Жизнь толкает украинских аграриев в переработку

Российская агрессия, а теперь уже Польша, Венгрия и даже Молдова толкают украинских аграриев в переработку.

Существует популярный миф о том, что агросфера является локомотивом экономики. Если это и так, то локомотив этот тащит экономику не туда. А сами аграрии от этого теперь страдают.

Первая составляющая мифа кроется в добавленной стоимости, создаваемой украинским агросектором. Отдавая должное небольшой части агропроизводителей, которые развивают перерабатывающие мощности и строят собственные цепочки добавленной стоимости, замечу, что большинство продукции украинской аграрки — это сырье. И это сырье мы экспортируем в необработанном виде. Так, доля экспорта зерновых культур в необработанном виде составляет около 60% от выращенного объема.

Вторая составляющая мифа о «локомотивности» агросектора — в структуре его потребления. По данным Госстата, доля импортных товаров в структуре потребления украинского агросектора составляет 68%. И этот импорт — либо высокотехнологические товары с высокой добавленной стоимостью (комбайны и другая агротехника), либо товары с некоторой степенью переработки (нефтепродукты, пестициды, семена).

То есть в отечественной агросфере преобладающим продуктом деятельности является сырье, а ее потребление на 68% состоит из импортных товаров. До недавнего времени аграриям это никак не мешало иметь успешный бизнес. И к ним здесь никаких претензий.

А вот государство свою работу не выполняло. Вместо того, чтобы направлять развитие агросферы на углубление переработки, как это делали и делают все развитые страны, все украинские правительства друг за другом всячески способствовали развитию сырьевого агропроизводства. И вот теперь у нас проблемы не только от врагов в виде блокирования портов, но уже и от друзей в виде блокирования экспорта агросырья.

Хотя были сделаны и несколько правильных шагов. Так, введение в 2000-е годы пошлины на семена подсолнечника превратило Украину из крупнейшего в мире экспортера семян подсолнечника в крупнейшего в мире экспортера подсолнечного масла. А программа частичной компенсаций аграриям стоимости украинской сельскохозяйственной техники привела к увеличению вдвое объема внутреннего производства такой техники. К сожалению, с началом вторжения финансирование этой программы прекратили. Зато открыли границы для импорта. Так что можно констатировать, что такие шаги — скорее, исключение, чем правило.

Между тем стремительное развитие сырьевых секторов и отсутствие промышленной политики привели к тому, что в структуре ВВП Украины на перерабатывающую промышленность приходится критически низкая доля. Сейчас этот показатель около 10%. Для сравнения, в Польше — почти 17%, Турции — 22, Словакии — 19%. OECD, чей офис недавно открыли в Киеве, определяет бенчмарк по этому показателю около 20%. То есть наши соседи попадают в бенчмарк, а у нас вдвое меньше. Характерно, что так было не всегда. Еще в 2007 году этот показатель у Украины составлял 18%. То есть за последние 15 лет мы значительно деградировали.

Низкая доля перерабатывающей промышленности имеет своим следствием очень понятный для каждого показатель — бедность. Так, ВВП на душу населения по паритету покупательной способности в Украине составляет около 14 тыс. долл., тогда как в Польше 37 тыс., в Словакии — 33 тыс. долл.

Это диагноз болезни, которую нам надо вылечить. Соответственно, целью экономической политики должно быть увеличение доли перерабатывающей промышленности в ВВП хотя бы вдвое.

И, как это часто бывает с нами, лечит нас от экономических болезней не наше желание выздороветь, а внешние обстоятельства. И платим мы за этот урок непомерно высокую цену.

Все помнят, как блокирование россиянами морских портов привело к серьезному коллапсу сырьевой аграрной логистики. И это стало первым сигналом о приоритетности агропереработки. Ведь вместо выполнения задачи вывезти десятки миллионов тонн зерна и государству, и аграриям было бы легче иметь дело с вывозом нескольких миллионов тонн или литров водки и спирта, биоэтанола, макарон и равиоли, кормов для животных и еще десятков наименований продуктов глубокой переработки зерна и других культур.

Что следовало сделать в этой ситуации правительству? Развернуть программы стимулирования агропереработки. Просить доноров о соответствующих кредитных ресурсах. Обращаться за грантами на развитие перерабатывающих мощностей. Приглашать к диалогу громады, которые как никто заинтересованы в появлении перерабатывающих предприятий, ведь это рабочие места и доходы местных бюджетов от НДФЛ.

Однако этого не сделали в необходимом масштабе. И аграрии получили второй удар — на этот раз уже не от россиян, а от друзей и союзников. Там правительства прислушиваются к внутренним производителям. И когда им вредит чрезмерный импорт, они его запрещают, а не открывают.

Слава богу, война заставила соседей остаться хоть в каких-то рамках. И они вежливо сделали вид, что не слышали заявление украинского премьера сделать нашу страну «ресурсным центром Европы», то есть еще больше нарастить поставки сырья. Соответственно, украинские переговорщики смогли добиться снятия запрета хотя бы на транзит. Удастся ли им это в следующий раз, лучше не проверять.

Сама жизнь подталкивает украинских аграриев инвестировать в переработку. При поддержке правительства им было бы легче это сделать, да и государству полезнее. Но даже без такой поддержки важность переработки становится все более очевидной. Так что время думать о переработке уже прошло. Пора строить заводы.