Шокированы все — от Вашингтона до Москвы. Байден и Си теперь не могут договариваться с Путиным

Главное событие вчерашнего дня — решение Палаты досудебного производства II Международного уголовного суда об ордере на арест президента России Владимира Путина. Без преувеличений это беспрецедентное решение. Это ведь не просто решение об аресте действующего главы государства. Такие решения были раньше. Речь идет о ядерном государстве с особым статусом ООН. Ничего подобного раньше не было.

Понятно, что это не приговор суда и не физический арест, но это правовое и моральное клеймо, резко сужающее пространство для политического маневра не только для российского диктатора, но и для лидеров демократического мира. У меня большое подозрение, что у Байдена, а еще больше у Макрона и Шольца, не говоря уже о разных орбанов, это решение не вызывает восторга, скорее создает кучу дополнительных ограничений и проблем, в том числе потенциальных планов о завершении войны в Украине. И в этом смысле решение о выдаче ордера на арест Путина — это яркая иллюстрация того, что в западном мире принципы верховенства права, независимости судебной системы (в этом случае международной) могут действовать вопреки правилам и традициям real politik (реальной классической политики).

Мне кажется, что судьи и следователи Международного уголовного суда были настолько шокированы и возмущены массовостью и системностью действий российских властей по похищению и депортации украинских детей, что у них не было никаких сомнений в необходимости столь беспрецедентного шага как ордер на арест президента России Владимира Путина. В этом решении сработала правовая и нравственная логика, а не политическая.

Убежден, что сейчас шокированы почти все — от Москвы до Вашингтона. Думаю, что и у нас вряд ли этого ожидали. Во всяком случае, не сейчас. Но отдаю должное, выражаю слова уважения и благодарности всем, кто документировал преступления россиян по похищению и депортации украинских детей и содействовал следователям и судьям Международного уголовного суда в их работе по этому делу. Уважаю мужество и решительность судей Палаты досудебного производства II Международного уголовного суда, которые приняли решение о выдаче ордера на арест Путина. Это решение Украина может воспринимать как свою промежуточную победу в войне против страны-агрессора и ее кровожадного лидера.

Что дальше? Безусловно, ордер на арест президента России Владимира Путина не означает, что завтра он будет арестован. Даже не все страны, подписавшие и ратифицировавшие Римский устав (а их — 123), решатся на такие действия. Но и Путин не будет рисковать. К политической токсичности добавляется правовая токсичность. Изоляция российского диктатора существенно усиливается.

Даже если рассматривать это решение (об ордере на арест) вне правовых рамок, то оно воспринимается как "черная метка", как клеймо токсичности и нерукопожатности Путина (во всяком случае для политиков, придерживающихся демократических ценностей и стандартов). Это сигнал и западным элитам, да и всем остальным, что Путин сейчас получает (пока предварительно) статус диктатора-преступника, что-то вроде Каддафи и Саддама Хуссейна. Между прочим, это сигнал и российским элитам — если они хотят выйти из той передряги, в которой оказались благодаря решению кремлевского диктатора о войне против Украины, они должны избавиться от Путина. Иначе их тоже будут ждать такие же ордера. Кстати, многих и будут ждать, причем неизбежно. Сейчас у меня уже нет сомнений в этом. Но всегда "исполнителям" можно сбросить всю вину на "главную персону", принимавшую ключевые решения. И потому настроения страха и неуверенности в российской верхушке только усилятся.

Я не думаю, что судьи Международного уголовного суда, принимавшие решение о выдаче ордера на арест президента России Владимира Путина, планировали какие-то политические последствия своего решения или действовали по чьему-либо указанию. Еще раз подчеркну, что это решение, скорее, создает дополнительные проблемы для лидеров западных стран. Речь идет об объективных политических последствиях этого решения.

Помимо усиления политической изоляции российского диктатора, я вижу два главных политических последствия ордера на арест Путина.

Во-первых, резко сужается пространство для маневра по отношению к политическим договорнякам о завершении войны в Украине. И вести переговоры (во всяком случае публичные и официальные), а тем более договариваться придется не с Путиным. Договариваться с государственным лидером, которого хочет арестовать Международный уголовный суд, будет неприемлемо и с правовой, и с моральной точки зрения. Критики могут сказать, что США тоже не признают юрисдикции Международного уголовного суда. Да, когда это касается граждан США. Но когда это касается Путина, то придется считаться с ордером на его арест.

Это не означает, что исчезает какая-либо возможность для переговоров по завершению нынешней войны России против Украины. Будут возможны и даже необходимы переговоры о завершении боевых действий, а затем и об урегулировании различных конфликтных вопросов. Но это будут переговоры и договоренности без участия Путина. И главное — не может быть и речи о каких-то принципиальных уступках именно кремлевскому диктатору. Компромиссов с ним уже не может быть.

Во-вторых, Путин оказывается (хотя бы в правовом смысле) в ситуации крысы, которую загоняют в тупик. И именно это наиболее проблемная ситуация, которой пытались избежать западные лидеры.

Вопрос, волнующий всех: а как Путин будет реагировать на такое решение? По всей видимости, и в РФ об этом сказали сразу, они не будут его признавать. Но придется считаться с ограничениями в результате этого решения. Не приведет ли это решение к усилению агрессии со стороны России, исчезновению всех красных линий для Путина? Так абсолютное большинство красных линий Путин уже нарушил. Есть единственная весомая красная линия, которая остается — использование ядерного оружия. Однако это путь к самоуничтожению и самой России. И "старший товарищ" в лице Китая будет против применения ядерного оружия. Китайский лидер наверняка политически поддержит Путина в нынешней ситуации, однако не более того. Наиболее вероятный сценарий — переход путинского режима в глухую и агрессивную оборону.

Если подытожить, то пружина военно-политического конфликта не только между Украиной и Россией, но и между Западом и путинской Россией, еще больше закручивается, к этому противостоянию добавляется значительная правовая составляющая. Образно говоря, Путина загоняют в международно-правовую и политическую резервацию. Из этой резервации Путин может воевать против Украины, может плевать ядом (в прямом и переносном смысле), делать разные агрессивные акции, и угрожать ядерным оружием, но выйти уже не сможет.

Источник