Царство страха и надежды: как Северодонецк встретил войну/Обстрелы города начались в конце февраля и продолжаются до сих пор

Уже больше месяца украинский Донбасс страдает от российской "спецоперации". Война здесь началась 8 лет назад, когда Россия оккупировала часть территории вместе с областными центрами Луганском и Донецком. Обстрелы на Донбассе не прекращались ни на день. Только ограничивались площадью и интенсивностью.

Ситуация кардинально поменялась 22 февраля. Тогда россия признала незаконные формирования "лднр", а 24 числа пошла войной на Украину, как бы "защищая народ Донбасса от киевского режима". Что происходило в Северодонецке – от очевидца событий.

Сейчас города, которые находятся на подконтрольной Украине части Луганской и Донецкой области, находятся на грани гуманитарной катастрофы. Кремлевские оккупанты отрабатывают на них мариупольский сценарий – уничтожают всю инфраструктуру, жилые дома, продовольственные базы, оставляя население без воды, электричества и газа. Города-призраки – это не апокалиптическое зрелище из будущего. Это то, во что превращают россияне города Донбасса уже сейчас. Это то, чем становится мой Северодонецк – когда-то город молодежи и будущего.

Это уже не 2014 год

24 февраля вся Украина проснулась в новой реальности. В Северодонецке все знали, что Россия начала войну против Украины. Но всем казалось, что боевые действия еще далеко. Панику в городе выдавали только очереди машин у заправок: в первый день люди понемногу начали покидать город.

За день до этого я приехала в Северодонецк к маме на день рождения. Планировала побыть неделю, но даже не представляла, что останусь намного дольше, забуду о крепком сне и научусь отличать, когда стреляют в нас, а когда от нас.

В первый день войны мы с родителями продолжали строить планы на ближайшие дни. В тот злосчастный четверг мы собрались на базар за продуктами, ну, и для того, чтобы оценить ситуацию в Северодонецке.

Туда мы так и не дошли. В 5 минутах от дома мы услышали сильные удары, от которых в одном из зданий вылетели стекла из окон. Испуганные, мы изо всех сил побежали домой, не понимая, откуда и из чего стреляли. Только через несколько дней войны мы узнали, что это стреляли наши гаубицы. А если они находятся поблизости, то от залпов дрожат все окна и стены. Теперь мы часто будем слышать эти звуки.

После пережитого у меня полностью пропал аппетит. Все тело нервно трясло и постоянно тошнило. Единственная пища, которую организм готов был принимать, - это новости. Первые несколько дней телевизор работал круглосуточно. Плюс новости на смартфоне.

Нас волновало, что происходит в Украине и в нашей области, какие населенные пункты все еще подконтрольны нам, а какие нет. Мы переживали за Счастье в Луганской области. Город, который первым встретил оккупантов. Бои здесь были очень сильными. Счастье оккупировали через четыре дня после начала войны. Враги захватили уже руины: по словам руководителя Луганской военно-гражданской областной администрации Сергея Гайдая, российские оккупанты сравняли город с землей.

Боевые действия в Луганской области

Ситуация в Северодонецке обострилась, когда стало ясно, что мы потеряли Станицу Луганскую. Позже выяснится, что город сдали местные власти. И это позволило рашистам приблизиться к Северодонецку – они уже были почти в 60 км от города. Тогда мы впервые услышали вражеские обстрелы.

Большинству северодончан эти боевые действия не доставляли особых хлопот. "Так уже было в 2014 году", - говорила подруга моей мамы, вспоминая события 8-летней давности, когда произошла оккупация части Донбасса. Тогда Северодонецк понес минимальные потери, инфраструктура не была уничтожена, город остался под украинским флагом. Некоторые хорошо помнят обстрелы того времени и то, как приходилось прятатьтся в коридорах квартир.

Но позже они поняли: это совсем не 2014 год, это намного хуже.

Сходить в магазин и умереть

Атаки на Северодонецк начались в последний день февраля. Первыми больше пострадали, так называемые, новые районы. Особенно дома, расположенные на выезде из города. Оценив опасность, военные рекомендовали жителям этих районов переселяться. И не зря - очень скоро там начались пожары в домах из-за обстрелов, а квартиры остались без окон.

Там сразу же исчезли электричество, тепло, вода. Продуктовые магазины еще некоторое время работали, пока их имущество не было уничтожено. Это вывело на улицу мародеров, которые выносили все, что попадалось на глаза.

Новые районы быстро стали безлюдными. Но в некоторых домах люди остаются до сих пор. Они готовят еду на улице и ждут каждый день гуманитарной помощи.

Мобильной связи и интернета у них нет из-за невозможности зарядить телефоны. Поэтому родственники из других городов считают их пропавшими, а через соцсети просят неравнодушных проверить, живы ли их близкие. Часто они получают плохие новости.

Иногда коммуникации исчезают во всех районах города. Враг обстреливает все – жилые дома, детские сады, школы. Для него не важно, есть ли там мирные жители, у него цель сравнять все с землей, если не получается взять город силой.

Сначала нас пугали обстрелы. Поэтому мы с родителями нашли ближайшее укрытие - подвал и время от времени туда ходили днем. Но на самом деле там было также опасно – один "удачный" удар оккупантов и здание было бы разрушено, завалив выходы. Но это никого не пугало. Напротив, людям было легче ночевать там, чем в своих квартирах. Поэтому они оборудовали себе укрытие по-максимуму с электрочайниками, алкоголем, матрасами, даже со старыми диванами.

Нам было морально легче находиться дома, где мы нашли альтернативу подвалу – туалет и подсобку, которая есть на каждом этаже в нашем доме. Как только начинались обстрелы (даже с нашей стороны), мы быстро обувались и шли в наше домашнее укрытие. Приходилось только обуваться, потому что с начала войны мы спали в одежде в полусидячем состоянии, чтобы быть готовым в любой момент схватить сумки и бежать. Только куда нам бежать - мы даже не понимали.

Чтобы как-то себя успокоить, в первые ночи я по несколько раз звонила в Луганскую ОВА и спрашивала: Северодонецк - Украина? После каждого "да", победа казалась мне все ближе. К сожалению, радоваться было рано.

В середине марта опасно стало по всей территории Северодонецка. Под удары попали практически все районы города. Оккупанты уничтожили торговые центры, библиотеку, кинотеатр, базар. Днем все время было жарко, а ночью наступала относительная тишина. Хотя сначала рашисты предпочитали обстреливать дома под утро, когда люди спали и не могли уйти в укрытие.

Именно в те дни мы впервые услышали, с каким звуком проносится снаряд вблизи дома. В такие моменты мы прятались в подсобке. Но слышно было хорошо. Первая мысль: летит в наш дом. Но снаряд упал в другом месте, хоть и неподалеку.

Последствия обстрелов жилых кварталов Северодонецка

Несмотря на постоянные обстрелы, северодончане не боялись гулять по городу, ходить за продуктами. Хотя некоторые люди все это время со своими семьями жили в хранилище нашего комбината "Азот", и вообще не выходили на улицу.

Мы тоже никуда не ходили. Максимум - раз в неделю в магазин за продуктами. На тот момент в городе работало несколько точек с более или менее нормальным ассортиментом. Кому-то даже удалось купить колбасу, которая уже была на вес золота. Люди с самого утра занимали очереди и ждали по два-четыре часа.

Но однажды такой поход в магазин закончился трагедией. Очередь из нескольких десятков человек попала под сильные обстрелы российских "градов". Мои родители тоже были там и чудом остались живы и невредимы. Но повезло не всем: нескольким мужчинам оторвало ноги, одному разорвало лицо, а бабушке, которая просто сидела на скамейке, оторвало голову.

Такой массовый обстрел людей произошел впервые в нашем городе, хотя и был не случайным. Жители вспоминают, что их фотографировал некий подозрительный мужчина. И уже через 10 минут после "фотосессии" их накрыло "градами". Удалось ли найти наводчика москалей - пока неизвестно.

"Я теперь боюсь выходить на улицу", – признается мама, вспоминая ту трагедию. Квартиру она называет "тюрьмой", потому что очень тяжело больше месяца сидеть в четырех стенах. Но на открытом пространстве не менее страшно. Ведь никогда не знаешь, с какой стороны может прилететь смерть.

Разрушенные дома

Плохой сценарий со счастливым концом

Люди массово покидают Северодонецк. Такая же ситуация и в Рубежном, Попасной, Лисичанске и Кременной. Все эти города Луганской области под сильными обстрелами. Люди каждый день видят, как русские изверги со зверским увлечением разрушают их дома, убивают людей, детей, максимально уничтожают инфраструктуру. Они уезжают и не знают, будет ли куда возвращаться уцелеет ли то, что они оберегали всю жизнь. Есть и те, кто наотрез отказывается уезжать.

К сожалению, попадались на моем пути северодончане, рассказывавшие сводки с русских пропагандистских фронтов. И о биолабораториях в Украине, и об иностранных военных базах, и о том, что "не нужно было злить путина". Но когда началась война, они одними из первых выехали из области, хотя еще вчера ждали российские войска. Некоторые отправились за границу, не испугавшись ни НАТО, ни европейских ценностей.

Эвакуация из города

На оккупированную территорию тоже уезжают. Объясняют это тем, что там тихо.

Сложнее всего тем людям, которые вообще потеряли доступ к новостям и не знают, что происходит в стране. Они верят в то, что Россия скоро захватит Украину, а в Северодонецке уже нет местных властей, все сбежали. Такие слухи распространялись уже с 24 февраля. Но каждый раз информация не подтверждается: все остались на месте, Украину не одолеть. Но в области все равно готовятся к худшему сценарию.

Ибо по последним данным Генштаба ВСУ, россия перебрасывает свои войска в Харьковскую область и на Донбасс, где планирует "завершить начатое". Их цель – оккупировать всю Луганскую и Донецкую область. Ради этого они идут на все. И теперь мы видим, кто действительно "бомбит народ Донбасса".

С каждым днем ситуация становится более напряженной, хотя наши военные дают достойный отпор оккупантам. И если Северодонецк устоял 8 лет назад и остался в Украине, то почему сейчас должно быть иначе?!