Майор Гетьман: ВСУ возьмут Крым в окружение, дальше начнется демилитаризация России. Интервью

Сложившуюся в войне в Украине ситуацию можно назвать оперативной паузой. Ни одна из сторон не накопила сил и средств для более активных действий – страна-террорист Россия ждет новой партии "мобиков" и оружия, Украина – щедрой военной помощи, которая была анонсирована. Пауза пойдет на пользу тому, кто сможет лучше ею воспользоваться и первым пойдет в наступление.

Как только Вооруженные силы Украины получат дальнобойное оружие, ситуация может резко измениться. В частности, появится возможность разрушить Керченский (Крымский) мост, дойти до Мелитополя, Мариуполя и Азовского моря и взять крымскую группировку врага в оперативное окружение. После того как украинская земля будет окончательно освобождена от оккупанта, может наступить этап демилитаризации самой России, по крайней мере, территорий, расположенных на расстоянии до 300 километров от границы Украины. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал ветеран российско-украинской войны, майор запаса ВСУ Алексей Гетьман.

– В Институте изучения войны (ISW) заявили, что из-за недостаточных поставок вооружений война в Украине стала позиционной. Издание Bloomberg, в свою очередь, предположило, что глава Кремля Путин заинтересован в войне, которая продлится годы. Считаете ли вы, что действительно есть опасность затягивания войны?

– Пока это происходит по факту. Действительно, сейчас позиционная война, потому что пока существенного продвижения на линии фронта нет. Но и тот же Институт изучения войны, и генсек НАТО Столтенберг признают, что ни одна из сторон не имеет возможности совершать мощные действия.

Российская Федерация к этому еще не готова, мобилизует людей, подтягивает технику и вооружение. Украина пока не получила того количества техники, которое нам пообещали на "Рамштайне-8" и которое нам, возможно, предоставят на "Рамштайне-9", который состоится 14 февраля.

Следовательно, происходит определенная тактическая пауза. Идет ли она в пользу Украины? По большому счету, не очень, потому что это позволяет Российской Федерации сосредоточить относительно большое количество военнослужащих на линии столкновения. С другой стороны, эта пауза может быть полезна нам. Даже наши партнеры просят нас не приступать к активным наступательным действиям, потому что они помогают нам подготовиться к мощному контрнаступлению, передавая нам это оружие.

Пауза пойдет на пользу тому, кто лучше сможет ее использовать, кто сможет привлечь определенное количество сил и средств и кто первым пойдет в наступление. У того и будет преимущество. Хотя даже если первой в наступление пойдет Россия, средств, которые у нас уже есть, достаточно для защиты. Они не позволят врагу существенно продвинуться. Но пока, к сожалению, у нас не хватает сил и средств, чтобы проводить мощные наступательные действия.

Но в таких паузах нет ничего удивительного, это было в истории. Обычно мы сосредотачиваемся на определенных боевых действиях, но если посмотреть на календарь, когда они происходили, то можно увидеть, что между существенными событиями на фронте всегда были именно такие паузы. К примеру, между Сталинградской битвой и Курской битвой прошло более полугода. Были сражения локального характера. Это присуще всем войнам, поэтому не надо делать из этого какие-либо долгосрочные выводы о том, что это приведет к войне на истощение на многие годы.

Даже когда была операция "Буря в пустыне", когда мощная коалиция наших союзников атаковала террориста Саддама Хусейна, тоже довольно долго шла артиллерийская подготовка, затем сосредоточение войск и т.д. Пауза имела место и тогда.

Следовательно, не надо применять линейное мышление. У нас война развивается по закону геометрической прогрессии.

– Интересное заявление сделал также американский генерал Бен Ходжес. По его оценкам, Крым станет последним плацдармом в этой войне. Для того чтобы изолировать полуостров, украинской армии нужны ракеты большей дальности ATACMS, совместимые с HIMARS. Согласны ли вы с этим?

– Любая война является гибридной. В ней используются вооруженные силы, экономические, дипломатические, информационные и остальные рычаги. Поэтому не только военные действия могут оказать большое влияние на противника. К примеру, тот самый Герасимов, который сейчас управляет вооруженными силами РФ и много писал о гибридной войне, заявил, что основные усилия нужно прикладывать не конкретно к полю боя, а вокруг него – к политическим, экономическим и другим вопросам.

Почему я обратил на это внимание? Потому что если и когда нам удастся освободить Крым, для этого действительно нужно будет выйти в Мелитополь, дальше в Мариуполь и Азовское море, нам понадобится дальнобойное оружие, чтобы перерезать пути поставки группировки российской армии в Крым по суше, затем разрушить Керченский мост.

Тогда Крым окажется в оперативном окружении, потому что в таком случае они смогут что-то поставлять только по морю, но это существенно не повлияет на боеспособность группировки. Тогда мы сможем атаковать военные базы в Крыму, в частности, дальнобойными ракетами и освободить украинский полуостров.

Когда мы освободим Крым, это будет мощный политический удар по руководству Российской Федерации. Оправдаться перед своим населением и своими военными, почему они потеряли Крым, уже не удастся. Я думаю, это приведет к дестабилизации внутри страны. После этого Путин уже не сможет удержаться у власти. Тогда думаю, что и на поле боя нам будет проще освободить всю территорию Украины до наших границ.

Многие считают, что нужно не останавливаться на границе, а продвигаться дальше в Россию. Никто не говорит, что надо поднимать украинский флаг над Кремлем – нафиг нам тот Кремль, простите на слове. Но сделать демилитаризованную зону на расстоянии 200-300 километров от нашей границы все же нужно, по крайней мере, на время, чтобы не допустить ситуации, когда через полгода или через год орки оправятся и начнут совершать новые боевые действия на нашей территории.

И еще один аспект. Необходимо помнить, что "Рамштайн" – это встреча антипутинской коалиции на уровне министров обороны поддерживающих нас стран. Подавляющее большинство министров прекрасно понимают военное дело, они четко понимают, что происходит на поле боя, они также используют данные британской и американской разведки, они очень хорошо знают, какое именно оружие нам нужно и в какое время. Поэтому я не думаю, что на "Рамштайне" есть какие-то проволочки или проблемы. Как говорил наш министр Резников, не обо всем можно говорить вслух. Думаю, там есть и другие вещи.

– Уточните, пожалуйста, по поводу демилитаризированной зоны на территории России, о которой вы сказали. Как это будет выглядеть на практике? Украинская армия отправляется в Россию, уничтожает все военные объекты в 200-300 километрах от наших границ и возвращается обратно?

– Нет. Что-то подобное было во время Второй мировой войны, когда Германия была временно оккупирована войсками союзников и были созданы определенные демилитаризованные зоны.

Там некоторое время должны находиться наши военнослужащие, которые будут контролировать ситуацию. Скорее всего, это будет не военная, а полицейская миссия, что-то вроде голубых касок ООН. Это не могут быть наши военнослужащие, которые оккупируют территорию и будут совершать определенные действия, которые могут квалифицироваться как военные преступления – то, что сейчас в Украине совершает армия России.

Думаю, какая-то международная структура должна находиться там и контролировать эти территории, чтобы там не происходило никакой подготовки к агрессивным действиям. В случае с Германией это длилось четыре года. Возможно, в случае с Россией это будет происходить быстрее.

Это международный вопрос, который может быть решен Организацией Объединенных Наций, ведь очевидно, что ООН нуждается, по меньшей мере, в реформировании – эта организация не смогла остановить большую войну, а именно для этого она и была создана.

Думаю, мы живем в эпоху очень больших перемен в мире. После этой войны многое изменится – и в ООН, и в других международных структурах. Думаю, и в блоке НАТО тоже. Дай бог, чтобы эти изменения были в пользу нашей страны.