Глава Ровенской ОВА о том, будет ли вторжение из Беларуси: "Мы готовы, мы спокойны..."

Новая волна разговоров об угрозе вторжения в Украину из Беларуси достигла своего пика. К белорусам обратился Владимир Зеленский, предупредив, что их активно вовлекают в войну. Готовы ли к возможному открытию "второго фронта" пограничные области Украины? Segodnya.ua говорит об этом с председателем Ровенской областной военной администрации Виталием Ковалем.

"Нет такой многогранности для наступления, как на Херсонщине или Донбассе"

- Как Ровенщина реагирует на новый поток сообщений о возможном вторжении со стороны Беларуси? Ваше личное мнение – насколько велика угроза того, что тыловая область может стать фронтовой?

- Конечно, мы не исключаем возможной угрозы.

Но могу сказать, что совершить вторжение из Беларуси – сложно физически. По крайней мере, на территорию Ровенской области.

Это связано со многими факторами. С рельефом и географическими особенностями, мотивированностью людей и подготовкой наших защитников.

Поэтому я озвучу позицию Ровенской области – мы готовы, мы спокойны. И при этом продолжаем ежедневно усиливать обороноспособность.

- Расскажите подробнее о рельефе – в чем именно заключается сложность для врагов?

- Территория Ровенщины – это леса и болота.

Именно северные районы, граничащие с Беларусью – непроходимые леса. Кроме того, здесь протекает 170 рек. Это природные барьеры для вражеской техники. А мосты над ними могут быть заблокированы.

Пройти тяжелая техника может только по определенным автомобильным дорогам. Их немного.

Представим: есть автомобильная дорога – 2 полосы всего, по ней движется колонна вражеских танков. С одной стороны дороги – болото, с другой – лес. И вот на этой дороге срабатывают либо мины, либо артиллерия, либо партизанские отряды – подбивают первый, второй и последний танк. Врагам даже негде развернуться.

Поэтому такой многогранности выбора для наступления, как, скажем, на Херсонщине, Луганщине, в Донецкой области, где есть степи, где есть просторы – у нас нет. Это очень усложняет задачу для врагов.

К тому же, между днем начала войны и сегодняшним днем все-таки прошло 4 месяца. Это 4 месяца подготовки – и инженерных сооружений, и личного состава.

Поэтому я спокоен по этому поводу. При этом мы не расслабляемся – война продолжается. Угроза в любой момент существует.

- Когда вы последний раз были на госгранице? Какая обстановка там, как настроение у наших ребят?

– Буквально несколько дней назад проверял фортификационные сооружения на севере области. А также учения добровольческих формирований территориальных громад. Там проходила огневая и тактическая подготовка.

Настроение очень хорошее. Мы сейчас отрабатываем самое главное – слаженность. Ведь система обороны области построена из нескольких частей. ВСУ и ТрО как отдельный вид сухопутных войск – это основа. Кроме того – ДФТГ – это те, кто также присоединяется к ВСУ и, в случае необходимости, выполняют боевые задачи. Плюс есть силовые структуры: нацполиция, СБУ и другие военизированные органы.

План обороны области – это не просто документ, который пылится где-то на полках – это постоянно меняющаяся живая стратегия.

Так что мы отрабатываем место каждого в этой стратегии.

Задача сегодня – чтобы ДФТГ были подготовлены. А мотивации у них достаточно.

"Перед выстрелами не будем спрашивать, какой национальности враг"

- Фактором, который делает невозможным "второй фронт", называют отсутствие мотивации и опыта у белорусской армии. Но если предположить, что белорусская территория просто станет плацдармом для наступления российской армии, усиливает ли это угрозу, по вашему мнению? Нет ли с нашей стороны недооценки врага?

– В комплексах мероприятий по подготовке у нас просто есть враг. А белорус он или россиянин, какая у него форма – не имеет значения.

С точки зрения боевых противостояний и задач очевидно, что может быть и наступление российской армии с севера. Но не думаю, что это внесет огромные коррективы в план обороны. Потому что мы настроены на уничтожение любого врага, который нарушит государственную границу Украины.

Перед выстрелами наша армия не будет спрашивать, какой национальности враг, ступивший на землю Ровенской области. Это однозначно. Поэтому пусть не прикрываются никакими флагами и опознавательными знаками.

- Не опасаетесь того, что возможной стратегической целью врага может стать Ровенская АЭС, расположенная вблизи белорусской границы? Ведь у нас уже есть печальный опыт оккупации Запорожской АЭС и неработающей Чернобыльской АЭС .

- У РАЭС есть несколько линий обороны. Там усиленную службу несут военные и другие субъекты обороны области. Там точно все под контролем.

"Наращиваем силы ПВО"

- А как насчет опасности ракетных и артиллерийских обстрелов, высадки десанта? Насколько мы готовы к этим угрозам?

- Мы усиливаем систему гражданской обороны и ее важные элементы – объекты укрытия. Сейчас в первую очередь укрытия в больницах, чтобы мы могли непрерывно оказывать помощь там. Также дополнительно готовим школы и другие учебные заведения.

Плюс к этому наращиваем силы противовоздушной обороны на территории области.

Что касается высадки десанта – любой десант должен получить подкрепление с земли. Думаю, что высадка десанта без подкрепления – это нонсенс. А подкрепление десанта не поступит, не успеет.

- Какие последствия ракетного удара по Ровенщине, который произошел в субботу? Что атаковали враги?

– В райцентр Сарны прилетели 2 ракеты. Уничтожены такие "опасные" для Российской Федерации объекты, как автомойка, СТО и авторазборка. Найти логику в действиях оккупантов невероятно трудно. Чем мешали объекты гражданской инфраструктуры?

К сожалению, пострадали 14 человек. Четверо из которых не выжили. Это мужчины в возрасте от 30 до 51 года. Еще два человека – в тяжелом состоянии.

Подразделения ГСЧС аварийно-спасательные работы завершили. Работают следователи. За время войны это был 11-й ракетный удар по территории Ровенщины.

Как не стать "спецподготовленным неонацистом", собирая ягоды

- Поддерживаете ли связь с коллегами из соседних областей, также имеющих госграницу с Беларусью – Волынской и Житомирской? Возможно, у вас есть совместный оборонный план?

– Постоянно взаимодействуем с коллегами-соседями.

За оборону именно северо-западной границы отвечают военные, в частности – оперативная группировка войск "Волынь". Это координационный военный центр, не разделяющий территорию по областям.

Он единое целое и именно он отвечает за те области, что вы назвали.

Поэтому приоритет и верховенство в обороне – это ВСУ, ОГВ "Волынь". Наша задача – это координация, синхронизация, взаимодействие, стыковочные моменты в системе обороны.

Поэтому не хочу одевать на себя доспехи полководца, я являюсь руководителем военной администрации. Но моя задача – стабильное функционирование всей области и взаимодействие с военными. Здесь у нас полная синергия. Могу сказать, что нам повезло и с ОК "Запад", и ОГВ "Волынь".

- Поведение наших соседей в последнее время довольно странное. Недавно они в одностороннем порядке якобы позволили украинцам пересекать границу и собирать ягоды на территории Белоруссии. Вы уже заявили, что это – провокация. В чем, по вашему мнению, ее суть?

– Здесь есть два фактора. Первый – мы, для того чтобы обезопасить жизнь граждан от риска, не позволяем собирать ягоды в пограничной полосе. Потому что там территории, скажем так, подготовленные к обороне. То есть граница закрыта. Это невозможно сделать даже физически.

Второй фактор – всегда можно обвинить мирного человека в какой-то провокации, если он все-таки пересек границу. Представим себе трех женщин, которые пошли по чернику на белорусскую сторону. Это у нас они просто женщины, мамы-героини. А там – становятся "спецподготовленными неонацистами" или еще какими-то элементами, которых можно обвинить.

Поэтому я уверен, что это сделано сугубо для дестабилизации. Мол, мы такие хорошие – приходите к нам. Но если пришли, то вы – нарушители. Вот такая логика. Думаю, что наши граждане сознательные – и прислушаются к рекомендациям не делать этого.

"Отток из области незначительный – буквально 1000 человек в неделю"

- Существует ли план эвакуации из области гражданского населения на случай наихудшего сценария?

– Опыт Украины уже накоплен за период полномасштабного вторжения.

Поэтому мы перенимали опыт областей, вступивших в военные действия. В частности, посетил Черниговскую область. Теперь в план эвакуации, который у нас до этого был, включены еще и практические рекомендации коллег.

Поэтому четкое понимание есть. В зависимости от сценарных планов, которые будут развиваться, будем реагировать соответствующе.

Но скажу, что после поездки на приграничные территории есть спокойствие и уверенность в том, что нам нужно работать над дальнейшим развертыванием экономики в области, подготовкой к новому учебному году, отопительному сезону. Чтобы бизнес работал, развивался, ожидал только лучшего, но всегда был готов к любым сценариям.

– Насколько постоянные сообщения о вторжении мешают организации повседневной жизни в области? Не появляются ли панические настроения у жителей? И не начался ли отток из области ВПЛ?

- Отток небольшой, но он начался еще до последней волны истерии о нападении из Беларуси.

Это, напомню, уже не первый такой информшквал, мы уже проживали подобные моменты.

Отток незначителен – буквально 1000 человек в неделю. Это обычная динамика. И хорошо, что эти люди могут вернуться в свои дома. Естественный процесс происходит.

Относительно настроения жителей области есть понимание, что люди привыкают к определенному страху. Страшно – не бояться, страшно – не побеждать свой страх. Работаем над этим. С осторожностью, уверенностью.

"Даже в приграничных районах есть переселенцы"

– Сколько переселенцев сейчас находится в области?

– С начала войны мы приняли 71 тысячу переселенцев, которые хотя бы на день-два остались в области.

А постоянно проживают, зарегистрированы официально сейчас – около 51 тысячи человек.

Они размещены как по домам местных жителей, так и по местам компактного проживания – общежитиям, школам и т.д. Расселены практически по всей области. Хотя больше сконцентрированы в областном центре и Ровенском районе. Но приятно, что даже в приграничных районах есть переселенцы.

Реальный вызов для нас сейчас – это учебный год. Изучаем и рассматриваем сценарии, как правильно разместить и, возможно, переместить людей. Основная задача – это интегрировать их в общество, обеспечить рабочими местами, предоставить места в учебных заведениях, чтобы это было активное и продуктивное население.

Кроме того, к нам перемещаются целые бизнесы, предприятия, учреждения. Луганский государственный медицинский университет перебазировался, Луганский областной онкодиспансер и другие.

Относительно бизнеса – уже 34 предприятия запустили работу и работают достаточно активно. Поначалу это был малый и средний бизнес, сейчас мы видим интерес среднего и даже крупного бизнеса к релокации.

Те, кому было сложно перевезти оборудование, перевезти персонал, сейчас на второй очереди релокации, также занимаемся этим вопросом.

– В условиях оккупации юга Украины нельзя исключать риск дефицита продовольствия. Насколько Ровенская область может быть тылом в этом вопросе?

– Мы перевыполнили план посева яровых культур – 420 тысяч га яровых культур засеяли. Фермеры горючим обеспечены, компания по сбору урожая будет проходить в запланированные сроки, никаких проблем не вижу. Ни недостатка продуктов на полках, ни проблем с логистикой не наблюдаем.