Три вопроса, на которые боятся отвечать украинские банкиры: эксперты дали свои объяснения

Пока в Украине продолжается полномасштабная война, банковская сфера и те дела, которые в ней происходят, остаются в тени. А, между тем, есть ряд проблемных вопросов, ответы на которые, похоже, не может датьни один банкир в Украине.

Деньги. Фото из открытых источников

Речь идет о таких вопросах.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы первыми узнать о самых важных событиях!

1. Доля государства в банковской системе больше 50%, зачем мы строим госмонополию? Каким должно быть оптимальное количество банков для Украины в корпоративном секторе и секторе работы с физлицами? 

2. Банкопад имени Гонтаревой – нужен ли он был? 

3. Стабкредиты, которые не вернули, – почему никто не понес ответственность: Надра, ВАБ, Финансы и Кредит и другие.

Издание "Комментарии" обратилось с этими вопросами к экспертам, чтобы прояснить ситуацию.

Правовое поле не позволяет банкирам спорить с НБУ

Экономист, член общества финансовых аналитиков, экс-член Совета НБУ Виталий Шапран поделился таким комментарием:

Приводим также ответы Виталия Шапрана на вышеприведенные вопросы.

1. Практика США показывает, что государству нет места в банковском секторе. Даже то, что они национализировали в момент ипотечного кризиса в США 2008-2009 гг., очень быстро продавалось частным инвесторам. У нас же госбанки местами превратили в дыры, через которые вымывались бюджетные деньги. Было это и при Януковиче, и при Порошенко. С реформой набсоветов банков этот процесс приостановился, но государству лучше было бы продать эти активы с молотка, поскольку велики риски, что этим активам нужна будет докапитализация. Также создалась сама по себе идиотская ситуация, когда банки одного и того же акционера конкурируют между собой, тратя уйму денег на рекламу, маркетинг, продвижение продуктов, блокирование действий друг друга. Что само по себе нельзя считать нормальным.

2. Что касается банкопада имени Гонтаревой, то скорее нужен был не такой подход, а реформа банковского сектора. На рынке были банки, которые работали по схеме финансовых пирамид, были банки с дырой в балансе и откроенные помойки. Под влиянием макрофинансовой нестабильности пустили под нож всех подряд, даже тех, кого можно было спасти и потом продать частникам. Все это рекламировалось нашим западным партнерам как великое достижение. На самом деле хорошая идея в дебильном исполнении в перемешку с коррупционными интересами привели к ослаблению конкуренции на банковском рынке и росте государственной доли в банковской системе. Надеюсь власти не дадут повториться этим событиям в банковском и страховом секторе. Оба сектора требуют реформ, но без кровавых последствий для рынка ы убытков для госсектора.

3. Касательно стабкредитов и ответственности – это больше вопрос к силовым структурам, прокурорам и судьям. Добавлю лишь, то, что, наверное, не зря под НБУ часто можно было увидеть авто элитных марок: Мазератти, Майбах, Роллс-Ройс и т.д.

Нацбанк потихоньку, используя документы, которые имеет, продолжает доводить свою правоту в судебных инстанциях

Экономический эксперт, президент Инвестиционной группы "УНИВЕР" Тарас Козак оказался тем самым представителем банковской сферы, который согласился ответить нашему изданию на неудобные для многих вопросы.

1. Не государству, не НБУ определять, сколько у нас должно быть банков, а бизнесу. Если есть идеи, под которые можно создать банк, если он может спокойно функционировать и обеспечивать нормальное обслуживание клиентов, быть прибыльным, значит, ему место на рынке. И хорошо, если банков много, если они работоспособные. Системные же финансовые учреждения имеют как плюсы, так и минусы. Когда системный банк падает, государству приходится подставлять плечо. Потому что падение такого банка – это угроза для экономики всей страны. И именно таким образом в руках государства оказались те же Приватбанк, Родовид и так далее. Их пришлось национализировать, увеличивая тем самым долю государства на банковском рынке. При ликвидации же таких банков пострадало бы множество их клиентов.

Оптимальную же долю державы в банковском секторе определить сложно. И это точно не государству решать. Но, на мой взгляд, одного системного (государственного) банка, через который можно проводить какие-то чувствительные, в какой-то мере секретные операции (финансирование той же оборонки), было бы достаточно. Все остальные банки вполне могут быть частными либо частными с небольшим государственным или муниципальным участием.

К сожалению, для нашего неэффективного госуправления, банк – это скорее угроза, нежели возможность. И чем меньше угроз в виде госбанков, тем лучше.

2. Так называемей банкопад имени Гонтаревой – это, на самом деле, очистка банковской системы от того, что называлось банками, но таковыми не являлось. За вывесками некоторых "банков" скрывались откровенные схематозы, переправка денег за границу, отмывание их, возврат НДС и так далее. Нередко это были просто "пирамиды". Тот же Коломойский, создав "пирамиду" под названием Приватбанк, сумел захватить значительную часть украинского бизнеса. Исключительно за счет депозитов вкладчиков. Тогда как в самом банке средств не было. Аналогичным образом действовал банк "Финансы и Кредит" Жеваго. Собрал средства с населения, купил себе несколько крупных предприятий. А в банке денег не было. И он ни с кем в итоге не рассчитался. Есть еще немало подобных историй появления украинских олигархов.

И когда, наконец, в НБУ появилась ответственная власть во главе с Гонтаревой, она то, что не было банками в изначальном смысле этого слова, просто почистила. Заставила их либо стать банками, либо исчезнуть. И, конечно, за это вся тогдашняя так называемая "банковская элита" Гонтареву возненавидела. Ведь она отобрала у них незаконный инструмент обогащения. 

В итоге на тогдашнюю главу НБУ началась страшная медийная атака. И не только медийная. Были поджоги дома, машины. Угрожали ее жизни. Носили гроб с ее фамилией вокруг НБУ. Так олигархи сопротивлялись попыткам Гонтаревой очистить банковскую систему. Но она своего добилась. Последним штрихом стала национализация Приватбанка. После чего наша банковская система стала относительно чистой, надежной и состоятельной. Доказательство чему – то, что ни ковид, ни широкомасштабное российское вторжение не повлияли на надежность украинской банковской системы. Та продолжала работать, выдавались вклады. Можно уже смело говорить, что украинские банки – выстояли. Чего бы не произошло, если бы не было той самой чистки рынка в 2014-2016 годах.

3. Никто не понес ответственности, потому что судебная система до конца не очищена. Тот же Коломойский до недавнего времени выигрывал все суды в Украине, проигрывая их за границей. Но ситуация меняется. Буквально на прошлой неделе Коломойский, наконец, проиграл апелляцию или кассацию в Верховном суде.

Нацбанк потихоньку, используя документы, которые имеет, продолжает доводить свою правоту в судебных инстанциях. Активы забираются и у Коломойского, и у Жеваго, и у Бахматюка, и у ряда других схематозников, которые, пользуясь банковской лицензией, каким-то непонятным образом получали стабилизационные кредиты. Есть подозрение, что без коррупции не обошлось. И что изначально они не собирались рассчитываться за эти кредиты. В этих делах должен поставить точку суд. У Нацбанка нет полномочий, которые позволили бы вернуть эти средства. Как показывает практика, когда олигархи теряют свои активы, дела в суде движутся в справедливом направлении. Я оптимист и считаю, что в итоге все схематозники будут наказаны, а средства вернуться в НБУ.

Ближе к завершению войны можно снова возвращаться к планам по приватизации госбанков

Представитель Экономической экспертной платформы Олег Гетман также предоставил ответы на вопросы издания "Комментарии".

1. До начала полномасштабной войны был согласован план по минимизации доли государства в банковском секторе. Должен был быть обязательно приватизирован Приватбанк, в акционеры Ощада войти иностранные организации. Но с началом военных действий в 2022 году эти планы были временно заморожены. Главной целью стало удержать банковский сектор во времена информационной, финансовой и экономической войны. Поэтому высокая доля государства в банковском секторе во время войны стала скорее преимуществом, чем недостатком. С этой задачей – выстоять – банковский сектор в 2022 году справился. Большинство банков даже получили прибыль. Ближе к завершению войны можно снова возвращаться к планам по приватизации госбанков.

2. Во время председательства в НБУ Валерии Гонтаревой было проведено реформирование банковского сектора. Все банки, которые занимались серыми схемами, "пылесосили" депозиты и выводили средства за границу и т.д. – были выведены с рынка. На рынке остались только "здоровые" банки, пережившие и ковид, и даже полномасштабную войну, что свидетельствует об их качестве и качестве проведенной в 2015-2016 годах реформы. Конечно, множество закрытых банков-схемщиков, банков-пылесосов остались крайне недовольными действиями властей, которые прекратили их "серый" бизнес. Поэтому они уже много лет распространяют фейки относительно событий тех времен.

3. Что касается ситуации с не возвращением стабкредитов и отсутствием ответственности за это – тут вопросы к органам правопорядка.

Читайте также на портале "Комментарии" — как идет подготовка к контрнаступлению ВСУ – почему столько шума, прогнозов, "сливов".