Иллюзия величия. Как Путин хочет разделить мир, снова требуя переговоров с Западом

Путин встречается с членами клуба каждый год. Ныне — впервые после масштабной агрессии на территории Украины. Тема разговора: "Мир после гегемонии: справедливость и безопасность для всех". Суммарно на сцене Путин провел 3 часа 40 минут – выступал сам и отвечал на вопросы политологов.

"Ничего нового в выступлении Путина я не заметил, – говорит Фокусу политтехнолог Виктор Бобыренко. – Он исполнил набор "старых песен о главном". Одна из них – "Хотят ли русские войны". Якобы не хотят. Пытался в этом убедить, показать себя миротворцем – говорил, что Россия не будет первой применять ядерное оружие. Но дальше же прозвучали его стандартные тезисы: войну начала не Россия, а Запад, в первую очередь США, втянули в конфликт всю Западную Европу, Европа теряет суверенитет, у Украины его давно нет, Запад будет воевать до последнего за счет Украины, он уже отжал у России миллиарды долларов".

В целом в речи Путина было меньше Украины, но больше Запада. Он повторялся: "Им просто нечего предложить миру, кроме сохранения своего доминирования", "Запад предпринял целый ряд шагов на обострение", "Для Запада характерно длящееся ослепление превосходством". Вспомнил о "грязной бомбе" и "десатанизации".

Обвиняя Запад, Путин говорит о России

Политолог Владимир Фесенко называет это выступление самодиагнозом:

"Когда Путин в чем-то обвиняет Украину и Запад, то подсознательно говорит о России или о себе, — поясняет Фесенко. — Заменяйте пропагандистский объект, о котором говорит Путин, на реальный, и тогда вы получите подлинные смыслы его выступлений. Если Путин говорит о том, что Запад собирался напасть на Россию, но Кремль опередил эту атаку войной против Украины, то это значит, что сам Путин собирался напасть на Запад, но застрял в Украине. Вспоминает о применении "грязной бомбы" – сам готовит такой сценарий".

Путин говорит: потери российской армии в десять раз меньше, чем потери украинской стороны.

"Значит все обстоит ровно противоположным образом, – убежден эксперт. – Российский диктатор заявляет, что украинцы "защищают свои награбленные миллиарды", значит, его очень волнует судьба собственных награбленных миллиардов. Кстати, возможно, этим же объясняется и его риторика о защите традиционных ценностей. У Путина самого проблема с этими самыми ценностями, вот он так много и рассуждает о них. Как говорится, у кого что болит… Хорошего семьянина из него не вышло, зато любовницами обзавелся. Но в последнее время и о них что-то не слышно, зато вовсю идет кампания против ЛГБТ".

Фесенко отмечает: денацификация, демилитаризация, а теперь еще и "десатанизация" необходимы именно России.

"Сравнение Путина с Гитлером, а действия России против Украины — с нацистскими методами давно уже стало общим местом, – продолжает аналитик. – Официальная российская пропаганда действует в точности по рецептам доктора Геббельса. Нацизм и фашизм возродились в путинской России. Поэтому денацификация – обязательное условие ее послевоенного лечения, иначе риски новой войны сохранятся. Отсюда же вытекает и необходимость демилитаризации постпутинской России".

Призыв к переговорам или желание оттянуть время

И Путин, и его окружение понимают, что в таком формате стране долго не просуществовать. Поэтому на фоне иллюзии величия президент РФ пытается заигрывать с темой переговоров.

Путин говорит: "Рано или поздно Западу придется начать равноправный разговор об общем для нас будущем" и "Россия пыталась выстроить отношения с Западом и НАТО, ее посыл один – "давайте жить дружно".

"Из речи Путина создалось впечатление, что он хочет переговоров относительно геополитической картины, но конкретных предложений у него нет", – говорит Фокусу политтехнолог Алексей Голобуцкий.

Но, скорее всего, за столом переговоров хозяин Кремля хочет видеть ядерные державы, потому что у Путина остался только один аргумент – ядерное оружие. Во время встречи Путин сначала заявил: "Пока ядерное оружие существует, всегда существует и опасность его применения", а после добавил: "Нам не нужен ядерный удар по Украине, смысла нет ни политического, ни военного".

Важно 60 лет после Карибского кризиса. Путин хочет быть круче Хрущева

"Больше у него нет ни экономического потенциала, ни привлекательной идеи, ни лидерства в третьем мире, скажем, того, что имел Советский Союз. Когда Путин отвечал на вопрос о целях спецоперации – мол, это только защита Донбасса, он лукавил. Инсайды, которые поступают во внешний мир от ФСБ и администрации самого Путина, дают понять, что минимальное требование Путина, дальше которого он не сможет пойти, – сухопутный коридор из России в Крым. Он даже готов уйти с севера Луганской области и с правого берега в Херсоне, но сухопутный коридор – это минимальное требование, меньше взять он не может. Он требует получить приз за происходящее с февраля месяца", – объясняет Голобуцкий.

При этом Голобуцкий уверен, что формально Путин все еще претендует на большее.

"Ему бы хотелось, чтобы в Украине произошел энергетический кризис, чтобы Украина погасла. Он бросает ресурсы на фронт, чтобы как-то изменить ситуацию. Но, думаю, понимает, его первоначальные планы уже невыполнимы", – подытоживает эксперт.

В то же время в Институте изучения войны говорят, что Владимир Путин не заинтересован в реальных переговорах с Украиной и все еще сохраняет "максималистские цели" войны.

Три вывода после речи Путина на Валдае

Эксперты говорят, в "валдайской" речи Путина можно выделить три основных момента.

• Первый – президент РФ не обращался к Западу, там его уже давно никто не слушает, ему никто не верит.

"Байден уже заявил, что не верит Путину в вопросе ядерного оружия. Загнанная в угол крыса рано или поздно может пойти на отчаянный шаг. Сейчас ему это не надо – Путин думает, что мобилизованные поправят ситуацию на фронте, но после – кто знает", – замечает Виктор Бобыренко.

• Второй – большинство тезисов ориентированы исключительно на внутреннего потребителя.

"Он фактически спел песню "Вставай, страна огромная". Путину нужны добровольцы. У россиян есть эта жертвенность, когда они воюют с пультом от телевизора где-то в Рязани. Но на самом деле все идет не по плану Кремля. В первую очередь, мобилизация", – продолжает политтехнолог.

• И третий – Путин решил попытаться сформировать конфигурацию, в которой есть условный западный мир, который хочет гнобить всех, и другой цивилизационный путь – Россия, Китай, Индия с мощными культурными традициями, как альтернатива первому. И вот эту реальность Путин будет создавать не только для внутреннего потребителя, но и для внешнего.

И площадку для этого уже выбрал – саммит G20, который стартует 15 ноября в Индонезии. По источникам агентства Reuters, президент России хочет быть на Бали.

Важно Саммит G20 и доктрина Видодо. Почему Индонезия хочет стать посредником в российско-украинской войне

"Пока точно не известно, приедет ли Путин в Индонезию. Думаю, хотел бы. Но с какой целью? Он должен быть уверен, что его там поддержит лидер Китая Си Цзиньпин, премьер-министр Индия Нарендра Моди, президент Индонезии Джоко Видодо. Именно на Бали Путин планирует продемонстрировать мировой раскол. Но если кто-то из них вдруг будет говорить о недопустимости методов войны – Путин получит публичную пощечину. Чтобы ее избежать, может выступить в режиме видеоконференции", – дополняет Бобыренко.

"Валдайская речь" — скорее всего, не последнее публичное выступление Владимира Путина перед Бали. Он не случайно зачастил в последнее время с выступлениями. Если диалоги организовать сложно, Путин решил остановиться на монологах.