Тонкости и коварства разводов в Украине: как муж у жены одну силиконовую грудь отсудил

Новость о том, что киевлянин отсудил у бывшей жены половину силиконовой груди, многие восприняли как анекдот. В соцсетях потешаются, какой счет может выставить дама за пользование ее красотой и какую часть тела взамен отсудить у экс-мужа.

А тем временем это реальное решение Соломенского районного суда столицы, вынесенное именем Украины в ноябре прошлого года. И если вчитаться в его фабулу, позиция мужчины не будет казаться уж такой жлобской.

Раздел имущества – это сложная процедура, где «честно – не честно» каждая из сторон оценивает со своей колокольни.

Из семейного бюджета

Прожив в браке порядка десяти лет и нажив троих детей, пара развелась в сентябре 2021 года. Разделить имущество по согласию бывшие половинки не смогли, инициатором первого иска стала супруга.

Женщина требовала оставить за ней одну из двух совместно нажитых квартир, компенсировать половину стоимости автомобиля «Хюндай» и половину стоимости «Пежо», который был продан еще в 2007 году, но все еще числился на бывшем муже.

С началом войны дама покинула Украину. Можно предположить, что она увезла с собой младшего ребенка, потому что двое детей оказались на попечении отца. 1 июня 2022 года эмигрантке были назначены алименты. В судебном заседании мужчина подчеркивал, что мать никак не помогала оставленным детям, семья якобы даже не знала, где она находится.

Во встречном иске обиженный экс-супруг изложил свое видение раздела имущества, к которому причислил силиконовые импланты стоимостью 6000 евро, подчеркнув, что платили за операцию по увеличению груди из семейного бюджета.

В итоге каждая из сторон получила по одной квартире, экс-супруге суд выделил половину «Хюндай» - 130 000 тысяч гривен, экс-супругу – половину груди его бывшей – 93 974 гривны, или 3000 евро в эквиваленте.

Не необходимость, а предмет роскоши

Решение нестандартное и многим кажется шокирующим. Ставить в один ряд мертвый металл и живое тело как минимум не этично. Но это эмоциональная оценка ситуации. С объективной точки зрения, она разрешена правильно, считает адвокат Валерий Судаков из Одессы, которого kp.ua привлекла в качестве независимого эксперта.

- Возьмем, к примеру, дорогую шубу из песца. В районах Полярного круга она является необходимостью - нужно защищаться от морозов. А в Одессе такую шубу можно расценить как предмет роскоши, потому что она куплена ради желания выглядеть красиво, а не потому, что без нее нельзя прожить. Так и в этом случае: если бы операция проводилась по медицинским показаниям, о разделе ее стоимости не могло быть и речи. Но поскольку речь идет о прихоти – "хочу красивую грудь", хирургическое вмешательство было проведено сверх объективной необходимости. И по факту является предметом роскоши, который супруги приобрели по обоюдному согласию, пребывая в браке, - разъясняет адвокат.

Бриллиантовая пыль

С предметами роскоши вообще интересная история. По Семейному кодексу драгоценности отнесены к вещам индивидуального пользования и являются частной собственностью жены или мужа, даже если были приобретены в браке. Личная частная собственность разделу не подлежит.

- Но еще в советское время Верховный суд УССР сделал разъяснение, что не делится обручальное колечко, поскольку оно имеет символическое значение. Все остальное, купленное за счет совместного бюджета, делится. Такова и современная судебная практика. То есть, если муж от большой любви увешал жену бриллиантами, то, когда любовь остынет, он может предъявить свои права на половину ценностей, - говорит Валерий Судаков. – Единственное, суд может отказать в натуральном разделе. Например, когда мужчина настаивает на праве увешать своей половиной бриллиантов новую жену, драгоценности суд оставит прежней владелице, но половину их стоимости взыщет в пользу истца.

Точно так же бывшая жена может взыскать с мужа половину стоимости дорогих часов, заколок, запонок, которыми он тешил себя, красивого. Исключения составляют только предметы роскоши, которые были куплены до брака, получены по наследству или в дар, но все это придется доказывать документами или показаниями свидетелей. Например, если муж в интимной обстановке подарил золотое колье, то в суде он запросто заявит, что всего лишь сделал вложение семейных средств.

Как распилить собачку

Не проще ситуация с имуществом, приобретенным за личные средства одного из супругов. Законодательно оно тоже не подлежит разделу, но вот понятие «личные средства» весьма туманно. Все зарплаты, пенсии, стипендии, социальные выплаты, депозиты, размещенные в период официального брака, считаются общими средствами.

- По делам о разделе имущества Верховный суд обычно пишет об отсутствии доказательств по личным средствам. Единственная возможность – это что-то личное продать и в тот же день купить, - отмечает Валерий Судаков. - Причем сумма покупки не должна превышать стоимость продажи. Потому что доплата – это уже общий бюджет. В моей практике было дело, когда супруга пыталась сохранить за собой автомобиль, утверждая, что купила его за средства от продажи старого авто. Между сделками прошло три месяца. В суде бывший муж предъявил путевку в Египет, куда пара отправилась после продажи авто. Дескать, вот - личные деньги уже были потрачены. И суд автомобиль поделил.

Судебным спорам подлежат не только дорогие сердцу вещи, но и домашние питомцы. В мае 2017 года Сосновский районный суд Черкасс удивил украинцев, разделил между бывшими супругами девочку-йорка.

Аж до комизма дошло.

Одна сторона соглашалась отдать собачку другой при условии получения половины ее стоимости – чуть больше 20 000 гривен. Другая сторона оставляла малышку себе, но утверждала, что в таком возрасте псинка тянет не больше чем на 3000 гривен.

Суд разъяснил возможность провести экспертизу стоимости животного, но тратиться спорщики не захотели. В итоге было принято воистину соломоново решение – признать за каждым из бывших супругов «право собственности на ½ идеальную часть суки породы йоркширский терьер по имени Abigal de Pule».

- Мы, юристы, шутили, как ее хозяева пилили – вдоль или поперек, - вспоминает Валерий Судаков.

Не сказка о моряке и его четырех квартирах

Жил отважный капитан… Ну, пусть не капитан, а моряк дальнего плавания очень любил свою жену, сына, привозил им много денег и не возражал, когда супруга на свое имя купила четыре квартиры. Собственность-то общая…

Увы, дело тоже дошло до развода. Благородный "морской волк" сказал жене, что оставляет ей с сыном три квартиры, а сам просит одну – какую ему выберут.

«Откуда у тебя квартиры? - заявила дама, не проработавшая в браке ни дня. - Это все мое, мы ничего не покупали».

- Оказывается, сговорившись с нотариусом, женщина оформляла с продавцами договоры дарения. Мой клиент их подписывал, не догадываясь о подвохе, - рассказывает жизненную историю Валерий Судаков. – Мы стали обзванивать продавцов, она занялась тем самым, запугивая, что, если вскроется факт передачи денег, они пойдут под криминал за махинации с налогами. Трое «дарителей» отказались выступать в суде. К счастью, четвертый согласился.

Этот человек, как оказалось, решил помочь собрату по несчастью - сам был жертвой коварной супруги. Но все равно нашему моряку удалось отсудить у бывшей жены только половину одной из четырех квартир.

- Поэтому я учу своих студентов, что при разводе выиграет тот, кто готовился к нему с первого дня после свадьбы, - резюмирует рассказчик.

И немного о брачном договоре

Есть мнение, что от подвохов, обманов и измен панацеей служит брачный договор.

- Это миф. У нас нет, как в Америке, связи между неимущественным и неимущественным. У нас нельзя прописать, что при разводе имущество делится 50 на 50, но в случае измены доля падает до 5%. Преимущество договора только в том, что можно определить права на общение с детьми в случае разрыва отношений и закрепить, что любая недвижимость или недвижимость, купленная на имя одного из супругов, будет признаваться личным имуществом, - отмечает Валерий Судаков.

Но уж если подписал брачный договор – держи ухо востро. А то окажешься на месте одессита, который тоже так любил жену, что позволил ей купить квартиру на свое имя. И вспомнил о контракте только тогда, когда владелица скомандовала: «На выход!».