Донецк будет украинским, и это наши планы на будущее – боец батальона "Свобода"/Воин рассказал о ситуации на фронте и атаках россиян в районе Бахмута и Авдеевки

Бои на Донецком направлении - одни из самых ожесточенных по всей линии фронта. Враг захватил часть Бахмута и постоянно атакует Авдеевку в надежде окружить город. Однако украинские защитники держат оборону и убеждают, что ни Бахмут, ни Авдеевка россиянам не по зубам. Более того, наши воины имеют определенные успехи в районе Водяного неподалеку от оккупированного Донецка. Что происходит в Бахмуте сейчас, какая ситуация в Авдеевке и о надеждах на освобождение Донецка рассказал в эфире Апостроф TV боец батальона "Свобода" Ярослав Лысенко.

– Что можете рассказать о ситуации на Донецком направлении?

– Если коротко, действительно враг занял определенную часть Бахмута, это уже не новость. Враг занял промзону, дающую ему немножко закрепиться в Бахмуте. Город – как я считаю, как наше руководство считает – сдавать нельзя, потому что нам придется его очень быстро освобождать. А освобождать его, не разрушив его дотла, после орков будет невозможно. Поэтому мы стараемся город не отдавать. Ключевые точки – то есть центр, знаковые места, которые они могли бы использовать для своих пропагандистских намерений - мы контролируем.

Конечно, туда уже не ездят ни наши, ни их репортеры. Их репортерам нечего снимать, они могут только в частном секторе Бахмута снять и еще на предприятии, которое находится на западе, которое они заняли несколько дней назад. Но ничего, держимся. Ребятам, которые сейчас в окопах, туго, потому что температура очень сильно упала и стало холодно, как зимой.

Читайте также: ВСУ оттеснили россиян от "дороги жизни" под Бахмутом: карта

Думаю, Бахмут удержим, как и села вокруг него. Напомню, что Бахмут – это не только город, в котором рубятся наши с орками, но и прилегающие территории. Пожалуй, больше 100 км, потому что Бахмут окружает огромное количество деревень, в которых стоят наши ребята и не дают подойти вплотную, взять город в осаду и потом занять его. Все держатся, все высоко мотивированы, никто не собирается сдавать Бахмут. Отходные пути, которые раньше были в районе Хромового, все существуют. Сейчас немного подморозило, стало немного легче передвигаться, хотя и тяжелее в окопах. Но ничего, все все выдержат, и Бахмут будет украинским.

– Вы вспомнили о журналистах. Недавно от некоторых украинских СМИ звучали претензии о том, что не пускают снимать в зону боевых действий в Бахмуте, мол, это притеснения журналистов. Каково ваше мнение по этому поводу?

– Я с огромным уважением отношусь к журналистам, которые освещают с передка, но это довольно опасная игра. Журналистская деятельность и работа это одно, а то, что можно потерять в одну секунду не только бригаду журналистов с операторами, но и сопровождающих их ребят, а это целая компания…

Я несколько раз имел честь ездить с журналистами, с мэром Киева в Бахмут, чтобы показать всей стране, что Бахмут украинский, что мы все контролируем и все хорошо. На сегодняшний момент это уже граничит с безумием – заехать в Бахмут, чтобы сделать фотографии у самолета или в центре города. Не то что может что-то прилететь: враг уже находится на расстоянии выстрела не только из гранатомета, но и подствольного гранатомета. Журналисты нам, как и воины, нужны живыми, чтобы дальше освещать наши успехи на фронте и в дальнейшем – преуспевающую Украину. Поэтому мы их бережем так же, как и бойцов.

Если есть реальная опасность для жизни, то рекомендуем не ехать и отказываем в визитах в такие точки как Бахмут. На сегодняшний момент Бахмут является точкой, которая не только постоянно обстреливается, но действительно физически опасна для тех, кто не имеет отношения к его обороне.

– Не связано ли это еще и с дополнительной ориентировкой врага? У нас были примеры, когда журналистское сообщество сообщало о контрнаступлении в каком-то регионе Украины за три дня до того, как оно начиналось, тем самым сообщая вражеской стороне, что оно будет. Или, например, появлялись сообщения о выводе войск из Северодонецка, а они находились там. Таких примеров немало, и это тоже оказывает влияние.

– Да, к сожалению. Информационная гигиена гигиеной, но людям хочется каких-то свежих новостей. Свежие новости узнают у солдат и офицеров. Некоторые могут проговориться, не обозначив, что эта информация абсолютно секретна. И это может нанести ущерб нашим наступательным или оборонительным действиям в данном направлении. Знаете, и деньги любят тишину, и такие наступательные операции. Тем более относительно убийства врага, они должны происходить в тишине. Если журналисты не поездят какую-нибудь неделю, ничего не изменится, мы потом им отчитаемся.

Думаю, новости будут еще интереснее, потому что мы все собираемся и ожидаем того, когда мы уже начнем наступательные действия и освободим не только Бахмут, но и Донецк, который от Бахмута находится в 70 км, а от линии столкновения в Авдеевке – пожалуй, не более 15 км. Еще одна из хороших новостей – мы практически снова контролируем Водяное. Это наши ребята нам передают, которые там воюют. Водяное – это окружная дорога с городом Донецк, то есть мы недалеко от него отошли, можем снова его штурмануть, как в 2014-15 годах. И снова Бахмут и Донецк будут украинскими, и у них не будет "столицы" их недореспублики. У нас есть такое большое желание, у воинов, которые с 2014-го года воюют особенно. Они сражались в Песках, в Водяном, под Донецким аэропортом. Таковы планы на будущее, и журналисты нам нужны, чтобы они освещали наши успехи в том числе.

– Какая сейчас ситуация в Авдеевке? Ее уже сравнивали с Бахмутом по уровню горячих столкновений.

– В Авдеевке очень сложная ситуация, которая, наверное, продолжается с 2015 года. Я был свидетелем, когда массово обстреливался еще работающий Авдеевский коксохим. На сегодняшний момент это огромная промзона. Это около 500-600 гектаров катакомб, хранилищ, промзон, в которой наши ребята очень умело работают. Промзона для нашего батальона и других – это находка. Это места, где можно отдохнуть, соответственно, грамотные бомбоубежища ядерного типа. Это очень много подземных ходов, это здания, защищающие нас.

– Если по размерам сравнить его с Азовсталью, больше ли промзона?

– Азовсталь – это сверхбольшое предприятие. Это, мне кажется, больше 1200 гектаров. Пожалуй, как треть Азовстали, может немного меньше, но коксохим – очень крупное, градообразующее предприятие. Благодаря промзоне, которую мы контролировали еще с 2014-15 года, мы контролируем на сегодняшний момент Авдеевку. Я думаю, Авдеевку мы удержим. Там угрозы даже полукольца нет. Будем дальше сражаться и победа будет за нами.

– В операционной зоне "Таврия" сообщили, что на Донецком направлении враг сосредоточил усилия на атаках украинских позиций как раз возле Авдеевки и Марьинки. То есть выходит, что они с одного направления перебрасываются на другое сейчас?

– Они смотрят, наверное, где меньше концентрация воинов, более слабые места, где мобилизованные части. У них ведь тоже разведка работает. По некоторым направлениям, откуда отошли на ротацию части нашей бригады, прямо в тот день или на следующий были окончены боевые действия. Они смотрят, кто против них сражается.

Они тоже нельзя сказать, что воюют бессмысленно. Хотя некоторые атаки и их системность атак на Бахмут мы считаем несовместимыми с современной военной доктриной и наукой. Но да, они немного исследуют и, я думаю, перебрасывают войска на те участки, где они могут прорвать оборону или создать нам какие-то дополнительные проблемы.