Год Рамштайна: как работает машина помощи Украине

Сегодня на американской военной базе Рамштайн в Германии состоится очередная встреча министров обороны и начальников генеральных штабов 50 стран. Председательствует глава Пентагона Ллойд Остин. Украинскую делегацию традиционно возглавляет министр обороны Алексей Резников.

Также будет присутствовать вернувшийся из Киева Генсек НАТО Йенс Столтенберг и главный дипломат ЕС Жозеп Борель.

На данный момент это самый представительный и влиятельный военно-политический форум на планете. Его официальное название – Контактная группа по вопросам обороны Украины (Ukraine Defense Contact Group). Но широкой публике он известен по месту проведения первой встречи, состоявшейся 26 апреля 2022 года – «формат Рамштайн».

Т.е., «Рамштайну» исполняется год.

Накануне этой вехи «Хвыля» пообщалась с представителями Министерства обороны Украины, Генерального штаба, МИД и Офиса Президента, чтобы детальнее разобраться в том, как устроен механизм оказания военной помощи нашей стране и чего ожидать в будущем.

Зачем и как появился «Рамштайн»

С началом полномасштабного вторжения России командование украинской армии пришло к неутешительному выводу – артиллерийских боеприпасов и техники хватит максимум на 2 месяца интенсивной войны. При этом западные партнеры демонстрировали скепсис относительно способности Украины выстоять, и помогать чем-то серьёзным не спешили.

Нам передавали пехотное вооружение для ведения партизанских боев. Это оружие помогло отразить первый натиск российских оккупантов, однако, возможности украинской армии стремительно истощались.

Чтобы решить эту проблему, Минобороны начало скупать доступное оружие и боеприпасы советского образца. Партнеры также обещали помочь советским оружием. Но запасы советских вооружений в странах, которые готовы были его продавать Украине, были сравнительно невелики, это могло только отложить проблему, но не решить её.

Поэтому в начале марта 2022 года Минобороны начало отстаивать идею привлечения тяжелых западных вооружений.

Поначалу эта идея встретила большое сопротивление. Причем, как отмечают в МО, не только на западе. В Генштабе подтвердили, что украинское командование с опаской отнеслось к возможности перехода во время активной фазы войны на системы западного образца. Потому что не было понимания, как осуществлять планирование, на какую эффективность рассчитывать, надо было обучать людей и т.д.

Тем не менее, Резников продавливал эту идею, потому что других альтернатив не было. Перелом случился после визита министра обороны Украины в Лондон 21-22 марта 2022 года. Тогда инициативу украинской стороны поддержал министр обороны Великобритании Бен Воллес. Он заявил о необходимости передать Украине артиллерийские системы и бронетехнику.

До конца марта разные страны поддерживали Украину в рамках своих собственных программ. Международные программы, в частности – по линии НАТО, были поставлены на паузу. Де-факто НАТО было парализовано из-за позиции ряда государств, которые отказывались передавать Украине летальное оружие и вообще оказывать какую-то значимую помощь.

Был необходим новый гибкий подход, который бы обеспечил комплексную поддержку.

Первый международный формат помощи Украине инициировали британцы – 31 марта 2022 года в Лондоне состоялась донорская конференция, целью которой была координация сбора средств для организации помощи ВСУ.

Однако все ожидали, что скажет Вашингтон.

Стратегию, из которой впоследствии вырос «Рамштайн» 26 марта 2022 года озвучил во время визита в Варшаву президент США Джо Байден.

С самого начала американцы заняли позицию, что поддержка Украины должна быть оказана не единолично Америкой, а коалицией. Поэтому базовым критерием всей деятельности, по словам Байдена, являлась оценка – укрепляют те или иные предложения антикремлёвскую коалицию или нет.

Также принималось во внимание, есть ли на западе запрашиваемые Украиной системы вооружений в достаточном количестве, окажут ли эти системы влияние на боевые действия, смогут ли обеспечить их стабильные поставки. Потому что за последние лет 20 военный потенциал запада, особенно – европейских стран, подвергся эрозии. Самая наглядная иллюстрация – положение дел в бундесвере, где большая часть техники оказалась в нерабочем состоянии.

26 апреля 2022 года благодаря лидерству США на базе Рамштайн собрались представители 40 стран, чтобы скоординировать усилия в пользу Украины. Это был открытый клуб без лишних формальностей. Т.е., если в НАТО условная Венгрия блокирует инициативы, то в «Рамштайне» такой возможности нет. Все основано на доброй воле участников.

Де-факто «Рамштайн» стал ответом на бездеятельность ООН, ОБСЕ и НАТО, которые не смогли предотвратить масштабную войну в Европе.

Постепенно число участников выросло до 50. «Рамштайн» превратился в глобальную сеть, в которой принимают участие Япония, Австралия, Израиль и ряд других стран вне НАТО.

По мере развития формата государства начали выстраивать свою тактику.

Кто-то боролся за политические дивиденды. У кого-то было оружие, которое хотелось заменить на более новое. У ряда стран, таких как Люксембург, оружия нет, но есть финансовый ресурс и технологии.

Британия инициировала программу масштабной подготовки украинских войск, к которой присоединились Канада, Австралия, скандинавские страны, Голландия, Германия.

По инициативе Дании в координации с британцами получил продолжение формат донорских конференций. Вторая такая конференция прошла в Копенгагене, на ней присутствовали в основном государства Северной Европы. Одним из результатов данного формата стал меморандум Дании, Германии и Норвегии о закупке 16 словацких САУ Zuzana-2 в интересах ВСУ.

Свой фонд помощи Украине запустила Франция, соответствующий меморандум подписали в октябре на полях «Рамштайна». Через фонд по заявке Минобороны Украины закупаются вооружения у французских производителей.

Свою нишу в этой системе начал искать ЕС. Одним из направлений стала подготовка войск и компенсация странам-членам стоимости оружия. В данный момент на слуху инициатива о закупке для ЗСУ 1 млн. артиллерийских снарядов.

Т.е., «Рамштайн» начал обрастать саморазвивающейся инфраструктурой и подстегнул другие программы поддержки. Украине приходится работать со всем спектром мотиваций партнеров.

Военно-политическая дипломатия: техническая сторона

Заседания Контактной группы по вопросам обороны Украины на уровне первых лиц оборонных ведомств проходят раз в месяц. Нынешняя встреча – 11-я по счету.

«Рамштайн» не собирался в августе 2022 г. – из-за периода отпусков на западе, а также сдвига оглашения пакетов помощи к Дню Независимости Украины. Также не было встречи в декабре, когда помимо наступления рождественско-новогоднего периода готовился визит президента Владимира Зеленского в США и под него формировались основные заявления.

Встречи «Рамштайна» проходят в очном и виртуальном формате, которые обычно чередуются. Локации проведения очных встреч – американская база в Германии и штаб-квартира НАТО в Брюсселе.

Координацию работы между заседаниями обеспечивает центр в Штутгарте. Также в этом процессе принимает участие новая американская миссия в Европе - Security Assistance Group – Ukraine (SAG-U), которую запустили в прошлом октябре.

Когда «Рамштайн» собирался в штаб-квартире Альянса, традиционно после него проходила встреча министров обороны стран НАТО при участии представителей Швеции, Финляндии (которая отныне полноправный член), Украины и (реже) Грузии.

В Брюсселе всё происходит в одном здании, участники практически те же, но на «Рамштайне» официальная принимающая сторона – это США, председательствует Остин. На встречах под эгидой Альянса руководит Столтенберг.

В украинскую делегацию во главе с Резниковым также входят представители Генштаба, ГУР МО и дипломаты.

Поскольку формально всё происходит «на территории» США, организационное обеспечение с украинской стороны осуществляет атташе по вопросам обороны посольства Украины в США генерал-майор Борис Кременецкий.

На встречи в Германии привлекается посол Украины (сейчас это Алексей Макеев), в Брюсселе привлекают главу миссии при НАТО Наталью Галибаренко.

Генштаб обычно представлял заместитель главкома генерал-лейтенант Евгений Мойсюк. На сегодняшней встрече дебютирует экс-нардеп генерал-лейтенант Михаил Забродский. В ГШ пояснили замену тем, что Мойсюк плотно занят работой с войсками, в т.ч. – с новыми бригадами, а Забродский участвовал в контактах с командованием американских войск в Европе, ему будет легче влиться в процесс.

От ГУР Минобороны традиционно участвует генерал-майор Вадим Скибицкий.

Последние несколько раз в украинскую делегацию на «Рамштайн» также включали заместителя главы ОП Романа Машовца.

Ежемесячные встречи лидеров – это публичная часть «Рамштайна».

Основное заседание длится 6 часов с перерывом. Структура выглядит так.

Вступительное и заключительное обращение к присутствующим делают Ллойд Остин и наш министр Алексей Резников, которые задают повестку, расставляют акценты, подводят итоги. Остин и Резников всегда созваниваются за пару дней до встречи, чтобы сверить часы.

С короткими брифингами выступают представители Генштаба и ГУР. Они знакомят присутствующих с актуальной ситуацией на поле боя и украинскими оценками будущих событий.

Обязательно с детальным докладом выступает главный американский военный – руководитель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли. В целом, присутствие в одном помещении за рубежом главы Пентагона Остина и главы ОКНШ Милли – это нетривиальное событие, что подчёркивает важность «Рамштайна» для Вашингтона.

Далее все зависит от повестки на конкретное заседание. Выступают Генсек НАТО Столтенбенг, командующий войсками США в Европе генерал Кристофер Каволи (он же является верховным главнокомандующим сил НАТО), представители Пентагона с тематическими презентациями, представитель ЕС, а также министры обороны стран-участников «Рамштайна».

Основная работа делается за кадром – в период между встречами и за рамками основного заседания. На «Рамштайн» выходят уже с отработанными решениями либо синхронизируются по длительным проектам.

Очный визит на «Рамштайн» - это минимум два дня очень плотной работы украинской делегации.

Помимо основного заседания, на полях проходит несколько тематических бесед. Например, встреча «танковой коалиции» или подобные, когда несколько стран формируют для Украины подразделение из однотипной техники.

Дополнительно министр обороны Алексей Резников проводит 5-7 полноценных двух- и многосторонних встреч (от 30 минут) со своими визави. Обязательно проходит закрытая очень прикладная встреча с американцами. Практически на каждом очном визите Резников отдельно встречается со Столтенбергом.

Помимо этого происходит живое общение «за кофе». Это очень важная часть, говорят в МИД. Неформальные контакты позволяют оперативно решать проблемы и за считанные минуты получать ответы, которые в бюрократическом порядке заняли бы недели-месяцы.

На каждом очном «Рамштайне» министр Резников успевает поговорить с министрами 15-20 ключевых стран.

В Генштабе поясняют, что общение в кулуарах, когда наш министр может накоротке встретиться с двум-тремя коллегами одновременно, чрезвычайно эффективно. «Например, мы хотим определённый комплекс. Его на 90% производит одна страна, но там может стоять софт другой страны, а в ракете могут быть компоненты из третьей страны. Все должны дать согласие. А тут они в одном месте. Или нужно толкнуть какой-то зависший вопрос, где западные страны между собой устраивают бюрократическую карусель. Или нужно договориться, чтобы какая-то страна уступила нам свою очередь на покупку чего-то. Резников эти вопросы быстро проговаривает, у него практически со всеми отличный контакт, он там как рыба в воде».

Стратегия и тактика Украины

Собеседник в ОП сообщил, что поиски оружия ведутся на всех уровнях и координирует эту работу лично президент Зеленский. Со своими визави общаются премьер Денис Шмыгаль и министр иностранных дел Дмитрий Кулеба. На постоянной основе работает диалог «Ермак-Салливан».

Стратегию Украины на «Рамштайне» с самого начала формирует Резников, но она тесно связана с другой активностью.

«Он (Резников) постоянно на связи с другими министрами обороны. Созванивается, постоянно возит кого-то по Украине. На своём уровне прощупывает какую-то тему. Если в другой стране вопрос решается не на уровне министра, а выше, включается президент или премьер, что-то уходит Кулебе. И наоборот – если достигнуты какие-то общие договорённости на уровне президентов или есть намётки у МИД, Резников углубляется и докручивает детали», сказали в ОП.

Собеседник в МИДе отметил, что собственно в «Рамштайне» роль дипломатов – вспомогательная. «Мы должны быть на одной странице с Минобороны. Какие-то нюансы мы лучше чувствуем и подсказываем. Минобороны в материале по военным вопросам, нас брифует».

Изначально Минобороны Украины выстраивало на «Рамштайне» стратегию «расширяющейся воронки», в которую «затягивало» бы больше помощи. «Задача была нетривиальная», говорят украинские дипломаты. «Приезжать каждый раз и говорить «дайте, дайте» - это не сработало бы. Нашли правильный подход».

Идея состояла в том, чтобы показать партнерам логику, которая приведёт к результату, говорят в Минобороны.

С первого заседания работали над тем, чтобы расширить список платформ (видов и типов вооружений), которые партнёры готовы будут передавать Украине. В приоритете поначалу была артиллерия, РСЗО, ПВО, бронетехника.

На втором заседании уточнили подход – предложили партнёрам рассмотреть возможность передавать не отдельные платформы, а целостные подразделения (organic unit). Чтобы, например, артиллерия приходила в виде батарей или дивизионов, с боеприпасами, со штатными БПЛА разведки и радарами контрабатарейной борьбы. Это резко повышает эффективность на поле боя.

К третьей встрече сделали акцент на подготовке конкретных миссий (mission oriented approach): защите моря, освобождению правого берега Днепра в Николаевской и Херсонской областях и т.д.

«Эта была понятная логика. Например, чтобы продвинуться на Херсонщине, нужно было подавить российскую систему ПВО и разрушить логистику. Для этого нужны были антирадарные ракеты HARM и дальнобойное высокоточное оружие – MLRS, HIMARS. Чтобы отогнать российский флот, нужны были противокорабельные ракеты, БПЛА, радары. Наш министр расставлял вот эти акценты и пояснял, для чего нам нужны, например, «Гарпуны», какой результат ожидается, а мы на своём уровне детализировали по конкретным системам, количеству», говорят в Генштабе.

В Минобороны сказали, что первые ракеты «Гарпун» удалось получить благодаря челночной дипломатии между тремя странами. «У одних были ракеты, у других – пусковые, которые надо было еще адаптировать. У третьих надо было получить согласования».

Начиная с середины лета (июль 2022 года), когда уже была разблокирована основная масса платформ, украинская сторона начала выводить на первый план среднесрочные и долгосрочные задачи: обслуживание, ремонт, производство техники и боеприпасов, масштабирование тренинговых программ (чтобы перейти от индивидуальной подготовки к обучению на уровне батальонов и штабов бригад).

На каждой встрече в приоритет выносилась тема защиты неба, но решения относительно ПВО/ПРО ускорились после сентябрьских обстрелов Харькова и октябрьских Киева.

«Мы приезжали и в лицах рассказывали ситуацию. С ПВО тема непростая, много нюансов с ракетами. Показывали наш подход – нужна многоуровневая система ПВО/ПРО, от ПЗРК и простых зенитных установок до платформ, которые способны перехватывать баллистические цели», говорят в Минобороны.

Итоги года

Стратегия, которую выстраивал Резников, сработала.

Если смотреть на результаты, то из запросов Украины относительно платформ пока нет политического решения только по самолётам западного образца. При этом авиацию советского типа мы уже получаем.

Ранее были получены:

• Не менее 400 орудий 155-мм калибра;
• Не менее сотни стволов артиллерии 105-мм калибра;
• Около полусотни западных РСЗО (MLRS, HIMARS, Mars II, LRU);
• Более тысячи единиц бронетехники;
• Противорадарные и противокорабельные ракеты;
• Западные танки, которых будут сотни.

Наиболее впечатляющий путь пройден в разрезе ПВО/ПРО. До конца января 2022 года Украина не могла получить банальные стингеры – было нельзя.

Впоследствии за год для сил обороны удалось обеспечить:

• Сотни ПЗРК разных типов;
• Системы Crolate (Франция), Aspide, Gepard (Германия);
• Комплексы IRIS-T SLM (Германия) и NASAMS (Норвегия – США);
• Наконец – системы Patriot (США), способные сбивать баллистические цели. В эту же категорию скоро придёт комплекс SAMP-T (Франция – Италия).

Министр обороны Резников неоднократно отмечал, что на каждом этапе при запросе на новый тип платформ всегда был ответ «нет, это невозможно». Украинская сторона продолжала работать, пока невозможное становилось реальностью.

«Оружие – это всегда политическое решение», говорят в Минобороны. «Нашей задачей было продвинуть все решения, которые возможны на уровне министров и проработать всю техническую часть по решениям более высокого уровня. Чтобы в нужный момент всё было готово».

Теперь основная задача на «Рамштайне» - выстроить долгосрочное планирование. Фактически - включить Украину в оборонное планирование стран ЕС и НАТО.

Изначальный замысел украинских представителей – обеспечить поток оружия – реализован практически полностью. Задача казалось неподъемной, но её решили. Результат очень убедительный.

Поэтому сейчас с «Рамштайна» будет меньше ярких новостей – после Леопардов и Patriot’ов всё сложнее чем-то удивить. Но значение рутинной работы просто колоссальное. Важны объёмы и темп поставок.

По мнению наших собеседников, новый импульс и новый масштаб целей на «Рамштайне» может возникнуть по результатам активных действий украинской армии в ближайшие месяцы.