затем Нарышкин даже добавил, что поддерживает «вхождение этих регионов в состав России». Путин ответил, что это не было предметом обсуждения.

Некоторые аналитики предполагали, что это могла быть тщательно спланированная встреча, чтобы показать Западу, какие другие варианты действий могут быть доступны, но нервные заявления Нарышкина свидетельствовали о другом.

Трудно сказать, принял ли Путин решение по Украине несколько месяцев назад, или же он строит планы «на ходу», но, безусловно, было понятно, что решение о признании оккупированных регионов было принято задолго до этого причудливого театрального действа.

Обмена мнениями было очень мало, а идею о том, что все это было спонтанно, подрывал тот факт, что фото часов некоторых участников заседания, казалось, свидетельствовали о том, что прямой эфир на самом деле был записан несколькими часами раньше. Это не помешало Путину подчеркнуть, что мероприятие действительно было «обменом мнений».

«Каждый из вас знает, и я особенно хочу это подчеркнуть... Я с вами ничего из этого раньше не обсуждал. Раньше я не спрашивал вашего мнения. И это происходит спонтанно, потому что я хотел услышать ваше мнение без какой-либо предварительной подготовки», – сказал Путин.

Появление Путина лишь спустя несколько часов с его долгой, заранее подготовленной речью подчеркнуло, что процесс принятия решений в реальном времени был неправдоподобным.

Многие представители команды Путина выглядели так, будто искренне верят в пропагандистский нарратив, который построила Россия, чтобы оправдать свою продолжительную агрессию против Украины. Российский политик Валентина Матвиенко, единственная женщина в Совете безопасности РФ, произнесла речь, составленную из причудливой риторики пропаганды: «невинная Россия противостояла Западу, поддерживавшему жестокий украинский режим».

Не все были так увлечены: политик Михаил Мишустин говорил коротко и сухо, выглядя заметно нервным. Не желая отпустить его «без присяги на верность решению», которое уже фактически было принято, Путин прямо спросил Мишустина, поддерживает ли он признание оккупированных регионов Донбасса, Мишустин ответил, что поддерживает. Все представители заседания публично поддержали этот шаг, теперь никто не сможет дистанцироваться от решения и утверждать, что они сопротивлялись.

Решение о признании незаконных вооруженных формирований «ЛДНР» отвечает не на все вопросы. Есть возможность, что Путин просто остановится на признании оккупированных регионов. Но вполне вероятно, что глава Кремля планирует больше, чем просто окончательно дестабилизировать восток Украины и взять на себя официальную ответственность за оккупированные территории.

Последние слова Путина о том, если Киев «не прекратит насилие, то понесет ответственность за кровопролитие» были крайне зловещими. Это звучало фактически как объявление войны, резюмирующее издание.

Этот раунд противостояния с Западом Путин проиграл. Он хотел большой игры, раздела сфер влияния, мня себя Сталиным в Ялте. А в результате — просто украл пасочки у того, кто меньше ростом. Оруэлловский почти часовой спич, выглядевший как теоретическое обоснование для оккупации всей брезгливо-ненавистной Путину Украины, пока стал прелюдией к пережевыванию ранее уже откушенной части нашей страны.

Но ведь это был всего лишь один из раундов. И мы должны быть готовы ко всему…

Подготовила: Нина Петрович