Нефть за твою ядерку. К чему привели 1970-е

Нефть за твою ядерку. К чему привели 1970-е

Энергетический кризис 1970-х потряс мировые рынки и вызвал стремительный рост цен на нефть. Проблема имела ряд далеко идущих и неожиданных последствий, многие из них за последнее время стали предметом научных исследований.

Но одна тема почему-то ускользнула от внимания учёных. Это связь между энергетическим кризисом и распространением ядерного оружия в Персидском заливе.

Ведь французское правительство отреагировало на энергетический кризис чуть иначе. Оно искало возможности для двусторонней торговли со странами ОПЕК, чтобы предотвратить рецессию. А потом шах Ирана предложил Франции нефть в обмен на ядерные реакторы – и местное правительство осознало, что сделка реальна. Так появился предметный интерес со стороны Саудовской Аравии и Ирака.

Эта новость вызвала сильное недовольство со стороны правительства США. Оно было обеспокоено распространением ядерных технологий в регионе. Но если Штатам удалось помешать приобретению ядерных элементов Саудовской Аравией, то в Ираке сделку предотвратить не получилось.

В общем, энергетический кризис 1970-х оказал сильнейшее влияние на распространение ядерного оружия в Персидском заливе.

Когда началась война между Израилем, Египтом и Сирией, арабские страны ввели нефтяное эмбарго против США и части союзников Вашингтона. Это произошло 6 октября 1973 года. Затем Организация стран-экспортёров нефти (ОПЕК) быстро воспользовалась образовавшимся дефицитом, чтобы оправдать увеличение мировых цен на чёрное золото. 1 января 1974 года оказалось, что они выросли вчетверо.

Со временем череду событий назовут «Первый нефтяной шок». Она привела мир к глобальному энергетическому кризису 1970-х – воистину преобразующее событие, продолжающее формировать мир сегодня.

Историки лишь начинают полноценно разбирать способы, которыми этот энергетический кризис менял мировой порядок. Углубилась геополитическая запутанность США в Персидском заливе. Приостановился послевоенный высокий экономический рост, ранее наблюдавшийся тридцать лет подряд. В конце концов, был порождён стремительный рост государственного долга как величины.

Но вы удивитесь, узнав, что ничуть не менее того энергетический кризис угрожал глобальной договорённости о нераспространении ядерного оружия. Ситуация пошатнулась. Это заметно подстегнуло спорные ядерные программы Ирана и Ирака.

И всё же способ, которым государства ОПЕК решили «стать ядерными» во время первого нефтяного кризиса, остаётся слишком недооценённым.

Что же вызвало и даже обострило атомные устремления Ирана и Ирака? В первую очередь, всеобщая дестабилизация торговых балансов. В свою очередь, её спровоцировали два фактора: скачок цен на нефть и неприятие французским правительством американского лидерства во время экономического (и даже геополитического) кризиса.

Действительно, отчаянная потребность Франции в борьбе с рецессией, всё более угрожающей на фоне нефтяного удушья, открыла иранскому монарху Мохаммеду Реза-шаху Пехлеви уникальную возможность.

Он предложил европейской стране спасение – нефть в обмен на ядерные технологии. Увы, сделка спровоцировала эффект домино во всём регионе. Ведь в Ираке местный режим извлёк максимальную выгоду из этой напряжённости, собрав собственную ядерную страшилку для остального мира. Всё это произошло на глазах США.

Иранская и иракская ядерные программы возникли на пересечении растущих амбиций ОПЕК и экономически-финансовых проблем Запада.

До 1 января 1974 года мир заботил лишь дефицит энергоносителей. Возобновив арабо-израильские военные действия в октябре 1973 года, арабские производители нефти применили «нефтяное оружие»: просто сократили добычу. Когда «чёрное золото» подорожало в четыре раза, внимание всего мира обратилось на экономику.

Ожидалось, что расходы на импорт нефти для некоммунистических стран увеличатся с 45 миллиардов долларов в 1973 году до 116 миллиардов долларов в 1974-м. Именно столько казна ОПЕК получала от стран мира, потребляющих петролеум. Так появился беспрецедентный дисбаланс в глобальном платёжном балансе. Кроме того, это была наиболее массовая международная транзакция в истории, если считать лишь переводы в мирное время.

Проблемы вызывали призрак Великой депрессии. Страны Запада всё больше расходились во мнениях относительно того, как же реагировать на вызов ОПЕК. Обострив мотив корысти, энергетический кризис обнажил слабость европейского сотрудничества – он вызвал раскол в самом сердце атлантического альянса.

Французское правительство разочаровалось из-за отсутствия солидарности среди членов Европейского экономического сообщества. Оно решило «действовать в одиночку» по двусторонним отношениям со странами ОПЕК. Старалось разобраться с энергоносителями и платёжным балансом, одновременно оспаривая призывы Киссинджера к объединению Запада. А потом французы поняли, что поправить дела можно без денег. Хватит небольшого ядерного экспорта.

Вот так энергетический кризис породил далеко идущие и неожиданные последствия.

Двусторонние усилия Франции одержали верх над попыткой Киссинджера обеспечить всеобщее сотрудничество стран Запада против ОПЕК. К чему это привело? Париж непреднамеренно подтолкнул Штаты к геостратегическому и экономическому партнёрству с Саудовской Аравией. Затем их сближение подстегнуло французскую политику насчёт ядерного экспорта в Персидском заливе. Усилилась конкуренция между западными странами за доступ к нефти ОПЕК.

Саудовская Аравия и Ирак обеспечили спрос на ядерные реакторы. Европейские правительства захотели этот спрос удовлетворить. Штаты, в свою очередь, пытались балансировать между конкурентоспособностью своей ядерной промышленности и Договором о нераспространении ядерного оружия от 1970 года.

Тем не менее, остановить экспорт в Персидский залив не получилось. Со временем это приведёт к двум наиболее заметным ядерным кризисам: в Иране и Ираке.

Продолжение следует.