Причины провала российских БПЛА, мнение экспертов

За последние 12 лет Россия вложила значительные средства в разработку и закупку всех видов военных БПЛА: от разведывательных и целеуказательных до средств радиоэлектронной борьбы и боевых в сочетании с барражирующими боеприпасами. Тем не менее, оккупанты сразу же столкнулись с острой нехваткой разведывательных БПЛА всего после нескольких месяцев войны. Скорее всего, этот дефицит был очевиден еще накануне вторжения, но массовые потери с тех пор еще больше усугубили ситуацию.

В результате этого дефицита сотни коммерческих дронов китайского производства (включая различные модели DJI Mavic) судорожно скупались зомбо-патриотами, но не Кремлем. Само российское правительство закупило сотни барражирующих боеприпасов и беспилотников иранского производства. Тем не менее, закупка этих БПЛА не изменило ситуацию на поле боя. А отсутствие необходимой электроники и технологий вкупе с зависимостью от импортных комплектующих - это лишь некоторые из причин. Другие и еще более важные проблемы кроются в политико-экономической системе России и специфических проблемах ее оборонной промышленности.

Большинство российских разработчиков и производителей боевых БПЛА формально являются частными компаниями среди крупных государственных оборонных корпораций: Центр специальных технологий (БПЛА «Орлан-10», который используется для артиллерийской тактической разведки и в составе системы РЭБ «Леер-3»); Кронштадт (дроны Орион); «Zala Aero Group» (малые тактические разведывательные дроны и барражирующие боеприпасы «Lancet» и «KUB-BLA»); и УЗГА (проект Альтиус/Альтаир для тяжелых БПЛА). Однако эти структуры были либо с самого начала связаны с российскими военными, как, например, Центр специальных технологий, владельцы которого напрямую связаны с Вооруженными силами России, либо были объединены с компаниями, которые прямо или косвенно связаны с государственными оборонными корпорациями и правительством России.

Эти компании полагались на глобальные цепочки поставок определенной электроники, других компонентов (часто потребительского качества), двигателей и промышленного оборудования. Более того, самый “совершенный” российский разведывательный БПЛА «Форпост» является лицензионной копией израильского БПЛА «IAI Searcher». После аннексии Крыма и начала войны на Донбассе в 2014 году развитие российских БПЛА замедлилось, а их обслуживание стало затруднительным.

Кроме того, государственные оборонные корпорации, в том числе «Ростех» и «Объединенная авиастроительная корпорация» (которая в настоящее время принадлежит «Ростеху»), пытались самостоятельно разработать БПЛА, инициировав соответственно проекты «Корсар» и «С-70». Однако, судя по всему, испытательные «Корсары» уже уничтожены в Украине, а «С-70» далек от эксплуатации, несмотря на десятилетние разработки.

Российские боевые беспилотники представлены исключительно в виде БПЛА «Орион», но главная проблема этого изделия - отсутствие серийного производства. Производственный завод был построен совсем недавно, в конце 2021 года, и его проектная производственная мощность составляет всего 45 БПЛА в год. Однако по состоянию на июль 2022 года фабрика все еще была далека от реализации запланированной мощности. Поэтому в обозримом будущем на поле боя все реже можно будет встретить беспилотники «Орион».

Предположительно, ситуация с производством барражирующих боеприпасов в России примерно такая же: серийное производство установок «Ланцет» и «КУБ-БЛА» весьма ограничено. Нынешний годовой объем производства можно оценить в 50–60 единиц, но уж точно не в сотни и не в тысячи.

Более того, учитывая потери «Орлан-10» и других беспилотников, Россия сейчас сталкивается с проблемой восстановления своего парка БПЛА, и вряд ли существующие заводы смогут справиться с массовым производством дронов.

Россия пыталась сравняться с США и Израилем в создании беспилотников, но вместо этого ее индустрия БПЛА оказалась слабее, чем у Турции. По правде говоря, разработка дронов в России столкнулась не только с коррупцией, но и с Кремлем. Агрессор пытался распределить оставшиеся после воровства средства, между слишком большим количеством проектов и пытался контролировать разработчиков БПЛА вместо того, чтобы стимулировать частную инициативу. Но теперь даже частных инициатив будет недостаточно, учитывая западное эмбарго на поставки в Россию высоких технологий, комплектующих и промышленного оборудования.

Тем не менее, Россия продолжит разработку собственных проектов военных БПЛА до тех пор, пока это возможно. Скорее всего, Кремль даже перераспределит ресурсы от других закупок вооружений в пользу БПЛА. Российские чиновники также возлагают надежды на контрабанду, промышленный шпионаж и обход санкций через оставшихся союзников России. Эти усилия, вероятно, будут слишком недостаточными, но они все же могут дать Кремлю возможность извлечь некоторые уроки и восстановить часть своей военной мощи, стремясь начать следующую фазу войны, особенно если на поле боя сложится патовая ситуация.