Новая стратегия Национального банка Украины. Финансовая "крепость" или регуляторный "железный занавес"?

22 мая 2023 года Национальный банк Украины презентовал свою новую стратегию «Фінансова фортеця України». Слово «крепость», конечно, обязывает.

В отношении монетарной политики фортеця - это 1) долгосрочная стабильность цен (~2% годовых в течение, как минимум, 10 лет), 2) свободно конвертируемая валюта в режиме либерального текущего и финансового счетов, 3) отсутствие спрэда по процентным ставкам между странами ЕС и в национальной экономике, 4) открытое, конкурентное поле финансовых услуг, 5) развитый рынок многообразных финансовых инструментов и ценных бумаг.

С точки зрения Европейского центрального банка (критерии конвергенции со стандартами зоны евро) чётко прописаны:

1) ценовая стабильность: устойчивая среднегодовая инфляция, не превышающая 1,5 процентных пунктов уровня инфляции трёх лучших стран зоны евро. За последние 20 лет этот показатель составляет ~2%.

2) Долгосрочные процентные ставки: не более два процентных пункта выше ставки в трёх лучших странах зоны евро по ценовой стабильности. В XXI веке это ~5% годовых.

3) Стабильность обменного курса: участие в Европейском механизме валютных курсов (ERM II) в течение, как минимум, двух лет без существенного напряжения, особенно в виде девальвации по отношению к евро.

Четвёртый критерий касается фискальной политики – устойчивость государственных финансов. Дефицит бюджета не должен превышать 3% ВВП, а госдолг – 60% ВВП. Нацбанк не отвечает за выполнение этих параметров, но правительство вместе с парламентом обязаны обеспечивать координацию монетарной и фискальной политики.

Тогда можно уверенно сказать, что, с точки зрения монетарной политики, страна представляет собой крепость. Украина – кандидат на вступление в Евросоюз. Для вступления в ЕС нужно согласовать законодательство по 35 главам. Вот разделы законодательства, которые непосредственно касаются Нацбанка:

Глава 17 – экономическая и монетарная политика,

Глава 9 – финансовые услуги,

Глава 4 – свободное перемещение капитала,

Глава 3 – право учреждения и свобода предоставления услуг,

Глава 8 – конкурентная политика,

Глава 29 – таможенный союз

Логично предположить, что все стратегические документы Украины будут ориентированы на нормы и стандарты Евросоюза. Параметры макроэкономической стабильности – это не бюрократические хотелки или политические капризы богатого Запада. Это необходимые для всех нормы монетарной гигиены.

Они должны быть вне зависимости от уровня достатка и развития, потому что именно в таком состоянии они стимулируют экономический рост. А без него бедным странам никогда не стать богатыми. Посмотрим, насколько принятая Стратегия отражает нормы/стандарты ЕС и тех стран, которые имеют лучшие в мире показатели в сфере монетарной политики.

В Украине принято представлять стратегии не в виде подробного текста, основанного на чёткой аргументации, научных выводах, валидной методологии, выводах из экономической истории, со ссылками на источники, а в виде Power Point презентаций.

«Фінансова фортеця України» - это 36 слайдов, если отнять два вводных и два последних (брендирование самого Нацбанка). Возможно, где-то в глубине Нацбанка есть большой, подробный документ, на основании которого сделаны картинки, но в открытом доступе его нет. Поэтому анализируем то, что есть.

Ориентация на картинки, на презентацию, перформанс – это нежелание обеспечить инклюзивность процесса со стороны экспертов, бизнеса и общества, а также ориентация только на тех, кто воспринимает научную, сложную информацию в виде мультиков и картинок.

Даже само название стратегии - фінансова фортеця – это смешение стилей, которое не принято в строгом мире монетарной политики и науки о деньгах. Вот представьте себе, что центральный банк Швейцарии публикует свою стратегию монетарной политики под названием «Альпийская твердыня» или ФРС США называет свой стратегический документ «Американский бастион».

Одно дело слушать прекрасную песню «Фортеця Бахмут». Совсем другое – когда слово «крепость» появляется на важнейшем экономическом документе страны. Особенно в контексте новейшей монетарной теории Украины последних 20 лет.

Давайте вспомним параметры «финансовой крепости» Украины за период 2003-2022гг. В 2003-2012гг. среднегодовая инфляция составила 10,9%, в 2013-2022гг. – 14,0%. Среднегодовая инфляция в 12,4% за последние 20 лет – это не финансовая крепость, а проходной двор. За этот период Украина находится на 13 месте в мире в списке самых неблагополучных стран мира по инфляции.

Напомню, что ключевая, основная функция любого центрального банка – обеспечение ценовой стабильности. В Украине не сформировался спрос на качественную монетарную политику.

Меняются президенты, премьеры, депутаты и главы Нацбанка, а монетарная политика остаётся жертвой синдиката «Большие банки-Нацбанк-правительство». Они инфляцию, девальвацию, жёсткие валютные и финансовые ограничения превращают в источники своего обогащения – за счёт всех остальных.

Второй параметр качества денежно-кредитной политики – стоимость кредита. Она напрямую связана со ставкой рефинансирования Нацбанка. В период 2003 – 2022гг. среднегодовая ставка рефинансирования в Украине составила 11,5%.

Спрэд между Украиной и центральными банками мира, которые задают тренд в 3 – 4 раза – это убедительный показатель некачественной монетарной политики. В мировой экономике свободных денег полно, но между миром и Украиной воздвигнут плотный монетарный железный занавес.

Отметим, что инфляция за 2003-2022гг. в Украине выше, чем ставка рефинансирования, что является нарушением базового правила монетарной гигиены. В это время ставка рефинансирования основных центральных банков мира была на уровне ~1,5 – 2%, потому что инфляция тоже была примерно на этот уровне.

Экстраординарная монетарная политика, с которой экспериментировали ФРС/ЕЦБ/Банк Англии в последние 15 лет, разрушила качественные стандарты денежного обращения. В Украине цивилизованной монетарной нормальности никогда не было. Отсюда запретительная цена кредита, неразвитость финансового рынка в режиме жёсткого кредитного и валютного регулирования, как следствие, ограничение экономического роста.

Третий параметр качества денежно-кредитной политики – динамика курса национальной валюты. Тут возможности Нацбанка ограничены, поскольку баланс спроса/предложения на деньги (национальная и иностранные валюты) определяется не только и не столько Национальным банком.

Поэтому стабильность курса национальной валюты по отношению к $-доллару, €-евро или корзине валют лишь отчасти отражает качество монетарной политики, т. е. работы Нацбанка. Тем не менее, вклад Нацбанка в валютное регулирование, обеспечение доверия к национальной валюте, действительно, очень большой.

В 2003г. среднегодовой официальный курс гривны к $-доллару был ₴5,33/$1, в 2022г. - был ₴32,34/$1. За 20 лет гривна девальвировалась более чем в 6 раз. Это очередной показатель низкого качества монетарной политики. Никакая валюта с такими темпами девальвации не может стать инструментом сбережений и сохранения ценности. Её пригодность в качестве средства платежа также ограничена.

Иными словами, за ~30 лет гривна стала источником дополнительных регуляторных и транзакционных издержек, в первую очередь, для самих украинцев. Она ухудшила конкурентоспособность украинских производителей товаров/услуг, способствовала расширению бедности и препятствовала формированию новой структуры экономики. Вот история валютной стабильности других валют Европы.

В 2003г. $1 стоил 3,85 польских злотых. Средний курс за 2022г. составил $1 = 4,06 злотых. Девальвация польской валюты за 20 лет составила 5,5%. В 2003г. за $1 давали 8,7 шведских крон. В 2022г. курс был $1 за 9,0 крон. Девальвация на 20 лет – 3,4%. В 2003г. евро стоил $1,06, а в 2022г. €1 = $1,13, а в первой половине 2023г. - $1,08. И это за 20 лет.

Наконец, курс швейцарского франка в 2003г. был $1 – 1,38шв/франков, а в 2022г. – 0,92 шв/франков. Твёрдость швейцарской валюты не вызывает сомнений.

На фоне Польши, Швеции, Швейцарии и зоны евро украинская гривна – это, по сути дела, мусорная валюта (junk money), потому что она неконвертируема, нестабильна, да ещё функционирует в режиме жёстких валютных ограничений по текущему и финансовому счетам платёжного баланса.

Принимая все эти факты во внимание, действительно, Украине нужна принципиально новая монетарная политика, глубокая перезагрузка режима функционирования Нацбанка в денежного, финансового рынков в целом. Что же нам предложил Нацбанк в своей «Финансовой крепости» от мая 2023 года?

В самом начале идёт описание внутренних и внешних факторов, влияющих на экономику Украины в целом и на выполнение Нацбанком своих целей в частности. Весьма обрывочно прописан внешний экономический контекст.

В нём не указаны такие важные параметры, как ужесточение монетарной политики странами G7/зоны евро, повышение спроса на юрисдикцию с открытым финансовым рынком, высокие риски для более 100 стран, которые проводили некачественную (как в Украине) макроэкономическую политику.

К сильным сторонам страны НБУ отнёс, среди прочего, «устойчивую банковскую систему», «сохранение высокого уровня доверия и репутации НБУ среди международных партнёров», «возможность дальнейшего развития аналитической экспертизы НБУ». Сам себя не похвалишь, никто не похвалит.

Про устойчивость банковской системы, в которой примерно каждый третий кредит проблемный/токсичный, а львиная доля заработка банков идёт за счёт операций с государственными ценными бумагами, едва ли можно серьёзно рассуждать. Особенно в контексте запретов и жёстких ограничений по текущему и финансовому счетах. Что характерно, НБУ не указал на высокий уровень доверия к себе со стороны украинского бизнеса и инвесторов. Причина известна. Такого доверия явно нет.

Среди слабых сторон НБУ отмечает:

- существенное политическое давление и завышенные ожидания относительно несвойственных НБУ функций,

- внутренняя забюрократизированность и низкая корпоративная культура,

- низкая финансовая грамотность среди пользователей финансовых услуг,

- слабое развитие рынка банковского кредитования и страхования,

- недоразвитый фондовый рынок,

- незавершённые структурные реформы в Украине, в том числе судебная,

- слабая защита прав кредиторов,

- высокая зависимость бюджета Украины от международной финансовой помощи.

Со всеми этими характеристиками нельзя не согласиться, но почему Нацбанк справедливо критикует правительство и Минфин, а сам не указывает на качество монетарной политики хотя бы последние 20 лет? Мы же видим системные дефекты. Чтобы двигаться вперёд, нужно их признать. К сожалению, НБУ этого не сделал. Зато он закрепил в новой Стратегии высокорискованный многофункциональный мандат.

Основные цели НБУ видит так: 1) обеспечение ценовой стабильности, 2) содействие финансовой стабильности, 3) содействие соблюдению устойчивых темпов экономического роста. В такой формулировке «основных целей» Нацбанка кроется конфликт. Классическая функция каждого центрального банка только одна – ценовая стабильность. Именно ею он делает наибольший вклад в экономический рост, развитие финансовых и товарных рынков.

Этот тот мономандат, который десятилетиями обеспечивал славу и популярность таким валютам, как немецкая марка, $-доллар, швейцарский франк или британский фунт. Как только теоретики и идеологи Государства всеобщего интервенционизма расширили мандат центрального банка, навязать ему полную занятость и экономический рост, начались проблемы с ценовой стабильностью.

Если центральные банки развитых стран (G7) справляются криво-косо со своей полимандатностью, то в развивающихся странах она стала настоящей бедой. Мы это отчётливо видим на примере Нацбанка Украины. К сожалению, это теоретическая ошибка перешла в новую стратегию НБУ.

Нацбанк Украины представил свою «стратегическую идею». Она состоит из видения и миссии. Видение: «Национальный банк – это современный, инновационный, открытый, независимый центральный банк, способный выполнять свой мандат в любых условиях.

Он является лидером развития финансовой экосистемы, заботится о пользователях финансовых услуг, интегрироваться в европейское сообщество центральных банков, имеет доверие общества и международных партнёров».

Миссия НБУ: «Обеспечение ценовой и финансовой стабильности, содействие устойчивому экономическому росту для увеличения потенциала Украины как на пути к победе, так и во время послевоенного восстановления».

Все эти красивые, правильные слова написаны так, как будто Нацбанк участвует в конкурсе институциональной красоты. В нём берут участие также Минфин, Верховная Рада, Минэкономики и Офис президента. И вот, как на Евровидение, нужна короткая визитка в виде видения/миссии.

Давайте ещё раз вслух зададим себе вопрос: «Зачем нам нужен Национальный банк?» Было прекрасное своей ценовой стабильностью время, когда центральных банков не было, и инфляции не было. Тогда деньги были настоящими, и каждый понимал, что инфляция – это печатание денег. Именно так назывался этот процесс. Печатание денег приводило к росту цен.

Путём семантической манипуляции понятие «инфляция» стало означать «рост цен», а изначальное явление как-то потерялось с смысловой чехарде. Ладно, не будем требовать от Нацбанка исторической строгости, но вот смысл же обязательно нужно подчеркнуть. Смотрим на миссию Европейского центрального банка. «Главная цель системы евро [ЕЦБ и национальные центральные банки] – поддержка ценовой стабильности».

Таким образом, для налогоплательщиков, для граждан страны Национальный банк должен выполнять одну центральную/ключевую функцию – обеспечивать ценовую стабильность. Это значит годовая инфляцию должна быть ~2%. Это очень конкретная, однозначная, чёткая цель. Её нельзя никак иначе интерпретировать. Показатель качества работы Нацбанка – инфляция.

Какая миссия, например, у футбольного клуба «Барселона»? Быть чемпионов испанской лиги, выиграть Лигу чемпионов. Такую задачу ставят владельцы клуба перед тренером. Можно писать, конечно, что команда должна быть стильной, создавать много голевых моментов, больше соперников владеть мячом и иметь лучшее соотношение забитых и пропущенных голов. Но главное – победа. Точка.

Такая же логика относиться к Национальном банку. Можно обещать людям быть современным, инновационным и модным, но главное – ценовая стабильность. Точка. Размывание этой цели в контексте качества монетарной политики Украины последние 30+ лет – это консервация неблагополучных, токсичных практик, которыми Нацбанк потчевал экономику всё это время. К сожалению, новая Стратегия страдает многословием, а не выделяется конкретикой.

Если старые стены монетарной системы разукрасить рюшами и кружевами, назвать «финансовой крепостью», то некие эстетствующие субъекты могут, конечно, оценить художественный вкус руководства НБУ, но для ~40 млн. украинцев и ~2,5 млн. юридических лиц и ФОПов нужна ценовая стабильность. Уверенность в том, что она появится в ближайшие годы в Украине нет. Содержание Стратегии НБУ укрепляет эту уверенность.

Это на конкурсе институциональной красоты можно ласкать ухо 5П-ценностями НБУ и добавлять в список шестое П: Патрiотизм, Професiйнiсць, Поряднiсць, Прозорicть, Партнерство и Пiдтримка. Возможно, такой монетарный семантический водевиль отвлекает руководство страны и тех, кто должен следить за состоянием экономической безопасности, от конкретных ответов на основные вопросы к НБУ:

Когда в Украине, наконец, будет ценовая стабильность?

Когда украинцы будут радоваться свободному перемещению капитала?

Когда иностранные инвесторы перестанут испытывать сложности с выводом своих законных денег из Украины?

Когда украинцы смогут напрямую пользоваться услугами иностранных финансовых организаций, включая инвестиционные/пенсионные фонды?

Когда стоимость кредита в Украине будет такой, как в цивилизованных, рыночных странах?

Когда украинцы смогут инвестировать свои сбережения на своём, национальном фондовом рынке?

Чёткие, конкретные ответы на эти шесть «когда» для бизнеса и общества гораздо важнее, чем шесть «П» от НБУ.

Национальный банк определяет свою основную цель так: ценовая стабильность и курсовая стойкость. В одном флаконе. Это разные цели. Достижение одной может входить в противоречие с другой. Курсовая стойкость предполагает синхронизацию монетарной и фискальной политики. Это уже не мандат Национального банка, а пожелание коллегам из Минфина и Кабинета министров. Такая формулировка основной цели ослабляет монетарную политику страны в целом.

В Стратегии в описании достижения Цели I «Устойчивая гривна» говорится о «движении к постепенному ослаблению и снятию валютных ограничений, которые были введены в начале войны, переходу к гибкому курсообразованию и возвращению к монетарной политике таргетирования инфляции».

Очевидно, речь идёт о курсе гривны, а где же описание, собственно, поведения Нацбанка по отношению к основным денежным агрегатам (М0, М1, денежная база, М2 и М3)? Или Нацбанк думает, что увеличение денежной массы (М2) в 2022г. на 21% при падении ВВП более чем на 29% - это нормально?

За период 01.01.2020 – 01.01.2023 объём наличных денег в обращении вырос на 73,3%, денежная база увеличилась на 66%, денежная масса (М2) – на 74,2%, широкая денежная масса (М3) – на 73,9%. В период 2020-2022гг. среднегодовые темпы изменения ВВП составили минус 9,8%.

При таком балансе количества гривен, иностранной валюты и ВВП обеспечить ценовую стабильность невозможно, разве что вводить жёсткие ценовые ограничения, т. е. переходить в режим ручного, социалистического регулирования цен.

При таком раскладе невозможно сохранить курсовую стабильность, разве что жёстко ограничивать внешние валютные потоки и вводить ручное управление курсов гривны. Именно так поступил Нацбанк в 2022г. Такой режим сохраняется в 2023г. Он не решает экономические, инвестиционные, производственные проблемы страны, а их усугубляет.

В Стратегии НБУ «Фінансова фортеця України» следовало бы ожидать хотя бы указание на понимание природы инфляции и напряжения на финансовом/валютном рынках. Хотелось бы видеть, как НБУ будет менять режим регулирования денежной массой, какие меры будет предлагать для повышения спроса на гривну и расширения доступа капитала в страну. К сожалению, ничего такого в «финансовой крепости» нет.

У НБУ есть опасение, что при валютной либерализации миллиарды гривен окажутся на валютном рынке и взорвут курс. Тогда почему в Стратегии нет ответа на вопрос, почем Нацбанк столько гривен вбросил в денежный оборот, причём даже до войны. Без чётких ответов на эти главные вопросы от «финансовой крепости» останутся лишь шесть «П» и желание когда-нибудь снизить инфляцию до уровня меньше 15%.

Национальный банк Украины представил документ-перформанс, а не научно обоснованную Стратегию глубокого переосмысления монетарной политики воюющей страны.

В нём нет ни честного, объективного анализа собственных провалов и ошибок, ни понимания того, как их исправлять в будущем. НБУ был и останется в рамках принятой Стратегии органом, который гасит экономический рост, тушит предпринимательский дух и душит экономическую свободу.