Авиапрорыв на "Азовсталь": стали известны детали уникальной спецоперации ГУР в Мариуполе

В общей сложности во всей операции было потеряно три вертолета, но все 16 бортов смогли доставить в Мариуполь все необходимое для длительной обороны.

ГУР Минобороны Украины сообщило о неизвестных до сих пор деталях уникальной воздушно-десантной спецоперации в окруженном врагом Мариуполе. Тогда в город было совершено семь боевых вылетов 16 вертолетами и каждый – как последний.

Об этом говорится в первом фильме из документальной трилогии Артема Шевченко "Военная разведка Украины: на море, в небе, на земле".

Оцепление Мариуполя

Мариуполь оказался под угрозой оцепления уже в начале марта 2022 года – всего через неделю после полномасштабного вторжения РФ в Украину.

"Мы не думали, что противник дойдет маршем в таком большом количестве с территории Херсонщины и Запорожья. Но количество сил и средств, шедшее со стороны Крыма, это была такая довольно неприятная неожиданность. Хотя об этой неожиданности нам начальник разведки доложил еще 25 числа вечером: мы уже знали, что противник достаточно быстро двигается и к 1 числу мы точно будем в полном окружении", – рассказал начальник штаба связи обороны Мариуполя, офицер ОЗСП "Азов" с позывным "Мольфар".

Металлургический комбинат "Азовсталь" расположен внутри города на самом берегу моря у устья реки Кальмиус – она там естественный барьерный рубеж. За нее решили отходить и держать оборону до последнего, если врага все же не удастся сдержать на подступах к Мариуполю.

"И с географической точки зрения, и с военной, "Азовсталь" была наиболее подходящим для этого объектом. Поскольку мы понимали, что если мы будем завязываться сначала на рубежах вокруг города, а мы держали там рубежи — то в дальнейшем нужно будет все равно отходить. Если придется держать рубежи внутри самого города, то город будет уничтожаться, поэтому была идея отходить на территорию "Азовстали", — пояснил "Мольфар".

Под заводом расположены более 30 подземных бункеров – промышленная хорошо укрепленная крепость. Именно в этих бункерах, кроме раненых военных, прятались от вражеских бомбардировщиков и до 1000 гражданских мариупольцев.

Небо над Мариуполем контролировала российская боевая авиация, а с моря город плотно заблокировал вражеский флот. И корабли, и самолеты противника стирали Мариуполь с лица земли. Ситуация ежедневно становилась все более критической. Оккупанты атаковали город 500- и 1000-килограммовыми бомбами, а также крупнейшими – трехтонными бомбами ФАБ-3000.

"Гарнизон "Азовстали" на тот момент уже вел оборону исключительно стрелковым оружием. Ребятам, которые там держали оборону, нужны были средства поражения бронированной техники: NLAW, Javelin. Требовались средства поражения авиации — как Stinger. Нужны были средства связи", – рассказал офицер группы специального назначения ГУР МО Украины с позывным "Флинт".

Почему разведка решила устроить авиапрорыв

Кроме этого, нужно было срочно вывезти раненых, прежде всего тяжелых, которых все больше в бункерах "Азовстали". Прямо там в подземном госпитале им проводили сверхсложные операции, в том числе и ампутации пораженных конечностей. Раненые рисковали умереть.

За организацию рискованной операции поставки запасов защитникам Мариуполя и эвакуации их раненых взялась военная разведка Украины.

"Замысел этой операции возник, исходя из реалий, с которыми мы столкнулись в то время, когда город Мариуполь был уже полностью окружен и отрезан от любого внешнего снабжения. Имеется в виду – от снабжения как людей, так и вооружения, боеприпасов, медикаментов, продовольствия и прочего. Поэтому другого варианта, кроме как прорываться к своим через воздух, просто не существовало. Поскольку уже к тому времени вся южная часть была оккупирована противником", – объяснил глава ГУР Кирилл Буданов.

Небо действительно давало шанс на прорыв, хотя и туманный. Военная разведка решила вертолетами попытаться прорваться в город.

Как готовили операцию

"У нас достаточно неплохо построена система разведки, поэтому мы четко понимали, где и в какое время находится противник и его огневые средства. И мы смогли разработать операцию, при которой для меня лично стало вполне реально провести воздушную операцию. Маршрут проделывали с армейской авиацией. Информация постоянно обновлялась и прямо перед вылетом вносились определенные коррективы. Время и место определяли пилоты, исходя из погодных условий – это первое. И второе – это время взлета", – рассказал Буданов.

Боевые пилоты-вертолетчики армейской авиации Сухопутных войск ВСУ с первых дней вторжения беспощадно били врага. Но то, что им нужно было сделать тогда – в марте 2022 года – сразу выглядело как невыполнимая миссия.

"Нужны были добровольцы совершить полет на Мариуполь. Мариуполь уже был в плотном окружении, в двух кольцах. Утром командир меня увидел и я прямо думы думал, как можно пройти на Мариуполь. То есть сказать, что прямо "я пойду" – нет. Потому что эта миссия казалась абсолютно безумной и невозможной. У нас, насколько я помню, никто никогда в истории авиации не выполнял таких полетов в условиях плотной эшелонированной ПВО противника", — рассказал командир экипажа Алексей Гребенщиков.

Окружившие и штурмовавшие Мариуполь боевые порядки российских сил были насыщены стационарными и переносными ЗРК.

"К тому времени я знал, что в них находятся ЗРК "Тор", "Панцирь". Во всех подразделениях есть ПЗРК и также стрелковое вооружение", – сообщил штурман вертолетного звена Игорь Харченко.

В самом городе продолжались ожесточенные бои. Ничего не было известно и о площадках посадки. В таких условиях даже долететь в одну сторону туда казалось чистым самоубийством. А вернуться назад невредимыми – и подавно.

"Я уже не смог отказать. И не хотел, и не мог. Пошел к своему штурману Игорю. Он курил сигарету на улице. Он ничего не знал об этом. Я ему говорю: "Игорь, пойдешь со мной на Мариуполь?" А он такой : "Да пойду, чего же не пойти?" Красавчик!" – рассказал командир экипажа.

В отличие от ударов по вражеским целям, в этот раз нужно было наоборот прошмыгнуть боевые порядки противника как можно скорее и желательно – незамеченными. На штурмана Игоря пала самая ответственная подготовительная работа – тщательно просчитать маршрут первого полета. От этого зависело, станет ли он билетом в одну сторону.

"Мне дали карту с точками. Я себе все перенес. Их было 48 и прямо до посадки на площадке. Также мне нужно было рассчитать время, топливо", – рассказал Харченко.

Контрольные точки на маршруте полета вертолетчики получили от военных разведчиков.

"Руководство ГУР четко отслеживало все передвижения передвижных зенитно-ракетных комплексов и состояние обороны на этом конкретном участке, который планировали до пролета. Поэтому эта ситуация была очень живой, в частности в связи с тем, что наш первый рейс был отложен практически на сутки и ситуация на маршруте менялась в зависимости от передвижения их сил", – рассказал "Флинт".

"Высшим руководством была проведена определенная разведывательная подготовка. Наш маршрут был тщательно просчитан. Но это мы сейчас знаем. А тогда мы думали, что это какая-то фигня, честно говоря. Нам сказали, что там будет малейшее противодействие противника", – рассказал командир экипажа.

Полет первого экипажа

Экипаж из двух пилотов на каждом из двух вертолетов было решено усилить и двумя офицерами-спецназовцами из военной разведки.

"Задание я получил непосредственно от своего командира Буданова Кирилла Алексеевича непосредственно в его кабинете, на что сказал, что да, я готов. Вообще это было за семь часов до старта", – рассказал "Флинт".

"Да это была обычная машина со штатной броней. Единственное, что эти специалисты ГУР, которые с нами летели, у них были дополнительные пулеметы. Да все", — рассказал Гребенщиков.

"В случае, если бы ситуация складывалась так, что нас пытались бы обстреливать, нашей задачей было открывать ответный огонь и осуществлять огневое прикрытие. Потому что летевшие борта – с них было снято все вооружение. Со всего вооружения был только бортовой пулемет и стрелковое оружие, которое у нас находилось", – рассказал офицер группы спецназначения ГУР.

"Задача номер один – это обычная деятельность бортового стрелка. Но вот задача две – это реально наличие офицеров специального назначения внутри воздушного судна придавало уверенности в действиях пилотов, которые были за штурвалом. Без понимания того, что есть внутри наши ребята, не были готовы осуществить такие рискованные маневры. Все понимали, что когда есть наши офицеры внутри, даже когда собьют, достаточно большой шанс того, что они их оттуда потом могут куда-то вывести", – пояснил Буданов.

В случае падения или приземления вертолетов на вражеской территории спецназовцы ГУР были бы последней надеждой для тех, кто, возможно, смог бы выжить на борту. Для этого спецназовцы переоделись в гражданскую одежду и оставили все документы на базе перед вылетом.

Пилоты признают, что не спали в ночь перед вылетом, а окружение на них смотрело, почти "как на мертвецов".

"Все понимали, что задача, пожалуй, в один конец", – рассказал штурман.

Наступила ночь 21 марта. Последние приготовления были позади. Две тонны полезного груза разместили по всему десантному отсеку вертолета. Вылетать первая пара решила еще до рассвета. Два вертолета Ми-8 взлетели из аэропорта Днепра и взяли курс на юго-восток в направлении города Пологи Запорожской области и дальше на Донетчину через линию фронта, затем по побережью Азовского моря прямо в Мариуполь.

"38 минут – до линии фронта, 42 минуты – до "Азовстали". Всю жизнь буду помнить", – говорит Гребенщиков.

После пересечения линии фронта все понимали – если их увидят ПВО противника, вряд ли удастся спастись.

"Нужно понимать, что наша техника – все-таки это транспортный вертолет. Они не бронированы настолько, чтобы от всего уберечь. Тепловые ловушки рассчитаны на несколько минут боя, то есть их не могло хватить ни в коем случае. Но вообще все эти полеты – это голый фарт, мягко говоря", – рассказал командир экипажа.

Чтобы увеличить свои шансы, вертолетчики летели на максимальной скорости, но на минимальной высоте.

"Я смотрел только на высоту и вперед, чтобы никуда не врезаться. Сколько у нас было, Игорь? Пять, семь метров, три, четыре — как попало. Ну колесом однажды мы по дереву ударили. Летать на таких высотах, как мы говорим, это преступно малые высоты. Но риск быть пораженными средствами противника гораздо выше, чем риск врезаться в землю на такой высоте, поэтому мы выбираем высоту", – признается Гребенщиков.

Тем временем в самом Мариуполе становилось все жарче. Вражеские танки расстреливали в упор многоэтажки, самолеты забрасывали город бомбами, артиллерия равняла кварталы с землей.

"Честно говоря, даже никто не верил, что это наши вертолеты. То есть когда мы услышали звук вертолетов, мы думали, что это вертолеты противника, потому что с начала операции никакой украинской авиации над Мариуполем не работало. Поэтому мы не верили, что вертолеты долетят к нам, не то что они там еще что-нибудь доставят и кого-то заберут", – рассказал "Мольфар".

Впереди у пилотов было последнее серьезное препятствие – самая высокая на маршруте ЛЭП вблизи морского берега на высоте 30-40 м. Ее нужно было быстро перепрыгнуть, а это означало стать более заметными для поражения. Это был самый критический эпизод полета.

"Эту ЛЭП мы перепрыгивали в таком порядке. Мы шли и такие – раз, два, три – ручку на себя! Быстро-быстро. И только поравнялись, и сразу – от себя вниз, вот так вот вертикально пошли к земле. Когда мы уже у земли выровняли, и в нас ничего не прилетело, вот тогда у меня появился первый такой лучик надежды, что, возможно, у нас все получится", – рассказал командир экипажа.

Но нужно было еще найти, куда приземлиться на самой "Азовстали". К ней последние несколько километров мчались уже по морю, едва не цепляя колесами воду.

"Самое главное – это было обойти город. Мы заходили с моря, потому что через дым, если бы мы шли через город, мы не прошли. Мы понимали, что если в городе все вокруг горит, то там идет бой. Мы, скажем так, зашли с заднего входа и выполнили посадку", – рассказал штурман.

Вертолетам пришлось садиться не на подготовленных, ровных и безопасных местах, а на каких-то строительных площадках среди терриконов песка, шлака и мусора у гигантских кранов и промышленных конструкций.

"Полностью вся грузовая кабина была заполнена боеприпасами. Были "Старлинки" и медикаменты. Все было привязано швартовочными канатами. Начали все разрезать и никому ничего не нужно было объяснять. Просто стали в цепочку и все выбрасывали и выбрасывали", — рассказал штурман.

"Это заняло не более 20 минут. Вертолеты двигатели не глушили. Все были готовы в случае чего к быстрому взлету", – рассказал представитель ГУР.

Спутниковый Интернет "Старлинк", привезший первые вертолеты, обеспечивал затем гарнизону "Азовстали" устойчивую связь на протяжении всей героической обороны. А доставленными тогда же современники иностранными противотанковыми комплексами защитники Мариуполя долго и успешно жгли вражескую бронетехнику на улицах города.

Загрузка восьми раненых, особенно двух тяжелых на носилках, длилась гораздо дольше, чем разгрузка имущества. Если бы на место прилетела хоть одна вражеская мина, вертолеты могли бы вообще больше не подняться.

"Именно то, что противнику кажется невозможным, в большинстве случаев срабатывает. Потому что противник не готов был к такой наглости, дерзости и к тому, что мы можем на такое пойти", – рассказал спецназовец ГУР.

Когда вертолет Алексея и Игоря снова поднялся в воздух для возвращения и начал набирать скорость, срочно пришлось садиться еще за одним раненым. Пока это все происходило, зацепили и повредили о что-то все три лопасти рулевого винта на хвосте. Заметили это только потом. Тогда штурман предложил командирам как можно быстрее взять курс на море, ведь туда шел дым от города и вертолет мог быть там незамеченным. Это удалось сделать.

После вертолеты сели на дозаправку в Запорожье и тогда все поняли, что каким-то чудом они это сделали. Оба вертолета, хоть и поврежденнные, но все-таки долетели назад.

"Когда на практике все увидели, что это реально, конечно, все сделали вдох уверенности и дальше уже было немного легче. Вообще никакого противодействия в первом вылете не было. Как мы и планировали, они (враг – ред.) даже не поняли, что произошло", – рассказал глава ГУР.

Первый столь успешный полет 21 марта открыл этот рискованный воздушный мост из большой земли в окруженный Мариуполь. Тогда стало понятно, что летать туда можно и нужно, хотя крайне опасно.

Четвертая авиационная миссия

Каждому из пилотов пришлось летать в Мариуполь только раз. Кириллу пришлось лететь в четвертую миссию. На борту его вертолета, кроме полутора тонн груза, были еще восемь бойцов. Военная разведка решила десантом-азовцами усилить гарнизон защитников. Вылетали так же из Днепра.

"Наша задача заключалась в том, чтобы залететь непосредственно в город Мариуполь и там выполнять поражение целей противника. Сразу было сообщение, что скорее всего возможности у нас оттуда эвакуироваться, возможно, не будет", — рассказал военнослужащий с позывным "Азов".

Кирилл вылетал ночью во тьме в очках ночного видения, чтобы враг не зафиксировал их. Тогда передней стойкой вертолет задел землю, вспоминает пилот.

В четвертом рейсе пара вертолетов садилась уже не на "Азовстали", а в морском порту Мариуполя, ведь предыдущие площадки посадки на заводе, куда наши прилетали уже трижды, потом беспощадно разбивал противник.

"Мы разгрузились. А время разгрузки было где-то пять минут – это как вечность. Все что-то делают, выбрасывают там, винты работают, все работает. Справа были высокие дома и ты смотришь туда и думаешь, что как бы там кто-нибудь не сидел, чтобы у тебя ничего не прилетело", – рассказал Кирилл.

Три вертолета были сбиты

Тогда, 28 марта, вертолетам четвертого рейса, как и первых трех, удалось вернуться. Но следующий, пятый, вылет уже принес горькие потери.

"Потом был пятый. Сбили один (вертолет – ред.). И в шестом (вылете – ред.) сбили один, который поворачивал. Он был обстрелян. Он не долетел до нашей контролируемой территории в упал на территории, которую контролировал противник. Вертолет, последовавший за вторым вертолетом, тоже его сбили. Три машины сбили (в общем – ред.)", – рассказал Кирилл.

Однако на войне случаются и чудеса. В один из вертолетов пятого рейса попала вражеская ракета и не разорвалась, а лишь продырявила один из двигателей. Экипаж смог вернуться назад и спас всех находившихся на борту, в том числе 20 раненых.

"Я понял, что никакого пожара нет. Мы потеряли один двигатель. И первые секунды пытался просто не упасть, потому что это было падение оборотов несущего винта, что очень критично, и пытался продолжать лететь. И при этом необходимо было маневрировать, потому что по нам еще стреляли", – рассказал командир экипажа Евгений Соловьев.

За этот подвиг вертолетчику была присвоена высшая награда – Герой Украины.

Результат операции

В общей сложности во всей операции было потеряно три вертолета, но все 16 бортов смогли доставить в Мариуполь все необходимое для длительной обороны.

"Тот месяц, который выиграли, позволил выстроить ту систему обороны, которая действует даже сейчас. То есть этими действиями они сковали противника и не позволили более чем десятитысячной группировке двинуться сразу на Запорожье. Этим мы выиграли время и этим мы разрушили их замысел", – пояснил Буданов.

Напомним, весной 2022 года с завода "Азовсталь" удалось эвакуировать гражданских. А позже в мае в медучреждение в Новоазовске ("ДНР") были эвакуированы тяжелораненые украинские бойцы. Еще часть из них через гуманитарный коридор были доставлены в Оленовку ("ДНР"). Для дальнейшего возвращения домой была проведена процедура обмена.

21 сентября состоялся обмен пленными на территории нескольких стран: Польши, Турции, Саудовской Аравии и на границе между Украиной и РФ. 200 украинских героев обменяли на кума президента РФ Виктора Медведчука, а командиров "Азовстали" – на 55 окупантов. По условиям обмена командиры "Азовстали" должны до конца войны находиться в Турции.

Читайте также:

• Новости Украины
• Война в Украине
• Новости Украины: видео

Подписывайтесь на наши каналы в Telegram и Viber.