Как конспирология всех пугает

Пропаганда всегда купается в победе, поэтому массовое сознание ей поддается, там ему удобнее. Поражение никому не нужно, но именно там история прячет свои подсказки. Пропаганда тоже может объяснить поражение, но тогда она становится конспирологией, поскольку достает в качестве работающего инструментария нечто несуществующее.

Конспирология «обожает» только врагов, причем особое внимание уделяется как раз врагам «вечным», которые «мучают» человечество с древности. Заговор — это всегда захватывающе и интересно. А есть ли он на самом деле — никто не знает. Но это все равно вариант ответа на вопрос. Ответ возможный, но никто не знает, насколько он правильный.

Пропаганде тоже нужно хорошенько попугать, чтобы сплотить население вокруг власти. Она одна может стать спасителем.

Дезинформация и фейки тоже эксплуатируют наши страхи. Это другой страх, чем тот, который излучают «спецслужбы», отслеживающие слова и поступки, которые отклоняются от единственно правильной линии власти.

Все это в сильной степени связано и с тем, что власть нуждается в инструментарии объединения и сплочения населения. А это возможно только с опорой на эмоции. Интеллектуально мы можем быть очень разными, а вот эмоционально — очень сходными, поскольку эмоции из древности, а интеллект — из современности. Вспомним, что «ужастики» привлекают всех, потому и столь популярны. Мы бросаемся на подобные фильмы, например, поскольку мир стал слишком предсказуемым и спокойным. Но биология заставляет нас быть готовыми к любому повороту событий, поэтому и «наш бронепоезд стоит на запасном пути». Человек, сидящий в кресле перед телевизором, может проигрывать страхи и захватывающие приключения, которых лишила его современная комфортная цивилизация. А биологически он еще человек из старого мира, где надо либо кусать, либо убегать. И кругом враги…

Наш мир строится вокруг проблем, требующих решений — немедленных и долговременных. Многие из этих проблем приходят не со стихийными бедствиями, а создаются руками самих людей. Украину объявили такой проблемой для России, и теперь весь мир находится в состоянии повышенной боевой готовности в ожидании пока Россия придет в себя и поймет, что главный враг все же не вне, а в себе самой.

По распространенной теории все бюрократические структуры и министерства создаются и «нарезаются» под решение конкретных проблем. Есть проблема — есть структура, чтобы было с кого спрашивать. Нет универсальных министерств всего, ведь каждое из них занято своим «ужасом» нашего бытия. На каком-то этапе деление по проблемам останавливается, мы не идем до того, чтобы сделать отдельное министерство, например, по купейным вагонам. Сталин создал Союз писателей, чтобы собрать вместе людей по сути одиночного труда, а писательство именно такое, чтобы они тоже подлежали какому-то управления. В Ленинграде в перестройку КГБ объединило всех самодеятельных музыкантов, чтобы не искать каждого по гаражам, а видеть каждого без особых усилий.

Конспирология должна пугать, а власть спасать. Слава власти и позор конспирологии. В принципе власть объединяет в себе эти две функции: пугать и защищать. Даже в 37 году власть, арестовывая, защищала население от врагов народа. И сейчас «иноагенты» выводятся из публичного поля по этой же причине. Они — люди, которые всегда были в центре внимания, их слова — слышны, поэтому такие люди даже потенциально опасны для власти.

Человеком без страха очень трудно управлять. Он не только может делать не то, что нравится власти, но и говорить «ужасные» вещи. Как объяснял начальник полиции в сказке Шварца, выходя подглядывать за гражданами в сапогах со шпорами, поскольку без них: наслушаешься такого, что потом всю ночь не спишь…

Он представитель системы управления страхом, но есть и другая система, которую Гуриев и Трейсман, называют манипулятивной:   «манипулятивные диктатуры опираются преимущественно на информационные манипуляции, нежели на репрессии и террор. Примерами здесь могут служить Сингапур при Ли Куан Ю и Венгрия при Викторе Орбане. В таких системах режим не убивает и не сажает в тюрьму тысячи своих политических оппонентов. Вместо этого он контролирует средства массовой информации, даже разрешая своим оппонентам публиковаться в нишевых изданиях. Он проводит регулярные выборы, но тайно управляет ими, чтобы обеспечить себе убедительную победу. Политическая оппозиция здесь преследуется и маргинализируется, но не запрещается окончательно. Лидер такого режима создает себе образ высокой компетентности и общественного служения и стремится добиться высокого уровня одобрения граждан, избегая при этом агрессивной риторики или явных репрессий, которые могли бы подорвать этот образ» [1].

И еще: «Контролировать современное общество с помощью манипуляций очень сложно. Тем не менее лидерам Сингапура это удалось. Одним из вариантов ответа российского режима на модернизацию общества могло бы стать еще более изощренное манипулирование. Однако Путин выбрал противоположный подход. Политический контроль стал более грубым и откровенно репрессивным».

Конспирология описывает мир как схватку скрытых врагов и открытых героев. Враги пытаются захватить все, но делают это так, чтобы никто не успел спохватиться. Конспирологи рисуют жесткие битвы в наших головах. Это все сложно проверить, поскольку покрыто мраком тайны, но очень популярно, поскольку невидимое всегда страшнее видимого. В темной комнате страшнее, чем в светлой.

Обсуждая эволюцию взглядов Путина, мы видим, что он медленно, но верно переходил на конспирологическую сторону. Война с Западом, под которую у него попала и Украина, стала базовым стержнем его мировоззрения, о чем постоянно пишет мировая пресса. Запад как враг является также привычной советской темой, в рамках которой жил СССР. Особо любил тему заговоров товарищ Сталин. Он побеждал своих врагов все время, поскольку враги были чаще ненастоящими, чем реальными, как и их заговоры.

Аналитики подчеркивают: «со временем Путин вытеснил из своего окружения экономических либералов, политтехнологов и даже менее радикальных силовиков. Вокруг него оказались только люди из группы «конспирологов», которые усилили эти инстинкты, — и эти мысли завладели его сознанием. Это личная история. Вся трагедия заключается в том, что целая страна пошла по исторически неправильному пути из-за психологической эволюции одного человека. Какие из этого можно извлечь уроки? Мы не можем предполагать, что авторитарные лидеры всегда будут принимать рациональные решения. И мы не можем искать способы защиты только лишь от угроз, которые кажутся нам рациональными. Нужно готовиться противостоять и бессмысленному» [2].

Пропаганда нацелена на влияние, а не на информацию. В результате информация становится вторичной, это инструментарий для того, чтобы повлиять в нужную сторону. Причем дело не в цензуре, а в создании нужной информации, которая сможет трансформировать реальность в нужном направлении. Эта информация может создаваться, отбираться, трансформироваться из другой.

Дезинформация или фейк не считаются таковыми, если говорящий человек сам верит в эту информацию. Они другие, когда человек специально искривляет описание ситуации, чтобы достичь нужного результата.

В конспирологию верят многие. Но вера в свои и чужие слова не всегда несет правду. Часто этим пользуются политики, чтобы склонить на свою сторону массовое сознание. И именно оно скорее эмоционально, чем рационально.

Конспирология опасна в руках политиков, поскольку они могут, опираясь на введенный страх, даже иллюзорный, проводить в  жизнь любые свои решения. Именно так Путин оправдал войну с Украиной: «Часовая лекция Путина про выдуманное государство Украина и накачку силами НАТО плацдарма для удара по России означала одно: конспирология, как рак, проникла уже на самый верх российской политической иерархии. Мир Путина — это, конечно, совершенная мифологическая виртуальная реальность из докладов спецслужб, отрывков пропагандистского военно-конспирологического порно и стереотипов ветерана холодной войны. Речь 30 сентября это только подтвердила: для Путина теперь война со всем миром — единственная забота, опрокинуть заговор американцев — дело чести [3].

Конспирология пытается большими заговорами объяснить даже малые дела. Важным для нее является возможность отрезать массовое сознание от реальности, от возможности возразить, ведь страшное тормозит наше мышление, поскольку дает возможность человеческие реакции переключать на биологические, а они простые и предсказуемые.

Кстати, сколько стрел было потрачено на конспирологические версии ковида, но однозначного ответа о его происхождении так и не было получено. Раз его нет, то раскрывается поле для конспирологии. Кстати, она выгодна и для власти, поскольку работает с причинами, которые никто не знает и на которые невозможно повлиять.

Конспирология по своей сути это победа над нашим разумом, поскольку позволяет спрятать рациональность за непроверяемыми рассуждениями. Американские биолаборатории стали таким непроверяемым фактом, который усиленно использует то, что можно обозначить как конспирологическая пропаганда. И обоснование войны с Украиной со стороны России все лежит в сфере конспирологической пропаганды, поскольку выставленные в качестве аргументов и цели денацификация и демилитаризация так и не получили доказательств. Эти характеристики были взяты с потолка. Их адекватно не могут раскрыть даже сами пропагандисты.

Интересно, что многие такие феномены, включая конспирологию и слухи, прячутся от нашего рационального взгляда. Это громкие обвинения, которые никто не собирается доказывать. Последний такой пример — радиоактивность, которую могут нести танки и снаряды, поставляемые в Украину, поскольку их броня якобы радиоактивна.

Вот одно из экспертных мнений, опровергающих подобные представления: «Путин либо сам неуч, либо просто пытается запугать неграмотный народ. У РФ и своих таких снарядов хватает, и не факт, что их уже не используют в Украине. В США после «Бури в пустыне» и потом после второй Иракской компании в прессе разгорелась истерия по поводу радиоактивного заражения местности от подобных боеприпасов. Эту историю раздували ветераны, которые хотели таким вымогательством отжать денег у правительства. Но никаких более-менее серьезных доказательств вреда представлено не было. Хотя были и статьи, и некие «экспертные» заключения, но все они имели ангажированный характер» [4].

Пропаганда агрессии всегда строится на отклонениях от правды, которые пытаются подать как истину в последней инстанции. По этой причине конспирология оказывается такой востребованной.

Теории заговоров так же вечны, как и человечество. Страхи всегда привлекают, Вспомним, что даже детские сказки насыщены ими, особенно их более ранние варианты, поскольку современные прошли уже культурную цензуру, а сказки прошлых веков вообще, как считается, функционировали для взрослых, а не детей.

Россия имеет свой набор наиболее популярных теорий заговора: «Бытующие в России теории заговора можно разделить на внешние, связанные с глобальными событиями, явлениями, фигурами («заговор масонов», «заговор 9/11»), и внутренние, привязанные к российской повестке («заговор историков»). И там и там есть конспирология политическая и повседневной жизни (заговор производителей – питания, лекарств, машин и проч.). Безусловный лидер десятки – так называемый «заговор историков против России». Это самый неоднозначный из всех анализировавшихся концепт, в котором соединены разные сюжеты, объединенные одной важной чертой – претензией к историкам в умышленной «фальсификации» и «искажении» российской, главным образом, истории со скрытой целью навредить России и приуменьшить ее величие. В явном виде ее сформулировал министр культуры Владимир Мединский, рассказавший в своей книге 2012 г. «Особенности национального пиара» о «заговоре историков», которые «воруют у нас историю», и с тех пор неоднократно пояснявший, что к истории у него подход простой: соответствие национальным интересам государства. Кто не согласен – «мрази конченые» ([5], см. также [6]).

И еще: «Остальные теории заговора в топ-10 идут с большим отставанием, ближайший конкурент «заговору историков» – «существование тайного мирового правительства», его рейтинг ниже в 3,7 раза (4249 против 15 730 очков у лидера). На третьем месте – «ВИЧ/СПИД выдуман», следом идут концепты, что «ГМО-продукты опасны» (но это скрывают), «планетой правят пришельцы/рептилоиды» (но это скрывают), «лунный заговор» (американцы не были на Луне), «прививки крайне опасны» (но это скрывают). Почти все теории заговора в топ-10 глобальные, второе исключение – концепт, что «голубое лобби разрушает духовные скрепы» в России (8-е место); девятым идет старая добрая идея, что Земля плоская. Замыкает десятку масонский заговор – это целый пучок конспирологических теорий, связанных с масонством, которые насажены на идею тайного общества, управляющего миром (госперевороты, революции, убийства влиятельных людей и проч.)».

К этому добавляют и пришедший вообще из художественной литературы «план Даллеса», который даже цитируют российские политики: «теория заговора США против СССР, который, несмотря на очевидную и доказанную историками подделку, продолжает волновать умы и сердца россиян в борьбе с внешними и внутренними врагами. За семь лет СМИ упомянули эту теорию в 3664 сообщениях (17-е место в рейтинге, рост в 10 раз), «инфоповоды» для этого были (в 2015 г. суд признал экстремистским материалом текст «плана Даллеса», что в 2017 г. не помешало обвинить в его реализации Навального), но рост в целом органический. Не держатся в СМИ без топовых спикеров концепты «заговора против РПЦ» и «ритуального убийства Николая II», между пиками популярности следуют глубокие спады» [6].

В нашем мире жить сложно. Конспирология, с одной стороны, упрощает наш мир, объясняя все своими истинами, с другой, делает мир еще страшнее. Человек вносит в мир свои, более внятные для него, причины и следствия. И этот более системный мир обладает уже своими дополнительными свойствами и характеристиками, которые отсутствуют в монографиях и учебниках.

Конспирологический мир вполне понятен, если мы можем откинуть свою рациональность: «Теория заговора объясняет любые события действиями влиятельных заговорщиков. Все происходит с какой-то целью, ничто не происходит случайно. Лозунг — «Ищи, кому выгодно». Термин «конспирология» означает то же, что и «теория заговора», только звучит более научно. Правда, конспирологами обладатели такой картины мира себя предпочитают не называть. Да и про заговоры говорят редко. Сейчас в моде слово «скептик». Проблема в том, что у таких взглядов — порой наивных, порой странных, а порой диких — часто есть последствия. Одни люди думают, что вышки 5G реально распространяют коронавирус, и идут их сжигать. Другие отказываются прививать детей, причем настолько массово, что ВОЗ впервые включила это в список угроз здоровью человечества. С появлением вакцины от COVID-19 это может стать еще большей проблемой» [7].

Конспирология бытует в нашем мире, поскольку массовое сознание не настолько рационально, как нам представляется. Это такой «атавизм», пришедший из прошлого, который время от времени прорывается в наше сознание. Упорядоченный мир представляется нам более спокойным и более адекватным. Жить в нем гораздо приятнее.

Однако страхи все равно наступают. Их «полки» разрушают наш мир спокойствия и тишины. Российское общество, например, подвержено действию таких страхов, которые носят наибольшее распространение: страх эпидемий, страх социальной изоляции, страх полной виртуализации социальной жизни, страх заводить детей, страх вмешательства в геном человека. Кстати, это вполне конкретные и осязаемые страхи для многих. И отнюдь не книжные.

А. Григорьева, например, так комментирует один из них: «Надо отметить, что страх социальной изоляции сегодня активно подогревается и обсуждается в обществе. И во многом, как мне кажется, это обусловлено нашим историческим наследием, воспоминаниями о железном занавесе и всех тех ограничениях. Поэтому перспектива новой изоляции вызывает тревогу — а вдруг мы снова всего этого лишимся? Но если эта тревога заполучает такой сильный, концептуальный размах, если человек начинает искать какие-то обоснования и подкрепления гипотетических ограничений свободы и начинает этого бояться, то в такой ситуации я вижу уже паранойяльный подтекст, начало бредовой концептуализации. Поэтому я бы назвала этот страх в некоторой степени искусственно создаваемым. Мне кажется, что большинство людей, живущих с тревогой о возможной социальной изоляции все-таки успешно справляются с ней. А если у кого-то на этом фоне и возникнет фобия, то только в том случае, если паранойяльные мысли совсем уж разгуляются» [8].

Мы разрываемся между желанием спокойствия и тягой к реальности, откуда извне на нас набрасываются проблемы. Как правило, массовое сознание очень сильно реагирует на нестандартные события, которые вызывают у него либо страх, что чаще, либо радость.

А. Архипова и Д. Радченко говорят в этом плане о фольклорной реакции массового сознания так: «Как правило, после резонансного социально-политического события возникает «фольклорная реакция» — пользователи социальных сетей начинают продуцировать юмористические тексты, сконструированные как «ответ» недовольной части общества на ту или иную реплику власти. Такой тип реакции особенно востребован в ситуации, когда отвечающие могут действовать только в символическом поле, а не на уровне политических жестов (см. концепцию «оружия слабых» Джеймса Скотта)» [9].

Давайте признаем, что мы живем как в мире вымышленном, так и в мире реальном. Часто в мире вымышленном мы пытаемся компенсировать многие отклонения мира реального. Все это нам нужно, чтобы сохранить баланс в нашей голове: реального и нререального, плохого и хорошего…

А. Фурсов в видит в конспирологии достаточно важный и распространенный компонент нашего общества. Он, к примеру, замечает такое: «конспирология — неотъемлемый элемент истории, социологии, политологии, политэкономии и т. д. Настоящий профессионал в этих областях должен быть еще и профессиональным конспирологом» [10].

И еще: «Конспирология — это, помимо прочего, всегда раскрытие секретов власть имущих, того, как реально функционирует власть, распределяются ресурсы, циркулирует информация. А поскольку истинная власть — это, как правило, тайная власть или явная власть в ее тайных действиях, тайном измерении, то ее анализ по определению имеет конспирологический характер. Конечно же, имеется в виду не конспирология в одиозно — традиционном смысле как поиск заговорщиков, а, если угодно, политическая экономия заговора».

Или такое: «масонские и иные тайные общества были наднациональными (это объективно противопоставляло их государству, к тому же становившемуся все более массово ориентированным, открытым и публичным), что соответствовало экономическим и социальным интересам верхушки мирового капиталистического класса и особенно буржуазии. Таким образом, Заговор стал формой самоорганизации старых и новых групп Европы как мир — системы (а с середины XIX века — как мировой системы) XVIII — первой половины XIX веков по отношению к государству и массам — как на внутринациональном, так и на мировом уровне — в борьбе за власть, ресурсы и информацию в постоянно меняющихся и усложняющихся условиях. При этом роль и значение буржуазного сегмента постоянно усиливались, переплетаясь с аристократическим, — внешне при сохранении прежних форм» (там же).

Из этого можно сделать только один вывод, к сожалению: нет правды в мире, есть только конспирология, а это в свою очередь тоже можно отнести к конспирологии. Но несомненно и то, что причины конспирологии спрятаны в нас самих, что это часть нашей психологии. Можно как угодно долго готовить нас рационально, но конспирология все равно окажется сильнее, особенно новая.

Тем более сегодня, когда новые медиа облегчили и ускорили «погружение» массового сознания в мир конспирологии. Раньше для этого надо было потрудиться, теперь достаточно одного удара по клавише.

М. Блюме пишет: «В настоящее время посредством Интернета в конспирологические идеи можно погрузиться буквально за одно мгновение. Однако для того, чтобы стать твердым сторонником теорий заговоров, необходимо время. По этой причине большое значение имеет как раз работа с молодыми людьми. Что касается взрослых, то конспирологические убеждения могут укорениться в них настолько, что станут частью их личности. Речь тогда может пойти об изменении ориентиров, мировоззрения и социального окружения. С религиозно-психологической точки зрения это можно сравнить с выходом из секты» [11].

Европейская комиссия создала даже целое руководство по конспирологии, что говорит и о распространенности этого явления и там. И сделано это было в связи с ковидом [12]. То есть работает все та же модель. Новая опасность порождает новую конспирологию, захватывающую массовую аудиторию. И ни какое опровержение не будет работать, поскольку оно не только не будет убедительным, а просто это разные аудитории: в конспирологию готовы погрузиться те, кто не читают опровержений.

Мы также можем воспользоваться их определением конспирологии: «Вера в то, что определенными событиями и ситуациями тайно манипулируют мощные силы с негативной направленностью».

Кстати, именно «негатив», который каждый раз спрятан в теории заговора как раз и является столь привлекательным и интересным для массового сознания. Отсюда, как следствие, подверженность распространения этих теорий, их активная жизнь в рамках коммуникаций массового сознания.

В. Спиридонов сформулировал некоторые факторы, способствующие тому, что можно обозначить как «неопровержимость теории заговора». Он пишет: «если сторонники научных теорий обычно исповедуют критическую установку по отношению к фактам, стремятся к их многократной проверке разными способами и поиску возможных слабых мест в своих и чужих объяснительных моделях (по крайней мере так устроен способ действий и позиция научного сообщества), то поклонники теорий заговора, наоборот, настроены на подтверждение своей позиции, т. е. на максимально широкое и последовательное объяснение человеческих действий или событий с  с  помощью ограниченного набора причин. Кроме того, они склонны интерпретировать свою позицию как «окончательную правду»,, т. е. самое правильное и  неопровержимое объяснение, целиком соответствующее реальности» [13].

Отдельный человек может жить в мире маленького обмана, но массовому сознанию нужен большой обман. И чем он больше, тем сильнее это будет распространяться между людьми. Ложь разного вида является неотъемлемой частью таких коммуникаций. Страх, эмоции, ложь создают «клубок» противоречий, который некому распутать, поскольку опровержения, как известно, не столько реально опровергают, как распространяют более широкой аудитории то, что ими пытаются опровергнуть.

Приблизительно по такой же модели протекает возникновение и распространение мемов. М. Алюков пишет о таком контексте: «Мем — это ответ на вопрос о бедности внимания и богатстве информации, он худо-бедно позволяет осуществлять коммуникацию в мире плотного информационного критического шума, поскольку: а) выделяет информацию через ее сгущение и уплотнение в картинке, коллаже или фразе; б) привлекает к ней внимание за счет функции остроты» [14].

Заговор — это всегда не только страшно, но и интересно. Трудно удержаться от того, чтобы не заглянуть за кулисы мира или страны. Тем более мы всегда стараемся переложить вину на другого, чтобы оправдать наше собственное бездействие.

Наш мир беден на захватывающие событие, способные управлять массовым сознанием. Революции в нем редки, и они слишком серьезно меняют социальные структуры. Зато конспирология хоть и страшная, но вполне домашняя теория.

Массовый человек — это молчащий человек. Толпа может действовать только в физическом пространстве, ее проявления там чаще деструктивны. Она способна рушить, а не строить. Говорить могут единицы, а толпа может только внимать этим словам. Конспирология — это мысли толпы, говорящей сама с собой.

Слух, анекдот, конспирология — все это реакции массового сознания на странные, то есть отклоняющиеся от нормы, события нашего мира, позволяющие упорядочить их под существующие правила нашего мозга, массового видения мира. То, что было непонятным или неясным, проясняется, из неправильного становится правильным, то есть предсказуемым. И массовое сознание теперь спокойно, мир вновь обретает системность, которой на самом деле нет. И, кстати, это более страшный мир, чем мир газет и телевидения.

Литература

1. Трейсман Д. Обратная эволюция манипулятивной диктатуры https://re-russia.net/expertise/026/
2. Ицкова А. Диктаторы по всему миру следят за этой войной https://novayagazeta.eu/articles/2023/04/08/diktatory-po-vsemu-miru-slediat-za-etoi-voinoi
3. Яблоков И. Теория большого заговора https://www.wilsoncenter.org/blog-post/teoriya-bolshogo-zagovora
4. Александров Г. Критический уран https://novayagazeta.eu/articles/2023/03/22/kriticheskii-uran
5. Рувинский В. Почему теории заговоров набирают популярность https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2018/05/11/769142-teorii-zagovorov-populyarnost
6. Михайлов К. Теории заговора: конспирология от древности до наших дней https://levelvan.ru/lectures/show/613
7. Акимов П. Почему люди верят в теории заговора https://trends.rbc.ru/trends/social/5ed01d3d9a79470313e28c79
8. Олиярник Е. Тренд на новые фобии: какие страхи будут преследовать нас после COVID-19 https://trends.rbc.ru/trends/social/5eecfc569a7947f757c5a099
9. Архипова А., Радченко Д. Зачем рассказывать анекдоты? От корпусного анализа к социологии фольклора // Методы и концепции в фольклористике, антропологии и социолингвистике (конец XX — начало XXI века) Материалы XVI Международной школы-конференции по фольклористике, социолингвистике и культурной антропологии. — М., 2016
10. Фурсов А. Конспирология — веселая и строгая наука https://rikmosgu.ru/publications/3559/4210/
11. Блюме М. Интервью о конспирологических мифах https://www.bundesregierung.de/breg-de/themen/umgang-mit-desinformation/%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B2%D1%8C%D1%8E-%D0%BC%D0%B8%D1%84%D1%8B-1911124
12. Identifying conspiracy theories https://commission.europa.eu/strategy-and-policy/coronavirus-response/fighting-disinformation/identifying-conspiracy-theories_en
13. Спиридонов В. Ф. Конспирологическая картина мира, или Как устроена теория заговора.— М., 2019
14. Алюков М. Часы патриарха, или Мем как иллюкутивное убийство критики https://syg.ma/@daria-pasichnik/maksim-aliukov-chasy-patriarkha-ili-miem-kak-illokutivnoie-samoubiistvo-kritiki

Данный контент и создание рубрики «Все о пропаганде» стало возможным благодаря помощи американского народа, оказанной через Агентство США по международному развитию (USAID) и было подготовлено редакцией Rezonans.Asia (ОФ AIN Citadel) в рамках Центральноазиатской программы MediaCAMP, реализуемой Internews при финансовой поддержке USAID. ОФ AIN Citadel несет ответственность за его содержание, которое не обязательно отражает позицию USAID, или Правительства США, или Internews