Экономические итоги 2022 года: лучшие и худшие решения

Экономисты не устают повторять: «умереть» экономика не может, поскольку она существует до тех пор, пока есть отношения между субъектами хозяйственной деятельности, причем даже если расчеты осуществляются бартером. Так что вопрос не в том, жива украинская экономика или умерла, а в том, в каком она состоянии.

Как в целом украинская экономика справилась с 2022 годом? Какие финансово-экономические решения были правильными, а какие – провальными? Эти вопросы «КП в Украине» обсудила с экономистами.

Огромные потери, но без дефолта

С учетом того, что у нас десятый месяц идет война, украинская экономика пережила 2022-й довольно успешно, считает президент Украинского аналитического центра Александр Охрименко. Падение ВВП в условиях войны вполне ожидаемо, но не было общего кризиса, бизнес научился работать в условиях войны, так что наши предприниматели – молодцы.

- Украинская экономика понесла огромные потери в период войны, но не достигла дефолта и не разрушена полностью, - отметил в беседе с «КП в Украине» Максим Орыщак, аналитик компании «Центр биржевых технологий». - Согласно оценкам Всемирного банка, в этом году наша экономика сократится на 35%, другие источники говорят о сокращении на 45%. Если говорить о конкретных сферах, то экспорт украинской металлургии упал на 80%, туристическая индустрия просела на 50% (эта сфера немного поддерживается на плаву внутренним туризмом). А вот, например, экспорт продукции сельского хозяйства и продуктов питания за 11 месяцев 2022 года сократился, по отношению к данным прошлого года, лишь на 13,7% - до $21,1 млрд.

Боевые действия вынудили миллионы людей покинуть свои дома, перекрыты доступы к портам страны, подорвано сельское хозяйство и увеличены расходы на оборону, продолжает Орыщак. Но Украина проходит все трудности благодаря регулярной внешней поддержке других стран.

Налоги: снижение сильно затянулось

Бизнес и население смогли адаптироваться к новым условиям, говорит экономист Борис Кушнирук. По его словам, говорить о том, что правительство и Нацбанк сработали очень хорошо, наверное, было бы преувеличением, но в целом - неплохо. Одни шаги были верными, другие – нет, третьи сначала были верными, но потом сильно затянулись.

Здесь показателен пример с налогами, продолжает экономист. Сначала отменили акциз и снизили ставку НДС на топливо – и это было правильно. Но то, что все эти послабления надолго оставили неизменными, очень плохо.

- Три месяца отмены акциза и снижения НДС было бы вполне достаточно, - считает Кушнирук. – Когда противника отогнали от Киевской, Сумской, Черниговской, Житомирской областей и части Харьковской области, это давало основания для возобновления налогового режима, ведь НДС и акциз составляют большую часть бюджетных поступлений. Но правительство пошло другим путем: с одной стороны, эти бюджетообразующие налоги не возобновляли (акциз на топливо вообще введут уже в новом году), с другой - не снизили прямые налоги на доходы физлиц и ЕСВ. При этом я убежден, что ЕСВ нужно снизить до минимума, а в зоне боевых действий вообще убрать – в этом есть и социальная справедливость, и логика. Дело в том, что ЕСВ – это социальное страхование, большая часть которого идет на пенсии. И, на мой взгляд, платить этот налог в зоне боевых действий, где людей каждую минуту могут убить, это абсурд. То, что эти люди вообще там живут и работают – уже героизм. К тому же они выступают в качестве потребителей и платят непрямые налоги.

Более того: оставить сниженными прямые налоги было бы правильно и после войны, продолжает эксперт. Закончится активная фаза боевых действий - встанет вопрос, как вернуть людей в Украину. Причем этот вопрос будет затрагивать не только демографическую, но и экономическую сферу. Ведь нет людей – нет потребления, а значит, нет и налогов. А для бизнеса нет мотивации возобновлять производство, поскольку рабочие места заполнять некем, да и работать не для кого.

Курс: тянули до последнего

Максим Орыщак считает, что действия НБУ на валютном рынке в целом были правильными – от фиксации валютного курса до ограничений по выводу денежных средств.

Александр Охрименко и вовсе называет беспроблемную работу банковских карт в Украине и за границей главным финансовым событием уходящего года. По словам эксперта, это решило большое количество проблем украинских беженцев.

Что касается курса, то, говорит Охрименко, у нас курс рыночный, но сейчас для экспорта и импорта лучше, чтобы он контролировался. В условиях войны нельзя просто все бросить на самотек и надеяться, что все будет хорошо.

При этом Борис Кушнирук напоминает: фиксация курса на очень низком уровне спровоцировала карточный туризм. Всем было очевидно, что на этом зарабатывают огромные деньги, но с девальвацией официальной гривны тянули до последнего. В конце концов курс опустили, но недостаточно: по мнению Кушнирука, до завершения фазы боевых действий это можно было бы сделать еще раз.

Учетная ставка НБУ: «это какой-то абсурд»

Одним из самых неудачных финансовых решений Даниил Монин считает учетную ставку 25%, которую НБУ сохранил и с 9 декабря. По словам эксперта, она не должна превышать 10 - максимум 15%.

С коллегой полностью согласен Борис Кушнирук, который отмечает: платежная система в Украине работает очень хорошо, а вот все, что касается монетарной политики, - бездарно.

- 25%-ная учетная ставка НБУ для меня является признаком абсолютной некомпетентности, - говорит Кушнирук. - Это такая совокупность абсурда, что даже тяжело говорить. Начнем с того, что, судя по звучащим комментариям со стороны руководства НБУ, они ставят перед собой две задачи – дать возможность банкам поднять ставки по депозитам и увеличить объемы кредитования. Но это невозможно объединять, это же противоположные цели! Чем выше ставки, тем объемы кредитования ниже.

Второй момент, говорит экономист, заключается в том, что чиновники регулятора понятия не имеют, что такое учетная ставка, ведь у нас она привязана к показателю инфляции. А этот показатель – как средняя температура по больнице. Фактически для каждого уровня жизни он свой - чем человек беднее, тем выше для него инфляция, поскольку базовые дешевые продукты дорожают стремительнее всего.

По словам Бориса Кушнирука, экономисты еще в начале нулевых предлагали ввести расчет показателей инфляции для четырех разных групп населения по уровню доходов. В частности, об этом говорил Джозеф Стиглиц, лауреат Нобелевской премии в области экономики. То есть, резюмировал эксперт, показатель инфляции, к которому в НБУ привязывают учетную ставку, вообще ничего не дает.

У нас еще есть индекс цен производителей, но и он тоже мало что дает, поскольку в нем превалируют сырьевые продукты. Они тянут инфляцию вверх, хотя цены переработчиков растут гораздо медленнее.

- Учетная ставка НБУ – это ставка рефинансирования банков, чтобы они могли стимулировать деятельность производств, поэтому привязывать ее к мифологическому индексу потребительских цен бессмысленно, - резюмировал Кушнирук. – Она должна быть привязана к индексу цен производителей перерабатывающих производств – только в этом случае она будет адекватной.

Экономика так и не перешла на мобилизационную модель

Даниил Монин считает, что ко всем стрессам, ракетным ударам, отключениям электричества и разрушениям логических цепочек и т.п. добавились убийственные налоговые решения, которые откатили назад военные изменения начала войны. Подробнее об этом мы писали здесь. 

Александр Охрименко самым неудачным решением уходящего года назвал льготное растаможивание "евроблях". По словам экономиста, в действительности армии перепало не так уж много "евроблях" – большую часть ввезли для перепродажи и спекуляции.

- Главными факторами, поддержавшими экономику во время войны, стали такие, как отмена пошлин и квот ЕС при торговле с Украиной на время войны, финансирование бюджета Украины во многом за счет грантов и кредитов, что дает возможность удерживать курс гривны, а также фиксация курса в начале войны, - подытожил экономист Всеволод Степанюк. - Положительно сказалась на аграрном рынке Украины зерновая сделка, но в целом большим фактором поддержки экономики не стала. А вот самое неудачное решение в экономике состоит в возвращении к довоенным методам администрирования налогов. К сожалению, украинская экономика так и не была переведена на мобилизационную модель.

Об этом же пишет и аналитик Аналитического центра «Об’єднана Україна» Алексей Кущ. По его словам, прочитав новость о том, что во время полномасштабной войны Винницкий машиностроительный завод экспортировал в РФ комплектующие для ремонта военной техники, он, кроме прочих, задался и таким вопросом: почему данное предприятие не было загружено аналогичными заказами по линии отечественного ВПК?

- Мне это напоминает ситуацию с «Мотор-Січ», которую постоянно проверяли на предмет поставок в РФ, но так и не загрузили национальными оборонными заказами вроде «украинский вертолет», «украинский тяжелый дальнемагистральный ударный беспилотник» и т.д., - отмечает Кущ. – Если ты не можешь инсталлировать модель мобилизационной экономики и дать заказ своим предприятиям, это сделают другие, даже враги. И тогда это станет проигрышем вдвойне. ​