Священник ПЦУ: Украинцы во время испытаний войной должны объединиться

После полномасштабного вторжения войск российской федерации в Украину от обстрелов и бомбардировок уничтожены и повреждены многие объекты военной и гражданской инфраструктуры. От варварских бомбежек страдают не только жилые дома, школы, больницы, музеи, театры, но и культовые постройки. Все больше соотечественников стало понимать, какую угрозу государству несёт «русский мир». Поэтому общины УПЦ Московского патриархата решительно разрывают связи с церковью, центр которой находится в стране-агрессоре. Многие верующие и духовники отказываются связывать себя с РПЦ, которая благословляет российскую агрессию в Украине.

Какие сдвиги по поводу единства православных украинцев в единственной уже признанной поместной украинской православной церкви наблюдаются сейчас на духовном поле Украины? Взгляд публикует разговор с Благочинным Глубокского района ПЦУ, настоятелем храма святой княгини Ольги в поселке Глубокая Романом ГРИЩУКОМ.

Дело русского попа довершит солдат

– Четыре месяца войны засвидетельствовали, что русская воинство ни перед чем не стоит – разрушают больницы, школы и даже церкви, где до недавнего времени пели осанну патриарху церковь. Как такие действия расценивает церковь, отец Роман?

– Война в Украину пришла не случайно и не врасплох. Пришла туда, где многие годы сеяли её зерна – семена «русского мира». А как учил Спаситель: «Что посеешь – то и пожнешь». Так вот, уже не раз доказано, что куда пришел русский поп и учитель – обязательно придёт русский солдат. И наоборот: куда приходит русский солдат, обязательно придёт русский поп и учитель. Чтобы завершить дело. Чтобы Украина уже не поднялась никогда. Воскресные школы при храмах Московского Патриархата, куда верующие бездумно отдают своих детей, воспитывают из них манкуртов, у которых на вопросы есть один ответ: «какая разница»! И вот такие поклонники, стоя у руин своего дома или духовного храма, наивно спрашивают: «А я здесь причем? Мы вне политики». У тех, кто «вне политики» есть закономерность: Если украинский священник учит любить Украину – то он «политик», если же они учат любить «царя, отечество и землю русскую», то «это батюшка духовности учит». Поэтому и имеем такие проблемы в государстве. Поэтому пока не избавимся от влияния русской церкви на умы украинцев, до тех пор будем пожинать беду.

– На войну с русскими оккупантами поднялся весь наш народ. Даже нет пикетов, как когда-то в 2014 году организованных священниками УПЦ МП, против мобилизации буковинцев на Восток. Но риторика поклонников МП не изменилась. Как вы думаете, отче, почему?

– Как благотворитель, я обязан присутствовать на чине похорон во всех селах благочиния. При этом стараюсь использовать каждую возможность для того, чтобы донести слово правды до людей. Особенно на похоронах военного. Это тоже его битва. Иногда она бывает важнее, чем целая жизнь. Хочу напомнить прошлогодние похороны воина Ярослава в селе Черепковцы. Там присутствовало 16 священников УПЦ МП и я один от ПЦУ. Мои вызовы планировали печальную меру превратить в торжество прорусского духа. Главный месседж архимандрита УПЦ МП Никиты в проповеди был таким: «Непонятная война. Достоверно неизвестно, кто на кого напал. Работы в деревне не было, поэтому он пошел воевать, где и убили. Но вы простите его!». Из его проповеди получалось, что в селе жил себе человек, не желавший работать, не мог найти для себя занятия, но его призвали в армию и там убили. И тоже не без Божьего участия. Ничего патриотического, ничего человечного, ничего достойного. Это то, что называется денацификацией общества. Она, между прочим, проводится с начала украинской независимости. Всеми силами и средствами священники Московского Патриархата пытались лишить украинцев национального ядра. И вот их причастность к Путинской «спецоперации по демилитаризации и денацификации» вылезла как шило из мешка. Тогда я решился выступить на чине похорон. Просмотр похорон в Интернете перевалил за миллион, массу людей побуждал к размышлению. Так вот погибший воин Ярослав своими похоронами сделал для своей деревни и Украины не меньше, чем жизнью. Он стал настолько показательным для общества, что спровоцировал множество переходов из Московского Патриархата в Православную церковь Украины.

Достучаться до сердец

– Я часто вижу ваши проповеди, обсуждение важных тем в Интернете. Выступать через электронные носители – это способ достучаться до людей?

– Наука о миссионерстве учит, что нужно использовать каждую возможность для евангелизации людей, рассказывать об истине как таковой. Свадьба, крещение, похороны – это повод для миссионерства, проповеди слова Божьего. Есть определенные критерии, требования к священнику при проповедовании слова Божьего. Они предполагают в последнем слове не затрагивать тот грех, которым был поражен покойник. К примеру, человек скончался от алкогольной интоксикации. Если священник начнёт рассказывать о вреде алкоголизма, то он ничего хорошего не принесёт ни усопшему, ни его семье. Из всего нужно извлечь назидание. Если умерла учительница, нужно рассказать о величии педагога и о тех добрых делах, которые она совершила. Если врач – то, сколько людей он вылечил. Когда же говорим о смерти воина, то мы обязательно должны говорить о том, для чего он жил, какими жизненными принципами он пользовался. Подчеркнуть, что пошел воевать не потому, что не было работы, а защищал Отечество.

– Знаю, что вы несколько раз в составе Вооруженных сил Украины служили капелланом. Насколько важна роль священника на передовой?

– В зоне конфликта на Востоке по ротации я был в 2014 году и 2015-м. Однако и после этого постоянно езжу на передовую с передачами, автомобилями, святым причастием. Вот и недавно увезли на фронт транспортное средство. Нам уже заказали второй. Но мы ограничены в денежных средствах. Чем можем – помогаем. Отправляем квадракоптеры для военных, продукты питания. Что касается роли священника, то она не оценена. После исповеди и причастия наши воины становились более храбрыми, мотивированными и не раз совершали подвиги.

– После 24 февраля произошло просветление сознания людей, приходы все чаще стали переходить из Московского патриархата в ПЦУ.

– Всё просто. От количества неприятельских прилетов ракет в область зависит число переходов приходов. Например, в Сквиру на Киевщине прилетели снаряды – настоятель с приходом перешел в ПЦУ. Население города Иванково недолго побывало под оккупацией, но почувствовало на своей коже «русский мир», и перешли в ПЦУ вместе с настоятелем. И таких примеров много. В других случаях просыпается сознание. В Ивано-Франковске, например, все приходы перешли в Православную церковь Украины. В противоположность франковцам, у нас с большим трудом только в Михальче церковь передали ПЦУ.

– Почему же буковинцы так консервативны? Почему наши чиновники не могут последовать примеру своих коллег?

– Не всё зависит от людей. Есть незначительные группки апологетов, которые будут тормозить процесс. Им не помогут даже ракеты, никакие доводы. Зависимость от МП наблюдается на всех уровнях. Даже когда разговариваешь с патриотически настроенными людьми на эту тему, то часто слышишь в ответ: «А давайте не будем трогать. Это не ко времени». Между тем священники УПЦ МП всегда ждали, что скажет власть. Если власть ничего не говорит, то они делают то, что хотят. Итак, если бы буковинские власти последовали примеру своих коллег из других регионов и приступили к работе по переходу церквей УПЦ МП к ПЦУ, то процесс сдвинулся бы. К слову, за четыре месяца полномасштабной войны в Украину к ПЦУ перешло почти 600 приходов от МП. В Ивано-Франковской области – 91, в Винницкой области – 60, в Львовской области – 11.

Об автокефалии речь не шла

– 27 мая архиерейский Собор УПЦ МП якобы осудил войну РФ против Украины, выразил несогласие с позицией Патриарха Кирилла и принял изменения в устав, что, словно делает УПЦ «полностью самостоятельной». Это что, автокефалия?

– Да, речь шла о широких правах автономии, но… в составе РПЦ. Епископы должны утверждаться в РПЦ. Высший суд – РПЦ. Они все эти вещи прикрыли, чтобы бессознательные люди не узнали, что они ходят в церковь РПЦ. Например, вражеский танк поменяет свой флаг на украинский, так что никому легче не станет. Зато броню под чужим флагом будет легче воевать. То есть одно дело, когда они поменяли риторику, другое – когда поменяли флаг. Для обмана верующих священники Московского Патриархата вешают на свои церкви украинские флаги, хотя ранее в этом осуждали священников ПЦУ. Ментальность не поменялась. Они лучше перешли бы на украинский язык богослужения. Но этого не делают.

– И в завершение. Митрополит Епифаний недавно официально просил Кабинет министров о передаче верхнего монастыря Киево-Печерской лавры ПЦУ.

– отказали. Не ко времени, сказали чиновники. Не решились потеснить столичный Патриархат. Но я убеждён, что украинский народ стоит слышать из такой почтенной православной лавры слово Божье на материнском языке. Для начала необходимо, чтобы наша церковь имела место в лавре. Потому что возводила её Киевская митрополия, потому и имеет на неё все права.