Что может дать миру ослабевающая Америка

Похоже, в мире воцарился своеобразный когнитивный диссонанс. Ответные действия Запада на вторжение России в Украину под руководством и поддержкой США напомнили миру о том, что международный порядок сегодня в большей степени зависит от американской военной, экономической и финансовой мощи, чем всего несколько лет назад.

Тем не менее, куда ни посмотри, создается впечатление, что США находятся в определенном упадке; будучи слишком разобщены, непоследовательны, жестоки и недееспособны, чтобы поддерживать Pax Americana. Кажется, Москва и Пекин верят в самый настоящий закат Америки, пока в Европе официальные лица обеспокоены внезапным американским крахом.

«Касаемся ли мы этой темы?..» - ответил мне несколько раздраженно Мишель Дюкло, экс-посол Франции в Сирии, поддерживающий хорошие связи в европейской дипломатической среде, когда я спросил, обсуждался ли когда-либо вопрос упадка Америки на высочайшем правительственном уровне. – «Разговоры об этом не прекращаются.» И общаясь с официальными лицами, дипломатами, политиками и помощниками в Британии и Европе, я получал один и тот же ответ.

«Это давно уже давит на мозги» - поведал мне один высокопоставленный чиновник Европейского союза на условиях анонимности, обсуждая открыто некоторые вопросы.

За пределами США многие теперь видят в Америке только беспощадные массовые репрессии, политическую дисфункцию, социальный раскол и надвигающееся присутствие Дональда Трампа. Кажется, что все это формируется в коллективном воображении с представлением о государстве «на грани» с предпосылками к массовым беспорядкам.

Многие европейцы долгое время считали закат Америки неизбежным и старались подготовиться к такому повороту событий. Под давлением Германии и Франции ЕС добивался заключения торговых и энергетических сделок с конкурирующими мировыми державами, включая Россию и Китай. Идея состояла в том, что по мере того, как США будут отдаляться от Европы, ЕС активизируется.

Но когда Россия вторглась в Украину, все изменилось. Внезапно великая стратегия Европы рухнула, и, казалось, Америка вновь укрепила свою мощь. В результате Европа стала не более независимой, а более зависимой от Штатов. По сути, Европа была зависима от всех сразу: от России - в контексте энергетики, от Китая – в торговом отношении, от Америки – в плане безопасности. Стремясь к медленному и осторожному отделению от США, Европа оказалась в худшем из миров. И в отчаянной попытке выбраться из этой неразберихи ей пришлось вернуться в объятия того самого левиафана. И ужасно то, что он не просто постепенно теряет силу, но и может в любой момент взорваться.

Таково сегодня сложное положение американских протекторатов. Обеспокоенная упадком США, большая часть американских подопечных еще сильнее «прижимается» к Вашингтону. В Азии США остаются единственной державой, способной уравновесить стремление Китая к региональной гегемонии. В Европе нечто подобное происходит и в отношении России.

И как сказал мне один высокопоставленный британский чиновник, ко всеобщему стыду европейцев, разделенная, недееспособная и ослабевающая американская держава умудрилась направить для спасения демократии в Европе гораздо больше летального вооружения, чем кто-либо из НАТО.

На самом деле затянувшееся доминирование Америки таково, что зацикленность мира на идее ее скорого заката кажется одновременно и слишком резкой, и недостаточно серьезной реакцией.

Сложность военно-промышленного комплекса Америки и масштабы ее имперской бюрократии настолько закостенелые, что справиться «одним махом» со всем этим не способны ни сам президент, ни Конгресс. Как оказалось в период пребывания Трампа у власти, американская власть в достаточной степени была привита от собственной политической дисфункции. И все же устойчивость этого Pax Americana означает, что если вакцина перестанет действовать, последствия будут глобальными в историческом контексте. В Польше и Японии, Тайване и Украине сама основа мирового порядка сегодня зиждется на американском превосходстве. Но несмотря на хрупкость этих основ, никто не собирается обеспечивать их безопасность.

РОССИЙСКОЕ ВТОРЖЕНИЕ ОБНАРУЖИЛО всю степень слабости Европы, но сама эта слабость означает, что для большинства стран континента единственный разумный выход — избегать всего, что может подорвать поддержку Америки.

Это, в свою очередь, усугубляет зависимость Европы от США и слабость Европы, что приводит к порочному кругу. «Ситуация в Украине позволила четче увидеть очевидное, - поведал мне один из высокопоставленных европейских чиновников. – Но стало еще сложнее как-то с этим справиться».

Через 5 месяцев после того, как Путин попытался захватить Украину, еще две европейские страны, Швеция и Финляндия начали процесс присоединения в НАТО, военному альянсу под руководством США, гарантирующему европейскую безопасность.

НАТО тут же подтвердило свою значимость в Вашингтоне, впервые включив Китай в список угроз безопасности. Более того, с февраля США увеличили свое военное присутствие на континенте, а Европа начала импортировать американский газ.

Между тем, предлагаемый ЕС торговый пакт с Китаем не проявляет никаких признаков выхода из политической комы, Великобритания дистанцировалась от Пекина, а группа стран с развитой экономикой G7 вновь стала основным международным форумом для координации деятельности Западного мира. Курс евро упал настолько, что достиг паритета с долларом. Президент Франции Эммануэль Макрон лишился парламентского большинства и возможности правления, правительство Марио Драги в Риме - свергнуто, Борис Джонсон – с вещами «на выходе». А Германию ждет досадная зима с энергетическими перебоями.

При этом Европа разделилась в вопросе о том, как выбраться из этой неразберихи. Раскол - между поклонниками американского миропорядка и мифологическими Кассандрами, предвидящими катастрофу, но не способными донести свое видение.

Понемногу ЕС старается увеличить запаса прочности Европы на случай внезапного или неожиданного ослабления Америки. Официальные лица разрабатывают различные меры, включая создание «европейского облака», европейской полупроводниковой промышленности, европейских энергетических сетей и европейского военно-промышленного потенциала. Чиновники, с которыми я общался, даже поговаривали о продвижении Европы в направление Индо-Тихоокеанского региона, чтобы иметь возможность удержать существующий порядок вещей, если американская активность пошатнется. Что-то из всего этого кажется разумным, что-то - фантастическим, а что-то - опасным.

Например, попытки укрепить европейский военно-промышленный потенциал выливаются в элементарный протекционизм. Это усложняет жизнь американским оборонным компаниям, осуществляющих поставки для европейских вооруженных сил. И не нужно быть президентом Трампом, чтобы предвидеть появление политической проблемы, если Европа будет продолжать просить миллиарды долларов в виде военной помощи США для защиты своих границ, возводя барьеры для американских компаний.

Идеи о том, что ЕС, будучи не способным защитить даже своих соседей, стремится заполнить собой незначительный вакуум, возникший из-за отсутствия интереса США к Индо-Тихоокеанскому региону, совершенно смехотворны.

Несмотря на это, в самом ЕС присутствует осознание собственной слабости. Например, один чиновник, с которым я пообщался, сказал, что построение Европейской автономии затрудняют не только такие страны, как Венгрия, имеющие тесные связи с Москвой. Но также и «немецкая иррациональность», которую многие теперь считают настоящей ахиллесовой пятой Европы. Похоже, что Берлин не интересует ничего, кроме пространства открытых рынков для продажи своей продукции. Даже если это означает зависимость от других стран в вопросах безопасности, энергетики или чего-либо еще.

Сегодня трудно увидеть единство политической воли на европейском континенте, необходимое для фундаментальных изменений. Для некоторых в Британии европейская паника относительно ухода или краха США — не более чем тактика уклончивости, позволяющая чиновникам «пинять» на Америку, скрывая собственные недостатки.

«Упадок Америки — это комфортная фантазия Европы.» — сказал мне один высокопоставленный британский чиновник. - «Это удобный способ избежать принятия каких-либо самостоятельных решений».

Возможно, что настоящая причина паники в Европе: этот вопрос теряет актуальность. И как предупреждал Макрон, реальным будущим Европы может стать не великодержавность в многополярном мире, а геополитическое захолустье, неспособное к достижению автономии. А также незначительная участь в аспекте великой битвы за превосходство между США и Китаем, в котором ее роль останется вспомогательной в качестве вечного американского младшего брата. И какая бы Европа ни была цивилизованная, мирная и либеральная, она всегда будет на вторых ролях.

В 1897 году королева Виктория отпраздновала бриллиантовый юбилей - 60-летие на престоле, являющий собой вершину британского имперского могущества. Глашатай империи Редьярд Киплинг написал по этому случаю два стихотворения. Вместо «Бремени белого человека», которую он два года спустя посвятил колонизации Филиппин Америкой, Киплинг опубликовал «Рецессию», в которой совершенно другая нота — о гордости, предшествующей падению.

Написанная в стиле молитвы, «Рецессия» умоляет Всевышнего — «Бога отцов наших, известного издревле» — не покидать Британию. «Будь с нами еще», — призывает Киплинг,- Владыка нашей обширной боевой линии, под чьей ужасной рукой мы держим доминион над пальмой и сосной».

Затем Киплинг добавляет свою крылатую фразу: “Не дай нам забыть –не дай нам забыть!” Молитва является предупреждением тем, кто прославляет имперское могущество Великобритании, которое может в любой момент быть отнято: чтобы не забыть! Наши военно-морские силы тают далеко-далеко.” Киплинг предостерегает: “На дюнах и мысе топит огонь:вот, вся наша вчерашняя пышность Едина с Ниневией и Тиром!”

На пике глобального могущества Британии он предупредил, что все это мимолетно и ненадежно. Поэма произвела фурор, закрепив за Киплингом место имперского глашатая, но также и пророка ее упадка. Примерно 125 лет спустя крах новой империи преследует мир. Теперь ощущения и предчувствия рассеянные, нигде конкретно не уловимые, но везде явные. Не сконцентрированные в поэме, а в дипломатических кулуарах по всей Европе (и в регулярных проповедях Макрона), книгах и даже за кулисами голливудских фильмов.

Опасность в том, что все происходит одновременно. США остаются чрезвычайно могущественными, но это не означает, что их внутренние дисфункции и жестокие социальные потрясения не имеют значения и не способны отвлечь их от управления миром. Америка сегодня сильнее, чем десять лет назад, но и более уязвима; гарант мирового порядка и потенциальный источник его беспорядка. И пока это так, дипломаты, официальные лица, политики и широкая общественность за пределами Америки будут одержимы ее крахом — из-за искренних опасений или безумных прогнозов. Но не способны никак на это повлиять.

Источник: The Atlantic, перевод Наталии Карпенко