Почему в Европе украинцев лишают детей и как их можно вернуть

Координационный штаб по защите прав ребенка в условиях военного положения поручил Министерству иностранных дел обратиться с нотой в иностранные государства, куда были эвакуированы украинские дети. Цель обращения – перевести все случаи ограничений прав родителей и опекунов из юрисдикции страны пребывания под юрисдикцию Украины.

- К нашим детям должно применяться национальное законодательство. Органы иностранных государств должны понимать, что наши дети находятся за границей временно, - заявила вице-премьер Ирина Верещук.

За этой нестандартной, скажем так, нотой стоят драматические истории, когда в дружественных нам странах маленьких украинцев отнимают у мам и приемных родителей. Как это происходит и почему, узнавала KP.UA.

Синдром Мюнхгаузена

Оксана может видеться с сыном раз в неделю и ровно один час. Они не могут остаться вдвоем – рядом находится работник соцслужбы. Маме трудно расспрашивать сына, поскольку украинского или русского «контролер» не знает и требует говорить на английском. А мальчик владеет этим языком на уровне нескольких простых слов.

Девятилетний Савелий сейчас живет в кризисном центре. В январе этого года его забрали у Оксаны, чтобы… посмотреть, как ребенок будет чувствовать себя без мамы. Со стороны это кажется диким, но вполне укладывается в концепцию работы Jugendamt – немецкий аналог нашей службы по делам детей.

В Германию Оксана с сыном бежали от войны, как и миллионы других украинцев. Их родной Ирпень попал под жестокие обстрелы с первых дней полномасштабного вторжения. Среди вещей, которые взяли в дорогу, была медицинская карточка Савелия – мальчик проходил обследование и лечение в киевских клиниках.

Все помнят киевский вокзал и эвакуационные поезда в конце февраля – начале марта прошлого года. Но дорогу одолели. В Падеборне – городе на северо-востоке земли Северный Рейн-Вестфалия - сначала разместились у знакомой, а потом нашли отдельное жилье. На отношения с местными семья не жаловалась. Единственное, Савелию по разным причинам пришлось сменить несколько школ. Но главная беда – у него начались резкие боли в животе. Такие, что ребенок просто не мог ходить. Оксана снова бросилась по врачам.

- Ее большое количество обращений в немецкие лечебные учреждения было связано с историей болезни и назначениями, которые были даны в Украине, - говорит адвокат Ксения Проконова, которая сейчас оказывает Оксане консультативную и техническую помощь. – Но немецкие врачи не смогли определить причину недуга, а только выписывали обезболивающие препараты. Не подтверждали они и украинский диагноз (эрозийный язвенный гастрит. – Авт.). После очередного приема один из гастроэнтерологов, к которому Савелию дали направление, решил «диагностировать» его маму. В службу по делам детей он написал, что у Оксаны синдром Мюнхгаузена.

Диагностическое разделение

Синдром Мюнхгаузена заключается в том, что человек выдумывает болезни себе либо свои близким и постоянно требует лечения. Это компетенция психотерапевтов и психиатров. По нашим стандартам, гастроэнтеролог явно вышел за рамки своих полномочий. Однако его жалобу в Jugendamt  восприняли как должное не только в самой службе, но и в суде, давшем разрешение на изъятие ребенка.

- Доктор написал, что чрезмерным лечением я спровоцировала у сына психосоматические расстройства, которые и стали причиной болей, - говорит Оксана.

Женщина утверждает, что ей с сыном не предлагали помощь психологов или освидетельствование профильных врачей. И не ставили условий, выполнив которые она бы могла вернуть ребенка. Все произошло быстро и достаточно жестко. В одиннадцать вечера, якобы выбив дверь, в жилище мамы с сыном ворвались работники ювенальной службы и увели перепуганного мальчика.

- Это не лишение родительских прав, - объясняет адвокат Ксения Проконова. - В материалах дела речь идет о диагностическом разделении. Грубо говоря, ребенка забрали, чтобы разрушить связь между ним и мамой и проследить, будет у мальчика болеть живот или нет. Я не нашла ни одного немецкого документа, где был бы указан срок разделения. Единственное - в ответе Посольства Украины в ФРН на жалобу Оксаны говорится о шести месяцах.

По совету немецкого адвоката Оксана прошла обследование у врача, который владеет украинским языком. Он засвидетельствовал психическое здоровье мамы, но в том же выводе сказано, что клиника не уполномочена проводить экспертизы, направлять на них должен только суд. Мнение, дескать, частное.

- Ми просили помощи в Национальной социальной сервисной службе Украины, но они ответили, что вмешаются, когда суд будет на территории Украины. Это значит, что никогда, - продолжает Ксения Проконова. - Консул отказал Оксане во встрече, а в ответе посольства сказано, что они доверяют немецкой службе. Консульские учреждения по своим полномочиям вправе представлять интересы украинских детей за границей, но они этого не делают.

Немецкий адвокат Оксаны подала апелляцию на решение суда о «диагностическом разделении», но на этом ее услуги прекращаются, так как не оплачиваются. Ксения не может представлять интересы своей соотечественницы, поскольку у нее украинская лицензия.

Внучку отдали в монастырь

Это только одна история из десятков, если уже не сотен. Издали кажущаяся раем заграница вовсе не так проста. Там могут помогать, но однозначно не работает позиция «полюбите нас такими, какими мы есть».

Известен случай, когда в Италии власти разлучили девочку с бабушкой, отдав ребенка под опеку в монастырь. Матери стоило титанического труда вернуть дочку через суды. Потому что все генеральные поручения и прочие документы, выданные нашими компетентными органы бабушкам и дедушкам, в Италии не признаются. Вопрос опекунства решают только специальные суды. Ребенок «по доверенности» считается беспризорным.

И не только в Италии, а во всей Европе. Там не понимают, почему рудимент СССР - опекунский совет при рай- или горадминистрации - решает судьбу ребенка, когда есть цивилизованные суды. Все документы, привезенные за границу детскими домами семейного типа и приемными семьями, можно смело бросать в топку. И если в Польше пошли нам навстречу, назначая через суды временных опекунов, то в Германии у семьи киевлян изъяли троих детей. Двух родных родителям оставили, а приемных передали в немецкую семью.

- Папа чуть не полез в драку, когда пришли за детьми, так его двое суток продержали в полиции. Спасибо, не открыли уголовное дело за сопротивление. Сейчас там тоже идут суды. Мы из Киева искали немецких коллег, которые взялись бы помогать, - рассказал адвокат Алексей Сиротин.

Вы наказываете детей? Да…

И не только, даже не столько документы могут играть роль. Проблема в том, что мы едем в Европу со своим уставом и твердо уверены, что так надо. В Украине мы свободно можем накричать на учителя, если с ребенком что-то не так, натопать ногами в кабинете врача, потому что «мама лучше знает свою кровиночку». Для нас - это поведение, не вызывающее последствий. Для той же Германии – нонсенс. И для Дании, и для Швеции, Швейцарии, где также изымают детей.

Потому что мама с таким поведением может быть психически нездорова, а значит, есть опасность для ребенка. И не дай бог маме возмутиться или отказаться, если ей предложат принести справку от психолога, пройти корректирующий тренинг или подлечиться у психиатра. Это не совет, а указ прямого действия. Невыполнение грозит лишением родительских прав. И даже навсегда, если женщина проявит строптивость.

Показательный случай был описан на христианском сайте «Слово про слово». Семья баптистов Бычковых из Марганца эвакуировалась в Германию с 13 родными детьми. В местной школе у старших мальчиков начались проблемы. Когда служба по делам детей навестила родителей и спросила, наказывают ли они детей, папа простодушно ответил: «Да».

После этого в школе украинцев ежедневно осматривали на предмет синяков. Нашли ли что-то или нет, мы не знаем, но спустя время приехали представители Jugendamt и всю «чертову дюжину», начиная от 4-месячного младшего и заканчивая 16-летним старшим, увезли в детский дом.

Эта история закончилась благополучно – вернуть детей помогло поручительство местной религиозной общины. Но в семье сейчас только 12 ребятишек. Одного из мальчиков, имеющего инвалидность, суд оставил под немецкой опекой вплоть до возвращения в Украину.

Если один дома

Сейчас ходят разговоры, что Европа, пользуясь нашим положением, открыла охоту за украинскими детьми, дабы улучшить свое демографическое положение.

- Это ерунда, - говорит Ирина, много лет прожившая в Германии. – Забирают у всех – и у европейцев, и у азиатов, и у мусульман, если поступит жалоба. Так было всегда. Просто сейчас поток беженцев очень велик, потому участились случаи именно с украинцами.  У немцев тоже детей забирают, если поступит жалоба, а они друг на друга любят «стучать». Тут такие же люди, как и везде, и тоже наказывают детей. Но это скрывают в стенах дома, а на публике демонстрируют полную толерантность к своим чадам, порой ведущих себя безобразно. В отличие от украинок, которые могут и за руку ребенка дернуть, и накричать на него, и подзатыльник дать, и выпустить гулять на улицу одного.

Оставление детей без присмотра - одна из основных причин, по которой их могут забрать, да и забирают, под временную опеку. На первый раз предупредят, на второй или третий не станут слушать аргументы «я на работе», «денег на няню нет» и так далее. Ребенок, оставленный дома или на улице без взрослых, считается попавшим в зону опасности.

В интернете можно найти много таких историй. И не только в Германии, но и Дании, Швеции, Норвегии, Америке. Планка условно безопасного возраста не везде одинакова, в США она даже колеблется в разных штатах. Но в среднем это 12 лет.

- Когда мы приехали работать в университет Хьюстона, главной проблемой была 6-летняя дочка, - вспоминает Наталия Теценко, ныне доктор математических наук. – Нам помогли составить расписание лекций так, что мы с мужем фактически сменяли друг друга. Но все равно оставались полчаса, когда дочка должна была находиться дома одна. В Киеве мы оставляли ее ненадолго и в 5-летнем возрасте, за девочку не волновались. Но здесь очень боялись, что соседи заметят, как один из нас выходит из дома на полчаса раньше, чем приходит второй.

Так что знаменитый фильм «Один дома» всего лишь веселая сказка. В жизни родителям, недосчитавшимся детей, ой бы как не поздоровилось!

Консул – не волшебник

Юристы, активисты, общественные организации, занимающиеся делами беженцев, в один голос советуют бежать в посольства и консульства, если возникли проблемы со службами по делам детей. Дают телефоны и адреса. И мамочки бегут, звонят, пишут! Но в большинстве случаев возвращаются с тем же эффектом, что и Оксана. То есть с огромной обидой на украинских дипломатов, которые не хотят защищать их права.

Увы, убеждение, что «родина не бросит» - это тоже миф. Построенный на легкомыслии.

- Люди хотят, чтобы их освободили от ответственности за правонарушение. Потому что, с точки зрения наших граждан, они все делают правильно, а с точки зрения закона и общества, в котором сейчас находятся, это нарушение, а возможно - даже преступление. Много есть видов наказаний. В том числе и изъятие ребенка либо даже лишение на него прав, - говорит народный депутат, бывший генеральный консул Украины в Стамбуле Богдан Яременко.

Он подчеркивает, что консул не является судьей, полицейским или адвокатом.

- У консула нет никаких процессуальных прав. Он может только контролировать соблюдение прав граждан Украины: нарушаются ли относительно них законы, предоставляется ли возможность защитить себя в соответствии с конвенциями. Но речь не может идти о помощи в уклонении от ответственности. Консул может предоставить консультацию – как правильно действовать, как получить правовую помощь. Если знает, может подсказать контакты адвокатов, которые ведут подобные дела. Хотя не факт, что он их знает.

И отказ консула от личной встречи, по словам нашего собеседника, имеет оправдание.

- У нас при каждом посольстве один – два консула, а людей, которые хотят их внимания, может быть десятки тысяч. И эти люди желают, чтобы за них решили проблему, которую она сами создали. Потому что не поинтересовались законами, которые действуют в стране, не выучили правила общепринятого здесь поведения. Вот эта ситуация с детьми возникла ведь не сейчас. Так было всегда, были претензии социальных служб к мамочкам, были изъятия. Я не говорю, что все консулы белые и пушистые, кому-то легче отказать, чем что-то сделать. Но они уж точно не волшебники.

Резюме...

…сделаем краткое: прежде чем ехать в чужую страну или сразу по приезде зазубрите все законы, все нормы этикета, все требования. И старайтесь держать себя в руках при любых обстоятельствах.

А чтобы не было так за себя обидно, расскажем, что в Швейцарии под риск остаться без детей попадают часто итальянцы. Они громко разговаривают, размахивают руками, вопят «Мамма миа» по поводу и без. Местные принимают это за ссору между родителями и сигналят в соцслужбу, что ребенок в опасности.

Вопрос ребром

Пойдет ли Европа навстречу Украине?

Роман Марченко, старший партнер юридической фирмы «Илляшев и партнеры», эксперт по международному праву:

- Посыл у Ирины Верещук правильный, идея хорошая. Среди наших клиентов тоже есть приемная семья, у которой забрали детей, мотивируя это тем, что неправильные документы. Другое дело, сработает ли нота МИД на практике. Не факт. Ребенок, вывезенный в другое государство, подлежит юрисдикции страны нахождения. Законодательство строится не по национальному принципу, а по территориальному. Невозможно, чтобы для нас сделали исключение, а для всего остального мира оставили прежние правила.

Приведу примитивный пример: если в Украине где-то можно ездить 120 км/час, а в Европе в тех же условиях 80 км/час, то никто не позволить законно превышать скорость только потому, что вы гражданин Украины.

Но работать дипломатам по вопросам защиты наших детей и родителей надо. Послабления могут сделать.

Как минимум - временно признать выданные в Украине документы на опеку, смягчить некоторые требования. Ирина Верещук права, когда говорила, что наши дети - не переселенцы. Они беженцы, и как только опасность исчезнет, покинут страну пребывания.