Битва за Бахмут стала одним из эпохальных эпизодов битвы за Донбасс. Земля в районе города буквально усыпана трупами российских военных, которых командование отправляет на так называемые "мясные" штурмы. О чем говорит это противостояние, идущее столь долго, вопреки самым смелым прогнозам и советам западных экспертов? Издание "Комментарии" с этим вопросом обратилось к экспертам.
Бахмут. Фото: из открытых источников
Наш Генштаб, понимая, каких задач хочет достичь противник, делает всё возможное, чтобы сорвать его планы
Эксперт по вопросам сектора обороны и безопасности Олег Стариков напоминает, что с декабря 2022 года в комментариях, в том числе нашему изданию, он отмечал, что зимняя военная кампания государства-агрессора началась с массированной атаки на Бахмут.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы первыми узнать о самых важных событиях!
"Этот населенный пункт имеет в военном смысле не стратегическое, но оперативно-тактическое значение. В случае его захвата, у противника расширяется оперативно-тактический простор как на север (Сиверск и так далее), так и на юг (Угледар иже с ним). Что дает оккупантам возможность окружить существующие укрепрайоны ВСУ", – поясняет эксперт.
В политическом же смысле захват Бахмута для россиян – выполнение задач, которые поставил в декабре Путин во время посещения штаба т.н. "специальной военной операции" и на расширенном заседании коллегии Минобороны, отмечает Олег Стариков.
"Наш Генштаб, понимая, каких задач хочет достичь противник, делает всё возможное, чтобы сорвать его планы, не дать выйти на оперативно-тактический простор. Хотя в военном смысле отход на заранее подготовленные позиции, на новый укрепрайон, не является поражением. Что наступление, что продуманное отступление – это виды боевых действий. И иногда разумный отход может принести больше пользы, чем атака, не подготовленная соответствующим образом", – подчеркивает эксперт.
По его словам, в данном случае важно понимать еще и то, что в Бахмут с нашей стороны периодически бросаются определенные ресурсы, чтобы не дать противнику резко пойти вперед и обрушить фронт.
"Но есть для Украины и политическая составляющая, – акцентирует Олег Стариков. – И в случае с Бахмутом высшее военно-политическое руководство Украины приняло решение вести стратегию несокрушимости. Показывая государству-агрессору, что каждый сантиметр украинской земли, каждый населенный пункт будет стоить россиянам колоссальных потерь".
Важно уйти от механистических, уставных, безжизненных отношений – и прийти к более человечным
Директор Центра исследований проблем гражданского общества, эксперт СНБО в 2001-2011 гг по вопросам замороженных конфликтов в Евразии (в том числе Молдова-Приднестровье) Виталий Кулик рассуждает так:
"Я не военный эксперт, потому не буду комментировать ситуацию с точки зрения военной целесообразности. Так что рассмотрим происходящее в Бахмуте и вокруг него в политической и социально плоскости".
В политическом смысле, по словам эксперта, украинская власть стала заложником своих же заявлений. В стиле – "мы удержим Бахмут любой ценой", "это город-крепость". В результате отход из этого города, даже, если он оправдан с точки зрения военной стратегии и тактики, в политическом смысле становится явным негативом, отмечает Виталий Кулик. Влияющим, в том числе, на общий настрой, дух и политическое позиционирование.
"С другой стороны, – продолжает эксперт, – все прекрасно понимают, что не имеет смысла удерживать полностью уничтоженные город, тем более, когда есть другая линия обороны, более укрепленная, где достаточно техники и боеприпасов, сформированы резервы, удобнее логистика".
Однако, похоже, есть определенное решение военно-политического руководства. И Бахмут продолжают держать.
"Если рассматривать ситуацию с социальной точки зрения, встает вопрос о наших жертвах. Сколько мы потеряли, защищая Бахмут? Целесообразно ли было поступать именно так? Кроме того, имеется вопрос касательно отношения военного руководства к солдатам, к подчиненным. Неоднократно появлялась информация, что из-за некомпетентности, а порой и откровенно скотского отношения отдельных офицеров – наши военнослужащие гибли, не получали надлежащей поддержки, отсутствовала должная координация в местах боевых действий. В нынешней обстановке, на мой взгляд, военному и политическому руководству следует приложить максимум усилий, чтобы донести до среднего офицерского состава необходимость беречь людей. Разъяснить, что мы защищаем не бетонные развалины, не уничтоженные города. Что приоритетом должна быть жизнь человека. Мы воюем за людей! Да, надо воевать. Да, есть приказ. Да, приходится нередко держаться, сдерживая наступление тех же вагнеровских полчищ зэков, похожих на зомби. Но в основе украинского подхода должна быть любовь к солдату, к людям. Это не пропишешь в уставе, в приказе. Это надо проживать тому же офицеру", – поясняет Виталий Кулик.
Он уверен, что высшее руководство должно попытаться это донести, артикулировать (не только награждать храбрых и утверждать, что будем держаться до последнего), но и мотивируя таким образом. Важно уйти от механистических, уставных, безжизненных отношений – и прийти к более человечным, констатирует эксперт.
Читайте также на портале "Комментарии" — может ли Москва готовить планы эвакуации из Крыма – каковы перспективы деоккупации полуострова.
Читайте Comments.ua в Google News Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
/https%3A%2F%2Fs3.eu-central-1.amazonaws.com%2Fmedia.my.ua%2Ffeed%2F46%2Fc18e74693548bafae35c545ef0e4fcb3.jpg)