Россия не в силах снабжать большую группировку войск

Какие бы оправдания не придумывали в Кремле, однако ясно, что к такой войне они были не готовы. Шапкозакидательские выкрики в стиле “возьмем Киев за 3 дня” явно дают понять, что агрессор рассчитывал на успешный блицкриг и не допускал его провала, а значит никакого плана «Б» не было. Как оказалось, российская армия не такая мощная, как ее описывала пропаганды, а российский ВПК (военно-промышленный комплекс) не может справиться с нагрузкой полномасштабной войны, без иностранных комплектующих.

На девятом месяце войны становится все более очевидным, что российскую армию постепенно настигает “снарядный голод”. Эксперты предполагали это еще в конце мая, а уже в августе недостаток вооружения в России стал очевидным. Это и повлекло за собой следствие закупки оружия в Иране и Северной Корее. Стоит отметить, что на Транссибирской и Байкало-Амурской магистралях наблюдаются проблемы в связи с небывалой нагрузкой, о чем говорил глава Кузбасса Сергей Цивилев, отмечая пробки на железных дорогах. Логично, что поставки оружия из Северной Кореи, если и будут продолжаться, то в крайне ограниченных объемах, точно не достаточных для ведения активных боевых действий со стороны агрессора.

Сообщение от главы Кузбасса премьер-министру РФ Мишустину о перегрузке РЖД путей. Причиной, очевидно, стало перенаправление поставок угля с Запада на Восток. Цивилев утверждает, что более 500 вагонов с 800 тыс. тонн угля простаивают из-за коллапса на железной дороге еще с сентября.

В тоже время, поставки оружия из Ирана в Россию были гораздо более стабильными, чем из любого другого источника. Помимо беспилотников «Shahed-136», можно наблюдать за тем, как российские солдаты используют на поле боя другие единицы иранской техники. Более того, Путин дал возможность иранским кораблям проходить через Волго-Донской канал, а это значит, что следует ожидать увеличения поставок боеприпасов иранского производства агрессору.

Оккупанты с иранскими шлемами и бронежилетами. К сожалению, качество иранского снаряжения выше, чем у российского. В тоже время, закупка, на первый взгляд, элементарного снаряжения у Ирана также говорит о серьезных проблемах РФ в амуниции.

Кроме того, Лукашенко также рассматривает возможность отладки производства комплектующих для снарядов калибра 152 мм и 122-мм на своей территории и перехода в будущем на замкнутый цикл производства боеприпасов. Однако возможность организации столь массового технологического процесса по сбору реактивных снарядов калибра 122 мм, 220 мм и 300 мм без импортных комплектующих вызывает ряд вопросов и вообще кажется утопией. И вновь – Лукашенко не пошел бы на такое, если бы Путин его об этом не попросил. То есть Кремль вынуждает своих союзников нарастить мощность ВПК, так как Россия не способна справиться с объемами необходимого ей производства.

В связи с этим 20-23 ноября Иран посетила белорусская делегация для обсуждения перспектив сотрудничества, прежде всего в сфере оборонного производства. В список вопросов, обсуждавшихся с иранской стороной, вошли переговоры по всему производственному циклу оборонной промышленности - от технологии выплавки стали для компонентов боеприпасов до окраски гильз и контейнеров, используемых в их упаковке.

Осознавая критическую ситуацию собственного ВПК, Кремль решил делегировать часть нагрузки на Белорусский металлургический завод и другие белорусские предприятия. Заказы уже поступили через Министерство промышленности РБ, а их курирование возложено на Минобороны.

Как видно из перечня обязанностей, делегированных Кремлем на белорусский ВПК, заказ связан непосредственно с производством деталей для техники советских образцов, что подчеркивает ослабленный российский ВПК, который не в силах воспроизвести даже элементарные комплектующие в достаточном количестве, такие как подшипники, карданные валы, бронепластины и т.д. И вновь стоить обратить внимание, что в РБ нет мощностей для производства 220 мм направляющих для РСЗО «Ураган. Максимальный диаметр, который БМЗ пожжет отрабатывать это 200 мм, однако задача для белорусского ВПК остается неизменной.

Такие запросы к РБ, закупка оружия в Иране и Северной Корее, говорят о сильно завышенных российских ежегодных данных об имеющихся у агрессора боеприпасах. Поэтому было бы наивно искать информацию об объемах их производства в открытом доступе. Тем не менее, некоторые предположения можно сделать, исходя из финансовых данных предприятий ВПК, производящих те или иные боеприпасы и спецхимию. Недавно эти данные были засекречены Кремлем, но все же можно найти информацию до 2016 года включительно, что позволяет сделать определенные выводы.

В таблице ниже собранны данные о выручке за 2014-2016 гг крупнейших оборонных предприятий России, в которой также указаны их специализации:

Опираясь на данные в таблице, стоит обратить внимания на основные предприятия, которые производят снаряды, а именно:

 - Научно-производственное объединение снарядов РСЗО;

 - Пластмассовый завод артиллерийских снарядов;

 - Научно-исследовательский машиностроительный институт, который, в основном, занимается производством танковых и корабельных снарядов, а также, вскоре, должен заняться разработкой и производством 152-мм снарядов.

Все три предприятия входят в холдинги «Ростеха» и являются лидерами в производстве боеприпасов в России. Они активно стремятся привлекать инвестиции и увеличивать производство. Не исключено, что производство аналогичной номенклатуры боеприпасов было освоено и на других российских предприятиях, в частности, на Верхнеудинском механическом заводе, также принадлежащий «Ростеху». Однако существенного расширения производства на этом заводе не произошло до 2022 года, поэтому по состоянию на 2016 год он не мог производить эти боеприпасы в массовом порядке, о чем свидетельствует огромный разрыв в выручке у тройки лидеров отрасли. Кроме того, вполне вероятно, что Верхнеудинский завод производил только гильзы, которые затем комплектовались на других основных заводах-изготовителях.

Сколько боеприпасов реально могли произвести эти предприятия в 2014–2021 годах? Здесь можно сделать определенные предположения, исходя из средней стоимости одной единицы изделия. Поскольку таких данных нет в открытом доступе, приходится полагаться на имеющуюся информацию о стоимости боеприпасов по состоянию на 1 января 2005 г. В таблице ниже приведены относительные цены на производство боеприпасов. Для приведения этих цен в соответствие с точными показателями за период с 2014 по 2016 год, по которым имеются финансовые данные российских производителей вооружений, был использован официальный индекс инфляции для России.

По сравнению с текущими рыночными ценами боеприпасов на российском рынке (до 2–3 тыс. долларов за 152-мм снаряд и до 1 тыс. долларов за 122-мм снаряд РСЗО) полученные результаты сильно занижают некоторые значения (особенно для РСЗО «Град»). Однако в рамках российского гособоронзаказа принципы и требования ценообразования различаются в зависимости от уровня рентабельности. Поэтому для целей настоящего анализа остановимся на представленных данных.

Хотя Кремль упорно утверждает, что у российской оборонной промышленности не возникнет проблем с пополнением тех боеприпасов, которые сильно израсходованы в Украине, стоит немного пристальней рассмотреть темпы производства, чтобы убедиться в обратном. В первую очередь, массированные обстрелы Россией гражданской инфраструктуры Украины привели к растущей нехватке артиллерийских боеприпасов и снарядов для РСЗО. А мощностей российского ВПК не хватает, чтобы поддерживать нынешний темп войны.

Так сколько же артиллерийских снарядов могли произвести завод «Пластмасс» и НИИ Машиностроения? Грубо говоря, количество снарядов можно получить, разделив выручку производителя на стоимость одного снаряда. Однако неясно, какую долю в этом производстве составляют 152-мм снаряды. Учитывая незначительную долю используемых в Украине боеприпасов калибра 203 мм, этот тип снаряда не учитывался, а также не учитывались боеприпасы калибра 122 мм.

В тоже время ясно, что оба завода выпускали широкий спектр продукции, как гражданской, так и военной. Можно предположить, что доля 152-мм боеприпасов в общей выручке близка к 50%. В реальности истинная доля, скорее всего, гораздо меньше, но без более точных данных мы будет использована эта исходная. Таким образом, для сохранения количества боеприпасов, произведенных с 2014 по 2016 год, доходы, как завода «Пластмасс», так и НИИ Машиностроения были объединены, затем усреднены и разделены на стоимость 152-мм боеприпасов за соответствующий год. Оценить объем производства боеприпасов, начиная с 2017 года, было сложнее из-за отсутствия данных о выручке. Здесь можно сделать поправку на то, что темпы роста выпуска продукции будут не более 15% в год. К слову в 2017 году гендиректор другого предприятия той же отрасли, НПО «Сплав», поставил задачу добиться 20% увеличения темпов производства, но это касалось общих темпов роста производства на ближайшие годы. Исходя из этого, следует предположить, что годовой темп роста производства в 15%  также является завышенным.

В период с 2014 по 2021 гг оборонная промышленность России произвела около 3,5 млн единиц 152-мм снарядов общей массой более 177 тыс. тонн. Такая оценка представляется достаточно оптимистичной, поскольку предполагает производство самого дешевого снаряда - осколочно-фугасного. Поэтому вполне вероятно, что значительная часть от общего количества выпущенной продукции пришлась на снаряды других, более дорогих разновидностей.

Что касается снарядов РСЗО, то здесь оценить объемы их производства еще сложнее. Их производитель НПО «Сплав» занимается производством не только боеприпасов, но и самих ракетных комплексов, активно производит промышленное оборудование и спецхимию. Ассортимент боеприпасов для РСЗО также намного шире и включает как минимум три основных типа: 122-мм «Град», 220-мм «Ураган» и 300-мм «Смерч», каждый из которых существенно отличается по стоимости.

Кроме того, после более детального изучения открытых источников создается впечатление, что наиболее активно используемые 122-мм снаряды для РСЗО «Град» вообще массово не производились, по крайней мере, до 2020 года. В 2017 году гендиректор НПО «Сплав» сообщил: “В 2015 году президент [Путин] поставил задачу возобновить производство снарядов для РСЗО «Град». Сегодня они пользуются большим спросом у Вооруженных Сил России. Задача успешно решена. В планах на ближайшие два года восстановление их серийного производств. В 2017 году в рамках инвестиционной программы в НПО «Сплав» стартовал проект «Прорыв», направленный на расширение производственных мощностей. В рамках проекта был приобретен новый цех. Его ввод в эксплуатацию намечен на 2019 год. На этой площадке будет запущено серийное производство снарядов для новейшей РСЗО «Торнадо-С». На базе нового цеха также будет запущено производство штатных снарядов для РСЗО «Град»”.

За 2019 год информации об открытии какого-либо нового цеха в НПО «Сплав» найти не удалось. Только в июле 2020 года «Ростех» объявил об открытии такого цеха общей площадью более 3400 квадратных метров, мощности которого могли бы производить продукцию для систем «Смерч», «Ураган», «Торнадо» и других. Инвестиции в цех составили 150 млн рублей. Так, только в июле 2020 года был выполнен приказ Путина возобновлении серийного производства снарядов для РСЗО «Град», основного расходуемого вооружения в его войне против Украины.

Что касается других типов боеприпасов РСЗО («Смерч», «Ураган» и «Торнадо-С»), то в открытых источниках нет данных о каких-либо попытках возобновить их производство. Это можно считать свидетельством того, что производство этих типов боеприпасов, скорее всего, было запущено НПО «Сплав» не ранее июля 2020 года. Однако для этого анализа была предпринята попытка оценить возможное максимальное количество произведенных снарядов РСЗО исходя из их стоимости и 50% доли выручки НПО «Сплав», как это было сделано ранее.

Если стоимость ракет «Смерч» и «Ураган» можно оценить по более ранним данным, то стоимость производства снарядов «Торнадо-С» определить сложнее. Известно, что эти снаряды РСЗО (например, осколочно-фугасная ракета 9М538) являются улучшением обычных снарядов для РСЗО «Град», а значит, должны стоить дороже. Но насколько больше? Стоимость можно скорректировать, использовав отношение стоимости к весу ракет «Ураган» и применения его к снарядам «Торнадо», которые были в четыре раза больше, чем снаряды «Ураган».

Таким образом, исходя из этих приблизительных оценок, за период с 2014 по 2021 год российская оборонная промышленность произвела всего около 66 тыс. тонн снарядов РСЗО, а наиболее часто используемый боеприпас - снаряды РСЗО «Град» - скорее всего, не производился крупными партиями до 2020 года.

Не исключено, что в 2021 году было принято решение об увеличении выпуска боеприпасов в несколько раз в связи с прогнозируемым в 2022 году полномасштабным вторжением в Украину. В тоже время, это представляется маловероятным, поскольку такая договоренность потребовала бы многократного увеличения инвестиций в основной капитал и численности занятых в ВПК россиян, чего по открытым источникам не наблюдалось. Кроме того, возвращаясь к началу, агрессор рассчитывал на блицкриг и явно не планировал расход миллионов тонн боеприпасов, сопоставимым с расходами Второй мировой войны.

Если вспомнить учесть оптимальные запасы российских боеприпасов в 3 млн тонн, то рассматриваемые здесь боеприпасы, согласно приблизительным подсчетам, могли составлять до 50% этого запаса, т. е. 1,5 млн т. Таким образом, для восполнения текущих затрат на основные артиллерийские снаряды и боеприпасы РСЗО, использованные агрессором в этом году, российскому ВПК потребуется потратить примерно 3 трлн рублей (46,39 млрд долларов) при производстве до 1,8 млн тонн боеприпасов. Следует отметить, что речь идет только о части боеприпасов, израсходованных оккупантами в войне, без других известных боеприпасов включая минометные мины, танковые снаряды, патроны для стрелкового оружия, авиационные ракеты и бомбы, а также крылатые ракеты. Себестоимость производства всех этих боеприпасов превышала бы совокупную стоимость производства рассматриваемых здесь артиллерийских снарядов и РСЗО. Кроме того, в номенклатуру производства других боеприпасов могут входить более дорогие изделия, что повышает общую себестоимость производства.

Если учесть все остальные виды вооружений, то общая стоимость производство всей номенклатуры боеприпасов, использовавшихся в ходе активных боевых действий в Украине в этом году, превышает 6 трлн рублей (92,74 млрд долларов). По сравнению с общими расходами России на оборону в 2021 году такая огромная цифра создает непреодолимую нагрузку на ВПК агрессора, которая и без того испытывает трудности из-за растущего спроса на увеличение производства и повальную коррупцию на местах.