Обладательница коллекции вышиванок: Недавно делали пару сорочек для первых лиц Португалии

Роксоляна Шимчук из Львова, инженер-системотехник по образованию, всю жизнь увлекается украинской традиционной одеждой и за 30 лет собрала коллекцию в несколько тысяч старинных вышиванок. Каждая из них – уникальна, а некоторые пришлось восстанавливать буквально с тряпок – хозяйки ими уже мыли пол.

В гостях у Роксоляны часто бывают знаменитости и известные политики – вплоть до первых лиц государства разных лет. Ее украшения – а Роксоляна Шимчук также является автором ожерелья в этническом стиле – носят бывшие первые леди страны – Марина Порошенко и Екатерина Ющенко. Именно Роксоляна подобрала из своей коллекции удачный образ для выступления победителей на прошлогоднем «Евровидении» – Kalush Orchestra.

Накануне Дня вышиванки сайт KP.UA напросился на разговор к знатоку традиций украинской вышиванки, владелице музея старинных вышиванок и этногалереи вышивки современных дизайнеров Роксоляны Шимчук.

Коллекцию спрятали от войны

– Наверное, перед Днем вышиванки интерес к вашей коллекции увеличивается в разы?

- Да, конечно. Заметен интерес к украинской одежде в целом. Посетители галереи с востока и юга удивлены таким разнообразием. У них дома, говорят, такого не было – индустрия национальной одежды там не развита. А здесь они видят украинские рубашки, исполненные на уровне мировых брендов.

Галичина и запад Украины всегда любили такие вещи. Пришло время, когда это веяние распространилось по всей Украине. Вышиванок сегодня много и за границей – люди брали их с собой в эвакуацию. Есть потребность в самоидентификации, чтобы в других странах видели, что ты из Украины.

Однако музей сейчас не работает, в отличие от галереи, где представлены вышиванки современных дизайнеров. Перед началом войны мы спрятали коллекцию – боялись за ее безопасность, ведь важно сохранить это для следующих поколений. Музей переехал на новую локацию, где завершается ремонт. Откроемся не раньше чем через несколько месяцев.

– Вы коллекционируете вышиванки около 30 лет. Насколько увеличился интерес к такой одежде за это время?

– Каждая революция способствует распространению границы украинства дальше на восток. За рубежом и здесь, на западе Украины, у нас всегда были свои клиенты. Но сейчас география расширяется – это важно. Это касается не только вышиванки, но и языка, и украинской песни – не секрет, что у нас повсюду был российский контент. Многие видели в «старшем брате» друга... А теперь иллюзии развеялись, мы сами себя осознали. То, что мир нас увидел – это хорошо, но мы должны себя осознать и демонстрировать это. И  вышиванка в этом играет большую роль…

Шедевры народного искусства

– Вы по образованию инженер. Как из этой профессии попали в совершенно другую отрасль – этнографию?

– Я инженер-системотехник. Вышиванки и вообще изучение украинских традиций были моим хобби. Я никогда не мечтала о галерее, большой коллекции рубашек, однако это увлечение как-то невольно переросло в работу... Раньше я работала на руководящих должностях – эту профессию пришлось оставить после рождения троих детей. Работа отнимала слишком много моего внимания и времени.

Грустно, однако я уже привыкла, что люди не очень понимают, как отличить вышивку из Буковины от вышивки из Гуцульщины, а гуцульскую вышиванку от поднепровской. Раньше мне трудно было воспринять это – потому что для меня это как читать или ездить на велосипеде. Но я верю, что Украина только начинается, и скоро будут знать все, даже дети, как отличать по ключевым характеристикам вышиванки.

– Все эти тонкости вы изучали самостоятельно – этнографического образования у вас нет?

– Основную базу знаний мне дали этноэкспедиции. В студенческие времена с конца 1990-х мы собирали образцы украинской одежды и песен – когда и независимой Украины еще не было. После общения с носителями традиций эти знания наслаиваются на полученную ранее базу, в том числе из книг или изданий.

- Сколько всего вам удалось собрать уникальных вышиванок и есть ли среди них любимая?

– Я стараюсь собирать не просто этнографические образцы, а шедевры народного искусства. Я вышлифовываю свою коллекцию. У меня несколько тысяч экземпляров – все уникальны, но я беру не количеством. Я коллекционирую высшую эстетику из всех регионов Украины. Хотя есть коллекции и больше, чем у меня, но там много более простых рубашек. Но это тоже нужно. Очень люблю аутентичную детскую одежду – ее очень мало сохранилось.

У меня есть несколько любимых вышиванок. Но это связано не с их неповторимостью и мастерством исполнения, а личной ценностью для меня. К примеру, моя первая вышиванка. Я мечтала об аутентичном костюме, купила эту рубашку на Буковине и отбыла в ней всю первую «Червону руту» в 1989 году. Она простенькая по сравнению с теми шедеврами, которые у меня сейчас есть. Есть рубашки, буквально возвращенные из небытия. Они были в таком состоянии, что, когда я брала их в руки, думала: «Это только я могла деньги за это заплатить. Это же тряпки!» Бывало, что вышиванками уже мыли пол... Но когда восстанавливаешь их и возвращаешь к жизни, к экспозиционному виду - они становятся любимыми. Мне кажется, что та женщина, которая вышивала ее, может, с неба смотрит - и улыбается.

Цена культурного наследия

– Вышиванки из вашей коллекции продаются?

– Из коллекции ничего не продается. Хотя были очень соблазнительные предложения – предлагали гораздо больше денег, чем вышиванка могла стоить на рынке. Но я решила, что не продаю – потому что так разойдутся лучшие шедевры.

- За какую вышиванку вам пришлось больше всего заплатить и стоила ли она этого?

- Вопрос о стоимости – не ко мне. Я вообще считаю, что рубашки должны стоить больше, чем сейчас. Борщевская вышиванка внесена в перечень нематериального культурного наследия Украины… Не может нематериальное наследие стоить ни полторы, ни две тысячи долларов, тем более оригинал! Сейчас копии стоят больше. Оригиналы все реже попадают на рынок, но их еще можно купить. Считаю, что эти вещи недооценены. Я этим «болею», я за это переживаю и радуюсь, когда поднимаются цены. Когда это начинает цениться – меньше режется, меньше уничтожается, больше ценится теми, кому посчастливилось получить старинные вышиванки по наследству.

За которую я заплатила больше всего – не помню… Одна вещь может стоить несколько тысяч долларов.

Вышиванка «на смерть»

- Насколько легко владельцы уникальных старинных вышиванок с ними расстаются?

– Очень по-разному – сколько людей, столько же историй. Были бабушки, которые на Гуцульщине просто так отдавали нам рубашки: «Что, девушки, вы будете это носить? Ну берите, потому что я уже старая…». А бывали такие, что рубашку держали "на смерть". Я говорю: «Да как же такой шедевр – на смерть?!» – а бабушка отвечает: «А в чем я перед Господом Богом стану? Я голод пережила и ее не продала. Нет, не продам». Сердце разрывалось... Но если она ее вышила и прожила с ней жизнь, то, наверное, имеет право... В некоторых регионах было принято, чтобы хоронили в свадебной рубашке.

- Раньше вышиванки считались праздничной или повседневной одеждой?

- Есть разные. Например, буденки – едва вышитые, но часто очень эстетические, надевали в работу. Есть очень симпатичные льняные рубашки с минимальной вышивкой – тоже на каждый день. А праздничные, свадебные, конечно, были пышнее - над ними хозяйки могли сидеть с иглой и нитью несколько лет.

– А вы часто надеваете вышиванку или для вас это все-таки праздничная одежда?

– Часто. Это может быть не только вышиванка – может быть украшение, забойка (ткань с узором, который наносится путем печати. ​​– Авт.). У нас необыкновенная культура – ​​только ее нужно знать. Если украинские элементы вкрапывать в современную одежду – это невероятно стильно смотрится! И это тебя идентифицирует. Одежда говорит о твоем мировоззрении, кто бы там что ни говорил.

У украинцев так укоренилась вышиванка именно потому, что во время советской оккупации была потребность в идентификации «свой-чужой». Тогда она вошла в традицию бытовой одежды как признак сопротивления.

Украшения для первых леди и вышиванка для президента

- Что вас больше всего раздражает в посетителях или покупателях вышиванок?

- Я не могу сказать, что раздражает… Если кто-то не понимает – это не их вина, это их беда. У нас искоренялись украинская культура и украинская эстетика. Надо просто рассказывать, рассказывать, рассказывать – и люди поймут.

Что удивляет - когда такие уже немолодые женщины или даже постарше надевают венки на голову. Хочется подойти и сказать: слушайте, это была привилегия только молоденьких девушек! Венки носили до брака. Когда уже вышла замуж, то как бы ее судьба ни складывалась - даже если овдовела, женщина уже не имела права выйти на люди с непокрытой головой.

- Были такие посетители, которых помните до сих пор?

– Меня очень часто удивляли люди, приходившие в музей. Была женщина из Запорожья, которая после четырех часов осмотра экспозиции вышла умиленная - вся в слезах… Приезжала молодая состоятельная женщина из Тернопольской области, хорошо одетая – из музея она выходила такая тихая, со словами: «Знаете, мне до сих пор украинская вышиванка казалась чем-то таким смешным»... Человек даже не оттуда, где все украинское искоренялось! И вот такие вещи бывают. Они затрагивают – после такого чувствуешь, что все это не зря.

У меня бывает очень много разных людей, начиная от первых лиц государства и заканчивая знаменитостями. Вышивка объединяет людей своей энергетикой.

– Знаю, что ваши украшения носит Марина Порошенко.

- Не только – и Екатерина Ющенко, если говорить о первой леди. Кстати, недавно создавали пару рубашек, мужскую и женскую, для первых лиц Португалии. Наша делегация ехала, и было озвучено, что первые лица хотят украинскую вышиванку. Делали в сжатые сроки, но успели – будем ждать отзывов. Должны были еще делать для министра обороны Португалии, но уже не было времени.

– А для семьи президента Зеленского что-то делали?

- Еще пока нет. Ко мне хотели привести Елену Зеленскую, но я считаю, что нужно приезжать, когда будет открыт музей.

Нежная полтавская и яркая гуцульская

- Вышиванки каких регионов больше всего поражают лично вас?

– Каждый регион имеет свою неповторимость и невероятность, просто есть более раскрученные регионы – например, борщевская рубашка раскручена за счет фестиваля борщевской вышиванки. Полтавщина берет своей деликатностью, невероятными рисунками, сдержанностью. Буковина – яркостью и самобытностью. Борщевская – это черная рубашка. Винниччина, центр Подолья поражают мелкой вышивкой, которой больше нигде нет. Гуцульщина – своей колористикой и, конечно, орнаментами на коже – так работать с кожей, как гуцулы, никто больше не умеет. Это все обусловлено образом жизни. В степных областях жизнь была продиктована сбором урожая. И они могли вышивать только зимой. А гуцулы выводили стадо овец в горы и там полгода пасли. Если волк задрал овцу, то кожу нужно было исправить и обработать. И пастух, пока овцы щипали травку, работал руками по дереву или по коже.

У меня есть полтавская и борщевская рубашки с одинаковыми символами – только одна вышитая черными, а вторая белыми нитями. Мы были под разными империями, что диктовало свое влияние на моду. В центре, на севере и востоке Украины вышивка более сдержанного цвета, но там более цветной текстиль и невероятные венки. На западе, если не выделять, например, Покутье, преимущественно очень яркие вышиванки, но сдержанный текстиль. Эти гармонии отшлифовывались веками. Не то что регион - и село от села отличалось! Например, Космач на Прикарпатье - таких горячих, оранжевых цветов больше нигде нет. Вот вся Гуцульщина – цветная, а Космач – оранжевый. Об этом можно говорить бесконечно.

– Есть что-то, что вас удивляет в современной вышивке? Существует ли "неправильная" вышивка, которую ни в коем случае нельзя наносить на рубашку?

– В каждой эпохе есть талантливые мастера. Я работаю со многими дизайнерами и заметила: если дизайнер знает основы, если интересуется народной традицией вышивки – он творит что-то свое, но получается столь глубокое, что заслуживает достояния следующих поколений. Наше поколение тоже должно что-то вышить для потомков. Мы не можем использовать только то, что оставили наши предки. Мы тоже должны внести свой вклад в украинскую вышивку. А если человек делает, чтобы «втулить» - так оно и выглядит. Не все то хорошее, что вышито, и не все то, что вышито – хорошее.

Украинская медитация

– На какие вышиванки наблюдается наибольший спрос среди покупателей?

– Одни хотят старинные, другие – из того региона, откуда они родом, а есть очень много людей, которые просто берут, что нравится, не привязываясь к конкретному региону. И я считаю, что это правильно.

- А вы вышиваете?

- Когда-то я очень много вышила, но сейчас у меня нет на это времени. Я вышила рубашки всем крестникам, мужу, брату, папе, второму папе – отцу мужа. У меня очень много заказов на украшения, а еще – просветительская деятельность, дети, семья, галерея – это отнимает все время. Хотя от вышивания трудно отказаться, потому что это украинская медитация.

– А существуют ритуалы, которые проводят с вышиванками?

– Конечно. Вышиванку, которую передавали по наследству – от свекрови к невестке, от бабки - внучке, от мамы к дочери, – стирали в реке, где есть течение. После этого новая владелица в неприметном месте, которое часто прикрывали горбаткой (юбка. – Авт.), должна была вышить несколько крестиков или какой-то цветочек – что угодно. Считалось, что вода забирала энергетику предыдущей владелицы, а новая накладывала свою. У меня в коллекции есть рубашки, где есть такие крестики разными нитями в разных стилях, что свидетельствует о том, что вышиванка служила нескольким поколениям.

- Чем украинская вышиванка отличается от российской косоворотки, кроме самого воротника?

- У них не было такой объемной вышивки – на косоворотках вышивка чуть-чуть есть. У нас – много вышивки сухозолотом, бусами (бусины из «дутого» цветного стекла. – Авт.), привезенными из Европы, а у них – только пару крестиков. Вышивали не только украинцы – очень богатую вышивку имеют румыны, болгары, македонцы. Россияне – не имеют. У каждого народа есть что-то свое - кто-то делал сапоги, кто-то кожу, кто-то вышивку, но они не создали ничего... Как говорил мой товарищ: «Пока ты сидишь и вышиваешь рубашку или рисуешь писанку, москаль сидит и думает, как ее у тебя забрать». То, чем они кичатся, все им чуждо – и пришедшие к ним из Японии матрешки, и пельмени, и балалайка, и самовар. Они не дали миру ничего.

Это интересно!

Сделали копию дедушкиной вышиванки для солиста Kalush Orchestra

Роксоляна Шимчук создавала образ на "Евровидение" для прошлогодних победителей – Kalush Orchestra. Кептар (кожух без рукавов. – Авт.) и сердак (верхняя одежда из сукна с длинными рукавами. – Авт.), в котором покорил Европу Олег Псюк, взяли именно в ее музее.

- Для Тимофея (Тимофей Музычук – второй солист группы. – Авт.) мы сделали точную копию вышиванки его дедушки, – рассказывает KP.UA Роксоляна Шимчук. – Он очень такую ​​хотел иметь и носить. А дедушкина хранится в семье. Семейные я бы действительно советовала хранить. Есть категория вышиванок, которые ни в коем случае нельзя носить. Если это шедевр народного искусства – его следует сохранить для последующих поколений. Однако можно сделать копии.

Вырежи и сохрани!

Советы Роксоляны Шимчук, как сохранить вышиванку на долгие годы

• Вышиванку нельзя держать на дневном свете – они выгорают;
• нельзя держать на вешалках – полотно вытягивается, «худеет», а затем разлазится в тех местах, где висело на плечиках. Лучше хранить в шкафу на полке или в сундуке, у кого есть;
• саму вышивку складывать нельзя – сложить нужно так, чтобы вышивка не заламывалась;
• для некоторых рубашек стиральная машина – это смерть. Лучше всего рубашку отнести для чистки к реставраторам;
• нельзя отдавать в химчистку – вещь могут уничтожить. Можно прийти к нам (этногалерея Роксоляны Шимчук во Львове. – Авт.), и мы дадим бесплатную консультацию – чтобы люди могли сохранить.