Эксперимент BBC: российские депутаты не хотят отправляться на фронт

Военное положение в России не объявлено, но на украинском фронте российские войска несут серьезные людские потери, и, чтобы пополнить армию новыми бойцами, с начала апреля минобороны РФ предлагает подписывать краткосрочные контракты, а власти отменили возрастную планку для участия в боевых действиях. В связи с этим BBC спросила депутатов Госдумы и некоторых представителей российской элиты, публично и активно поддерживающих войну, собираются ли они сами на фронт.

В начале марта президент России Путин был уверен: помощь добровольцев в украинской «спецоперации» не потребуется, но из данных западной разведки и сообщений медиа очевидно, что российская армия с начала войны теряет на фронте много солдат.

В середине мая в России, как уже писала Би-би-си, по сути началась «скрытая мобилизация»: военкоматы стали рассылать по произвольным адресам повестки и приглашать мужчин «на воинский учет».

Кроме того, минобороны РФ опубликовало тысячи вакансий с предложением заключить краткосрочный контракт на военную службу.

«Стабильность, широкие возможности для самореализации, достойный уровень жизни и высокий социальный статус», — говорилось в одном из объявлений. Срок, на который заключается такой контракт, начинается от трех месяцев, а обещанная зарплата может превышать 200 тысяч рублей в месяц (за счет высоких командировочных).

В самих объявлениях не указано, что, заключив краткосрочный контракт, военнослужащий отправится в Украину. Однако в ряде региональных военкоматов, куда звонил корреспондент Би-би-си, об этом говорили прямым текстом. Об этом же все чаще пишут и региональные медиа.

Недавно российские власти даже повысили возраст, в котором гражданин может заключить первый контракт: если раньше верхняя планка равнялась 40 годам, то теперь для рядовых она выросла до 50 лет, для младших офицеров — до 60 лет. Соответствующие поправки были спешно приняты в конце мая.

Военнослужащие, согласившиеся на краткосрочный контракт, призваны возместить потери России на фронтах. Последний раз минобороны России официально отчиталось о потерях 25 марта, сообщив о гибели 1351 военнослужащего. Би-би-си на основе открытых данных подтвердила гибель 3052 солдат и офицеров. По оценке украинской стороны, потери российской армии могут превышать 31 тысячу человек.

С начала войны ряды вооруженных сил Украины и теробороны пополнили известные политики, журналисты и музыканты. В связи с этим Би-би-си решила спросить у российских публичных сторонников войны, готовы ли они сами отправиться на фронт. Ведь министерству обороны РФ настолько нужны пополнения, что рекламу краткосрочных контрактов можно встретить даже в общественном транспорте — как, например, в метро Новосибирска.

Суть нашего опроса (можем назвать его экспериментом), который ни в коем случае не являлся агитацией за поход на войну, состояла в предположении, что большая часть российской элиты не готова рисковать собой и своим положением ради войны, которую они поддерживают. Ответы на вопрос Би-би-си оказались красноречивы.

«Отравиться на фронт? Спасибо большое»

Первыми, к кому мы обратились, были депутаты Госдумы, в конце февраля голосовавшие за признание ДНР и ЛНР. Именно признание самопровозглашенных республик по сути дало России формальное право начать войну.

Однако сторонники войны на фронт не спешат. Леонид Слуцкий (54 года), Петр Толстой (52 года), Сергей Боярский (42 года) и Константин Бахарев (49 лет) прочитали наш письменый вопрос и не ответили. 40-летний депутат Владимир Бурматов после прочтения сообщений в WhatsApp просто отправил номер корреспондента Би-би-си в черный список.

Депутат Сергей Бидонько (46 лет) выслушал вопрос и положил трубку.

Но некоторые — как, например, 30-летний депутат от ЛДПР и вице-спикер Госдумы Борис Чернышов — оказались более разговорчивыми.

«К ВСУ присоединились украинские политики, культурные деятели, журналисты. Не собираетесь ли вы сдать мандат и подаваться на военные вакансии минобороны?» — спросила корреспондент Би-би-си.

«Мы и так поддерживаем вооруженные силы Российской Федерации полностью. Мы с группой депутатов от фракции ЛДПР были в Донецке недавно и всячески работаем над тем, чтобы спецоперация наша продолжалась и мы победили. В этой связи мы как помогали, так и будем помогать вооруженным силам Донецкой республики и вооруженным силам РФ. В целом, у нас такой курс всегда был, остается и будет», — сказал Чернышов.

После уточняющего вопроса, не собирается ли он примкнуть к армии, он ответил: «Спасибо большое» — и повесил трубку.

А вот его коллега по партии, первый замглавы фракции ЛДПР, 26-летний Василий Власов заметил, что «если будет потребность, будет запрос, то, конечно [присоединюсь к российской армии]».

«Будут обращения — пойдем»

«Я не так давно вернулся из Луганска с большой делегацией ЛДПР, которая там была с гуманитарной миссией. Мне кажется, что депутаты [Госдумы] не все служили в армии, кто-то имел опыт службы и может по контракту сейчас пойти служить. Но в основном все стараются найти возможность из своей заработной платы [помогать] или находить людей, которые готовы оказать гуманитарную помощь».

«То есть вы пока не готовы сложить мандат и пойти воевать?»

«Необязательно складывать мандат. Адам Делимханов не складывал с себя полномочия депутата Госдумы», — ответил Власов, имея в виду народного избранника от Чечни, который не просто регулярно появлялся в Мариуполе в военной форме с оружием, но даже получил от президента Владимира Путина звание «Героя России».

«Но вы готовы были бы, если бы нужна была ваша помощь именно в боевых действиях?»

«Конечно, будут на то обращения, то пойдем», — повторил свой ответ Власов.

Еще одному молодому депутату Госдумы, 25-летнему Максиму Гулину от партиии «Новые люди», дозвонился депутат горсовета Новосибирска Сергей Бойко. Сотрудница его команды представилась работником военкомата и пожаловалась, что не может вручить ему повестку.

Гулин удивился такому интересу к его персоне, так как, по его словам, у него есть отсрочка от армии на время обучения в аспирантуре и работы депутатом.

«Вряд ли я буду полезен»

Депутат Олег Матвейчев (52 года) — один из авторов законопроекта о повышении возраста для заключения первого военного контракта. На вопрос, не хочет ли он отправиться на фронт, раз возрастной предел снят, заявил, что «для депутатов возрастной предел — не проблема».

Препятствием, по его мнению, является позиция спикера Госдумы Вячеслава Володина, который заявил, что депутаты должны работать в парламенте, а не ездить в Донбасс.

«Те, кто имеет соответствующую подготовку, они ездили. Вчера Делимханов вернулся из района боевых действий, в которых участвовал. Делимханов имеет военную подготовку, он может и ездит [воевать]. Большинство депутатов не являются военными профессионалами», — продолжал он.

«Вы сами не собираетесь?» — поинтересовалась корреспондент Би-би-си. «Нет, я точно не принадлежу к [военным]. Я в информационном комитете нахожусь, все, что касается информационной политики — пожалуйста. Вряд ли я буду полезен как военнослужащий, тем более есть огромное количество добровольцев, которые и так являются профессиональными военными и отставными военнослужащими».

Неудобная тема

Неготовность к разговору демонстрирует неудобность темы для российских публичных фигур, поддерживающих войну. Одно дело вести пропагандистские кампании, другое — рисковать собственным комфортом.

Модель мобилизации, которая существует в России, подразумевает, что самые последовательные сторонники войны должны как можно громче кричать о ее справедливом характере и «призывать сплотиться вокруг президента», говорит философ и главред издания «Новая газета. Европа» Кирилл Мартынов.

При этом непосредственно в войне участвуют и гибнут на фронте совсем другие люди — в основном выходцы из беднейших регионов России, что, по мнению Мартынова, отражает существующую социальную систему: «одним достаются похоронки, другим — новые бизнес-возможности в «условиях сложившейся ситуации».

«Поэтому когда человеку, публично поддерживающему войну, предлагают непосредственно в ней участвовать, это воспринимается как нарушение сложившегося общественного порядка. Война ведь не для них изначально предназначена, у них есть более важные и срочные дела. Человек, который предлагает воинственному пропагандисту или чиновнику отправиться на войну, в глазах придворного путинского общества — явный провокатор или простак, не понимающий, как устроен мир», — говорит Мартынов.

Но есть политики, которые готовы поехать на войну. Кроме Делимханова, о котором упомянул Матвейчев, из депутатов на войну поехал бывший премьер непризнанной ДНР Александр Бородай — на последних выборах он попал в парламент от «Единой России».

«Я командую добровольческими подразделениями, которые воюют на линии фронта. У меня два батальона и три отряда — это больше полутора тысяч человек. Наши части находятся на северном направлении — район Изюма, район Балаклеи. Я там уже долго, насколько долго — вас не касается», — рассказал Бородай Би-би-си.

«Я правильно понял, что вы мне советуете отправиться в военкомат?»

Корреспондент Би-би-си Андрей Захаров уже больше месяца спрашивает публичных сторонников войны в соцсетях, не хотят ли они воспользоваться возможностью отправиться на фронт, воспользовавшись вакансиями минобороны.

Реакция этих публичных фигур аналогична ответам депутатов. Например, бывший пресс-секретарь «Антимайдана» Валерий Заборовский просто заблокировал Захарова в «Твиттере». Так же поступил и глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин — его корреспондент Би-би-си спросил, отправил ли он ссылки на вакансии минобороны своему 38-летнему сыну Алексею, который сейчас занимает пост директора в малоизвестной некоммерческой организации.

«Менее всего мне требуется совет от «журналиста» помойки-Фонтанки», — так сначала отреагировал на предложение поехать на войну известный в прошлом блогер, сотрудник «Фонда эффективной политики» и член клуба реконструкторов «Московский гренадер» Тимофей Шевяков (он имел в виду прошлое место работы Захарова — петербургскую газету «Фонтанка.ру»). А потом тоже заблокировал его — но в «Фейсбуке».
В «Фейсбуке» шла дискуссия и с главой представительства Россотрудничества в Турции Александром Сотниченко, который в интервью «Комсомольской правде» по сути заявил, что пока одни идут на фронт, «предатели» эмигрируют в Стамбул. «Прошу прощения, я правильно понял, что вы мне советуете отправиться в военкомат?», — немного презрительно уточнил он сначала. А потом добавил:
«Что же касается Вашего предложения [подписать краткосрочный контракт], я в настоящее время уже нахожусь на государственной службе, государство знает где я и чем занимаюсь, если посчитает, что меня нужно направить в действующую армию — значит пойду».
Лидер фракции «Справедливая Россия — Патриоты — За правду» Сергей Миронов в ответ на предложение отправить ссылки на воинские вакансии своему сыну, заявил, что тот, мол, «взрослый и самостоятельный», поэтому сам решит, что ему делать. Однако впоследствии выяснилось, что его сын от первого брака Ярослав — против войны, о чем не боится писать в соцсетях.
«Свою позицию лично я ему сообщил ещё в марте, он о ней знает. Как-то это обсуждать он не стал, просто вежливо закончил разговор», — рассказал Ярослав Миронов Би-би-си.