Подготовка дронов к сражениям будущего: как можно использовать опыт войны в Украине

Армия США располагает внушительным арсеналом БПЛА, но эффективность этих беспилотников в выполнении заданий, выходящих за рамки борьбы с терроризмом, практически не доказана.

В Ираке, Афганистане, Сирии и других странах Ближнего Востока такие беспилотники, как MQ-1 Predator и MQ-9 Reaper обеспечили США и их союзникам важнейшую разведывательную информацию и возможность нанесения точных ударов, обнаруживая и уничтожая главных лидеров и командиров, которые в противном случае остались бы вне досягаемости.

"Глобальная война с террором" требовала огромного количества самолетов и персонала, поэтому американские военные беспилотники были вынуждены учиться в бою. Они непрерывно летали без возможности устранить фундаментальные недостатки в процессах постановки задач, командования, управления и целеуказания, критически важных для этих воздушных средств.

Поскольку Соединенные Штаты готовятся к потенциальной войне против равных противников и негосударственных субъектов, поддерживаемых государством, программа разработки беспилотников должна соответствовать новым требованиям — чтобы БПЛА оставались жизнеспособной составляющей воздушной мощи коалиции, Соединенным Штатам нельзя почивать на лаврах. Вместо этого они должны активно готовиться к будущему.

Фокус перевел новый текст Джо Риттера:

Дроны и их роль в войне будущего

Я управляю MQ-9 Reaper с 2016 года. Мне понадобилось больше года боевого опыта и более десятка боевых вылетов, прежде чем представилась возможность принять участие в крупномасштабных учениях. Одно из подразделений, в котором я летал, повысило свою точность почти на 20% благодаря тщательному анализу боевых данных. Это было значительным достижением, но сама потребность в боевых данных для создания жизнеспособной тактики указывает на дефицит возможностей для тестирования и обучения.

Важно Проект Convergence: искусственный интеллект и мини-дроны на поле боя

Если Соединенным Штатам придется сражаться с равным противником, у них не останется возможности учиться в течение нескольких месяцев или лет в условиях стабильных боевых действий. Экипажи должны развивать свои навыки в условиях мирного времени, а когда им придется применять оружие, они должны наносить максимальный урон с первых минут конфликта.

Беспилотники доказали свою жизненно важную роль в конвенциональных боевых действиях в Украине, Нагорном Карабахе и других регионах, подтвердив, что средневысотные низкоскоростные БПЛА важны далеко не только в борьбе с терроризмом и повстанцами.

Два боевых вылета БПЛА во время войны в Афганистане выявили существенные недостатки в целеуказании, а также в командовании и управлении. В 2001 году американский беспилотник MQ-1 Predator поразил автомобиль, припаркованный у комплекса муллы Омара в Кандагаре, несмотря на то, что лидер талибов находился в соседнем здании. В возникшем хаосе лидер Талибана сбежал и скрывался от американских войск до самой смерти.

В 2021 году из-за трагического просчета во время эвакуации Кабула MQ-9 Reaper убил 10 гражданских лиц, которые, по мнению военных, представляли угрозу, хотя разведывательные органы понимали, что это не так.

Сенсорные и боевые возможности беспилотников совершили эволюционный скачок за два десятилетия, но фундаментальные проблемы с методологией их применения остались.

Ударные беспилотники добились значительных успехов на ранних этапах глобальной войны с терроризмом, существенно ослабив Аль-Каиду и другие экстремистские группировки. Первый Predator, совершивший полет в Афганистане, был, по сути, экспериментальным аппаратом. Непредвиденным следствием этих первых успехов стало предположение американских военных о том, что БПЛА можно применять в бою, не уделяя должного внимания совместной подготовке и целеуказанию. Сегодня Соединенные Штаты и их союзники должны совершенствовать возможности беспилотников, чтобы всесторонне подготовить их к противостоянию новым противникам и выполнению новых задач.

Живучесть: теория против практики

До войны в Украине главным аргументом против таких платформ, как MQ-1, MQ-9 и даже TB-2, была их недостаточная живучесть. Какие шансы у воздушного судна, летающего летает медленнее и неповоротливее, чем истребитель времен Второй мировой войны, против современных средств ПВО? Повстанцы хути в Йемене успешно сбивали "Риперы" ВВС, а Иран, как известно, сбил высотный разведывательный беспилотник MQ-4 в 2019 году.

Важно Не только Байрактар. Турция запускает производство роя дронов-камикадзе (фото, видео)

Эти потери указывают на уязвимость платформ, но при этом подвергают сомнению саму постановку задач для беспилотных воздушных судов. История показывает, что устаревшее оружие в определенных обстоятельствах может противостоять современным самолетам.

В 1999 году сербские войска использовали 40-летний SA-3, чтобы сбить стелс-бомбардировщик F-117 – этот подвиг стал возможен благодаря использованию недочетов НАТО в разведке и оперативной безопасности. В любом случае такие потери указывают на непонимание угроз, существующих в операционной среде, и на необходимость устранения технических недостатков.

В вооруженных силах США большая часть дискуссий о живучести дронов носит теоретический характер. Подавляющее большинство американских беспилотников принимало участие в борьбе с терроризмом, так что у Соединенных Штатов не было ни персонала, ни самолетов, ни инфраструктуры для проведения обширного технического анализа того, как их беспилотники противостоят вероятным угрозам.

При беглом взгляде на характеристики Bayraktar или Reaper может показаться, что большинство ракетных систем легко их превзойдут. Но при дальнейшем изучении обнаруживаются слабые места в системе ПВО, которыми могут воспользоваться такие беспилотники. Сегодня ВВС регулярно проводят полеты беспилотников на полигонах с новейшими возможностями моделирования угроз, но при этом редко оценивают их работу против систем "земля-воздух" или имитационных истребителей противника.

В отличие от американских Predator и Reaper, TB-2 управляется по каналу прямой видимости. Этим обусловлена ценовая доступность беспилотника, но такая связь ограничивает дальность его действия менее чем 320 км. Экипаж и наземное оборудование управления также гораздо более уязвимы из-за близости к полю боя.

В свою очередь, на MQ-9 Reaper можно летать из любой точки земного шара благодаря спутниковому управлению, а радиус его действия составляет более 1600 км. Это резко увеличивает объем воздушного пространства, которое противнику необходимо защищать, и позволяет наносить удары с разных направлений.

Использование боеприпасов всепогодного действия еще больше усложняет защиту, требуя применять больше систем "земля-воздух" и больше патрулей истребителей. Увеличив количество "расходуемых", США могут еще больше насытить противовоздушную оборону противника.

В Украине неспособность России установить господство в воздухе значительно повысила ее уязвимость для ударов украинских беспилотников. Соединенные Штаты могут использовать передовые возможности своих собственных БПЛА, чтобы создать противнику еще больше проблем.

Война с применением БПЛА: подготовка к современным угрозам

Действия российских военных в Украине представляют собой яркий пример результата плохой подготовки. США и их союзники имеют значительный опыт применения беспилотников в борьбе с терроризмом, но у них катастрофически мало опыта борьбы с современными угрозами. Единственный способ приобрести такой опыт – интегрированная, многопрофильная подготовка. Учения Red Flag и другие были разработаны для подготовки экипажей воздушных судов к боевым действиям, однако участие БПЛА в таких мероприятиях очень ограничено из-за их уровня оперативной ответственности. Ограничения на использование беспилотников в воздушном пространстве США еще больше урезают возможности тренировок.

Важно Найти и уничтожить. Решат ли дроны-камикадзе судьбу войны в Украине

Даталинк, используемый для управления военными беспилотниками, – очевидное слабое звено в борьбе с противником, обладающим даже самыми примитивными средствами радиоэлектронной борьбы. До сих пор в ходе контртеррористических операций США сталкивались с минимальными кибер- и космическими угрозами, но Китай и Россия потратили годы на разработку систем, способных бросить вызов американским военным в электромагнитном спектре.

Чтобы разработать адекватные контрмеры, Соединенные Штаты должны потратить время и ресурсы на развитие оперативного взаимодействия между БПЛА и космическими и кибернетическими средствами – точно так же, как обычные самолеты ближней авиационной поддержки потратили десятилетия на совместные тренировки с наземными силами, чтобы отточить свою эффективность.

Децентрализованное командование и управление

Во время моего самого первого боевого вылета на MQ-9 я ждал более 30 минут, чтобы уничтожить артиллерийскую установку Исламского государства. Это было связано с координацией, необходимой для того, чтобы убедиться в отсутствии дружественных сил в воздушном пространстве, а затем получить разрешение на произведение удара. В войне против динамичного противника или при наличии угроз цепочка поражения должна занимать секунды, а не минуты. Разумеется, с тактической и моральной точек зрения очень важно убедиться, что БПЛА поражают нужные цели. Но война против равного противника наверняка предоставит ошеломляющий объем сенсорных данных, и американские военные должны суметь быстро и точно определить, когда и где применить кинетическое и некинетическое оружие.

На протяжении всей глобальной войны с терроризмом для управления беспилотниками использовались ударные ячейки или другие центральные органы. Такая структура действенна только в разрешительной среде, где у противника нет возможности разрушить американские коммуникации и командные центры с помощью оружия дальнего действия.

Соединенные Штаты уже продемонстрировали способность управлять своими беспилотниками в миссиях без централизованного управления, но для эффективного выполнения подобных заданий в бою необходимы целенаправленные тренировки.

БПЛА в боевых действиях: подготовка к будущему

Чтобы БПЛА оставались эффективными в борьбе с вероятным противником, Соединенные Штаты должны создать стабильную архитектуру управления и контроля, способную превзойти противника.

В связи с сокращением численности войск на Ближнем Востоке у США появилась возможность выделить ресурсы на подготовку своих беспилотников к будущим конфликтам. В то же время необходимо привлекать БПЛА на новые театры военных действий, чтобы удовлетворить растущие потребности в сборе разведданных. ВВС США значительно расширили свое присутствие MQ-9 в Европе, а ВВС и Корпус морской пехоты активно работают над включением Reaper в операции над Тихим океаном. Учитывая угрозы, исходящие от российской агрессии и китайской морской экспансии, это разумные решения с точки зрения картографии.

Важно Индустрия решит исход войны с РФ. Почему Запад должен заняться своей военной промышленностью

В то же время Соединенные Штаты должны понимать, что на протяжении всей истории их БПЛА активно использовались в военное время. Если ранее необходимость наносить удары по террористам и обеспечивать прикрытие войскам в Афганистане оправдывала задержки в модернизации, то сегодня угроза конфликта с равным противником требует смены фокуса.

1. Нельзя продолжать управлять беспилотниками в условиях недостаточной подготовки и разобщенного командования и управления, которые наблюдались в течение последних двух десятилетий.
2. Чтобы повысить готовность к выполнению новых задач и испытать новые стратегии целеуказания, экипажи БПЛА должны иметь возможность готовиться к борьбе с превосходящими угрозами и научиться преодолевать недостатки, присущие дистанционно управляемым воздушным судам.
3. Для обеспечения готовности БПЛА к боевым действиям с первого дня конфликта необходимы реальные и виртуальные тренировочные мероприятия во взаимодействии с другими силами. Новые технологии значительно расширили возможности существующих беспилотных платформ и создали новые способы использования этих судов. Но без реалистичных и всеохватывающих возможностей для обучения американские военные не смогут полностью реализовать свой потенциал.

Применение вооруженных беспилотников в Афганистане в 2001 году было правильным выбором. Однако было ошибочно предполагать, что БПЛА смогут участвовать в боях без должного цикла испытаний и обучения. Текущая методология целеуказания уже продемонстрировала свои недостатки и будет совсем непригодна на многоуровневых полях сражений будущего. Хотя беспилотники, безусловно, ценны и в небоевых ролях, командиры и политики должны уже сейчас подготовить воздушные суда, экипажи и инфраструктуру командования и управления к полномасштабной войне.

В будущих конфликтах у Соединенных Штатов будут минуты, а не годы, чтобы скорректировать свою стратегию. Передовые технологии никогда не смогут заменить необходимость подготовки людей-операторов, и без целенаправленной программы подготовки к будущему Соединенные Штаты рискуют потерять свое превосходство в беспилотной авиации.

Об авторе

Джо Риттер – офицер ВВС с 14-летним опытом работы в разведке, летных испытаниях и эксплуатации дистанционно управляемых воздушных судов. Он участвовал в регулярных и специальных операциях на Ближнем Востоке, в Европе, Азии и Африке. До полетов на MQ-9 он был членом экипажа RC-135 Rivet Joint и служил инженером проекта, где разрабатывал и внедрял новые боевые возможности. Автор выражает благодарность Джонни Дюрею и Брай Дау.