У Путина осталось два аргумента в переговорах с Украиной - израильский журналист/Итоги недели с израильским журналистом Сергеем Ауслендером

Уходящая неделя была примечательна встречей Владимира Зеленского и президента Турции Реджепа Эрдогана во Львове. Одной из тем переговоров были перспективы дипломатического урегулирования войны рф против Украины. Но сразу после встречи Зеленский заявил, что переговоры с россией возможны лишь после того, как последний русский солдат покинет территорию Украины.

О чем говорили Зеленский с Эрдоганом, какие козыри есть у путина, чтобы склонить украинского президента сесть за стол переговоров и возможно ли договорится о прекращении боевых действий? На эти вопросы в эфире Апостроф TV ответил израильский журналист СЕРГЕЙ АУСЛЕНДЕР.

– Были разговоры, что Эрдоган якобы должен передать определенный месседж Зеленскому от путина. Говорят, что российский президент через турецкого лидера хочет договориться о мирных переговорах. Как вы это прокомментируете?

– А что он еще мог ему передать, кроме предложения о переговорах? Не предложение же сдаться - это было бы смешно. Дело в том, что любая война заканчивается двумя способами – полным поражением одной из сторон или переговорами. Дальше только вопрос в том, на каких условиях они будут проходить и где будет стоять переговорный столб.

Поэтому я считаю, что он передал ему предложение о переговорах, дальше уже вопрос, на каких условиях они будут проходить и согласна ли Украина вообще на какие-то переговоры сейчас.

– Какие сейчас есть козыри на руках у путина, которыми он может давить и заставить Зеленского сесть за стол переговоров? Знаем, что есть в заложниках у россии ЗАЭС, есть защитники "Азовсали", что еще может быть?

– К этому перечню еще можно добавить заложников в виде мирного населения на оккупированных территориях. Вот и все козыри, как у любого мирового террориста – бомба и заложники. Только бомба атомная и в центре Европы.

Других козырей у него и нет, и я так полагаю, до него начали доходить доклады о реальном положении дел на фронте, которое для них не очень хорошее. Я недавно смотрел по одному российскому каналу сюжет, так вот в нем говорилось, что важнейшая стратегическая победа "союзных сил" в Украине – это захват завода КНАУФ на Соледарском направлении. И это по российским новостям преподносится словно взятие Берлина.

Поэтому, судя по всему, дела у них идут плохо. Видимо, в окружении путина тоже зреют некие настроения, мол, вляпались мы в такую историю, из которой уже пора выбираться. И доносят до путина информацию о том, что владимир владимирович, пора бы уже договариваться.

– Недавно советник главы ОП Подоляк говорил, что рф нужна оперативная пауза, а не переговоры. Что, по вашему мнению, все же более приоритетно для россии?

– Тот факт, что им нужна оперативная пауза, очевиден. Они же выдохлись совершенно. Они уже мечутся по этим участкам фронта: здесь наступать, там перекинуть резерв, чтобы парировать возможное контрнаступление ВСУ, а будет ли оно, неизвестно, а там мосты разрушены. В общем, у них сплошной кавардак происходит,

Конечно, им нужна оперативная пауза, чтобы доукомплектовать свои силы, чтобы домучить тот третий армейский корпус, который они никак доформировать не могут. Чтобы добрать пушечного мяса, как мы знаем, уже по СИЗО вербуют взамен на закрытие уголовного дела.

И если под видом переговоров можно получить оперативную паузу, для них это было бы прекрасно. А там дотянуть до зимы, зимой особо не повоюешь. А уже дальше переносить на весну-лето это все. Заморозить конфликт - был бы идеальный выход для них сейчас. И я думаю, что украинское руководство понимает, что сейчас любое промедление будет в пользу россии, а не Украины.

– По вашему мнению, насколько возможно временное прекращение огня и не будет ли он длиться годами?

– Если посмотреть на историю войны на Донбассе, мы помним как заключались соглашения о прекращении огня, а все в итоге заканчивалось перестрелками. Поэтому любая промежуточная сделка с россиянами будет неизбежно означать новую войну.

Можно, конечно, организовать, что называется "сделка мгновенного исполнения" - это обмен пленными или прекращение огня на определенном участке фронта для вывоза тел погибших. А так, чтобы подписать с ними соглашение о прекращение огня на пять лет, к примеру, я не думаю, что оно продержится даже пять недель.

– На Херсонском направлении путин оказались в ситуации, которую называют цуцвангом, когда любой следующий шаг только усугубит ситуацию. Он не может перекидывать на правый берег технику, потому что она может быть уничтожена ВСУ, но и не усиливать свои войска он не может, потому что это будет проявлением слабости. Что может сделать российский президент с этой ситуацией в обозримой перспективе?

– Я предполагаю, что перспектива проявить слабину для него страшнее, чем потерять там хоть сто тысяч солдат. Мы же знаем, что человеческая жизнь для него не имеет значения, и количество этих жизней тоже. А захват Херсона – это практически их единственный успех, поэтому отдавать его они добровольно не будут, как я полагаю. И в ближайшее время они будут укреплять свои позиции.

А ваше командование - планов я, конечно, не знаю, но думаю, что в лоб на три линии обороны без достаточного количества техники и тяжелого вооружения они не пойдут.

– Путин планирует поехать на саммит G20, который пройдет на Бали в ноябре этого года. Говорят, что появление там путина и президента Китая Си Цзиньпина приведет к противостоянию с американским президентом Джо Байденом и другими лидерами демократических стран. Каких вы последствий ожидаете от такой встречи, если она будет?

– Мне кажется, не стоит так смотреть на это противостояние. Китай и США – да, они за Тайвань никак не могут договориться. Но Китай и россия - не союзники. Мнение о том, что Китай поддерживает Москву и они с россией союзники, ошибочное. Китай наблюдает за тем, что происходит, ему не нужна развалившаяся россия. Кому нужен такой сосед с ядерным оружием, который распадется на какие-то квази-государства. Ему нужна ослабленная россия, в виде сателлита и рынка для своих товаров. Этого там и ждут.

– Мы знаем, что Эрдоган имеет амбиции усилить свое влияние в Азии и сформировать определенный союз, возможно даже конфедерацию тюркских стран. И при этом он также понимает, что Украина как союзник ему нужна, а вот сильная россия – нет. По-вашему, на кого действительно Эрдоган сейчас делает ставку?

– Известно, что Эрдоган грезит об Османской империи, он спит и видит как ее возродить в каком-то виде, но при этом сохранить ее европейский фасад, сохранить хорошие связи с Западом и по прежнему торговать с россией. Вот он и вертится, как уж на гребешке, чтобы попытаться со всеми договориться. Он даже с Израилем помирился, хотя лет пять назад у нас отношения были просто на нуле.

Он исходит из собственной выгоды и выгоды своего государства. Поэтому он ищет союзников везде, он будет договариваться с Москвой и параллельно поддерживать Украину, потому что ее поддерживает Запад. Но при первом удобном случае он воткнет нож в спину Москве и даже раздумывать не будет. Хотя при этом будет пускать к себе российских туристов, когда их уже нигде принимать не будут. У турков подход в этом смысле очень прагматичный, на мой взгляд.