Молочная ферма под ключ может спасти как отдельную семью, так и целую отрасль

Почти полностью разрушенные, не войной, а временем, здания молочных ферм и пустые луга — уже привычный для нас пейзаж. Можно сотни километров проехать по Украине и не увидеть ни одной коровы. По данным Министерства аграрной политики и продовольствия Украины, по состоянию на 1 мая 2023 года в стране насчитывается всего 1,4 миллионов коров. На 8% меньше, чем в прошлом году, на 80% меньше по сравнению с 1990-м.

На Ровненщине придумали, как вернуть коров на луга и в стойла

Похоже, на Ровненщине придумали, как вернуть коров на луга и в стойла. На словах идея проста: с помощью грантов, займов, обучения, юридического и бухгалтерского сопровождения и других средств помочь фермерам в приобретении коров, оборудования, техники создать маленькие фермы — и пусть работают и развиваются! Компания-инвестор будет получать молоко от них, а фермеры — деньги.

Так как это работает? По инициативе «Укрмілкінвесту» создали кластер «Натуральное молоко», в который вошли хозяйства западного региона Украины. Со временем был запущен проект «Семейные молочные фермы», чтобы привлечь к проекту частных хозяев.

Мы поговорили о нем с руководителем развития сети молочных ферм Натальей Немеришиной.

— Мы запустили этот проект в 2017 году. Отбираем людей, желающих открыть собственное дело в молочном фермерстве. Предоставляем им займы для покупки коров и оборудования. Есть отдельные позиции оборудования, которые продаем со скидкой 50%. Кроме того, оказываем разностороннее сопровождение новообразованных ферм: бухгалтерский учет, юридическую поддержку, ветеринарные и зоотехнические услуги, поиски источников финансирования (гранты, кредиты и т.д.). Также обеспечиваем фермы сбалансированными кормами, выращенными по специальной технологии. То есть делаем все, чтобы ферма могла развиваться.

— Но ведь займы, которые вы предоставляете начинающим фермерам, необходимо возвращать. Чем тогда вы лучше банков?

— Конечно, возвращать надо. Мы также зарабатываем деньги в этом проекте, но наш основной интерес — не проценты с заемщиков, а увеличение поголовья. Кредиты — это, скорее, вынужденный шаг: с банками селянам сложнее вести дела, у них нет кредитной истории, часто отсутствуют залоги, которые бы удовлетворяли банк, он и не посмотрит в сторону сельского дома или старенького трактора. Да и о рисках надо помнить, не может вашим залогом по банковскому кредиту быть ваше единственное имущество. С нами проще.

— Как еще помогаете начинающим фермерам?

— Советом, конечно. Подбираем оптимальную модель налогообложения. Помогаем подготовить эскизный проект фермы, пишем бизнес-планы для получения грантов на технику, на медикаменты, на семена. Помогаем сориентироваться в государственных программах, в частности, на ту же покупку техники. Получить беспроцентный кредит или госдотацию на содержание коров, за каждую голову 5300 гривен в год. Кроме того, проводим семинары по уходу за коровами, по хранению и транспортировке молока — учим наших фермеров производить качественное молоко. То есть наша помощь техническая, материальная, да и социальная. Наши фермеры не стремятся выезжать в другие страны на заработки — сохраняются семьи.

— То есть начинающие фермеры полностью зависят от вас. Свою продукцию, молоко, они тоже обязаны продавать только вам по фиксированным ценам?

— Сначала согласно договору они должны продавать молоко нам. В этом есть смысл, ведь один селянин не является оператором рынка и не может диктовать свои условия молокозаводу. Мы же, с большими объемами молока, являемся оператором рынка, нам проще вести диалоги на равных.

Конечно, мы гибкие в своих требованиях. Во время войны, когда все подорожало, молокозаводы не могут забирать все произведенное фермерами и крестьянами молоко. Поэтому наши фермеры могут распоряжаться продуктом по собственному усмотрению: продавать или перерабатывать его, скажем, изготавливать брынзу, крафтовые сыры.

— По какой цене вы закупаете молоко у фермеров?

— Сколько ферм сейчас под крылом вашего проекта и есть ли у вас свои перерабатывающие мощности?

— Уже 180 ферм в разных регионах Украины. Также мы открыли две сыроварни в Ровненской области. В планах — объединять фермы, создавать кластеры и обеспечивать для них все необходимое для успешной работы. Это и перерабатывающие мощности, это и кормопроизводство, и нетельное хозяйство. Но планы откладываются на после войны. До войны мы успели создать только один кластер.

В среднем фермеры зарабатывают от 2 до 3 гривен на литре молока

— Сколько зарабатывают фермеры за вычетом немаленькой расходной части, включительно с кредитами?

— У нас нет такого, что фермеры, получившие заем, вынуждены отдавать все, и им не на что вести хозяйство. В чем тогда наш интерес? Мы составляем графики выплат с учетом затрат, которые несут хозяйства, таким образом, чтобы у них оставались свободные средства. Какие? Это зависит от надоев, от кормовой базы. Но в среднем фермеры зарабатывают от 2 до 3 гривен на литре молока.

— Какие породы коров вы советуете покупать новым фермерам?

— Все зависит от опыта в содержании коров, который уже есть у человека. Как правило, мы начинаем с обычной черно-рябой породы, нетребовательной к содержанию. А в целом формируем поголовье под опыт самого фермера. Если через год работы мы видим, что хозяйство развивается, а сам фермер хочет учиться, уже думаем, как увеличить поголовье его фермы. Или методом искусственного осеменения, или покупаем нетелей (коров, беременных первым теленком) с привлечением средств самого фермера, поскольку они очень дорогие — 1800 евро и дороже.

— Какой срок окупаемости семейной молочной фермы?

— Если развивать ферму на 20 голов и сразу закупать дойное поголовье, средняя окупаемость — 3–4 года.

— Какие надои делают ферму рентабельной?

— Если когда-то надои в 3 тысячи литров на корову считались хорошими, то на сегодняшний день это почти ничего. Мы пытаемся выйти на 4,5 тысячи литров на голову.

— Такой надой для, скажем, датского фермера тоже почти ничего.

— Если говорить о промышленной ферме, то и в Украине такой надой — ничто. Они выходят на 8 и даже на 10 тысяч литров. Но там и продолжительность жизни коровы максимум пять лет. С нее буквально выжимают все соки.

— А на семейной ферме?

— Там и уход совсем другой, и жизнь коровы совсем другая. Этому мы тоже учим.

— Были ли в вашей практике такие случаи, когда подписали с человеком договор, начался процесс создания фермы, а потом вдруг категоричный отказ: «Не хочу, не буду»?

— Только один случай. Ферму в итоге закрыли, но сохранили хорошие отношения с «отказником». Он всегда занимался растениеводством, а тут решил попробовать себя в животноводстве. К сожалению, времени на все не хватало. Мы увидели, что надои стали падать, и посоветовали не мучить коров, а продолжать заниматься растениеводством. Он согласился. А коров мы перевезли на другую ферму. Сейчас такие «переселения» частые, к сожалению, — наших фермеров забирают на войну. Звонят, просят перевезти коров на другие фермы. В этом также преимущества такого «молочного комьюнити» — тебя всегда подстрахуют.

Наш главный идеолог и инвестор — Михаил Корилкевич

— Назовите, пожалуйста, партнеров «комьюнити» и автора идеи.

— Человек, который инициировал проект и запустил его, — Михаил Корилкевич (руководитель «Укрмілкінвесту», основатель и президент Украинской кооперативной федерации). Но воплощаем мы проект при поддержке Агентства ООН по вопросам развития (ПРООН), Агентства по поддержке развития фермерства. Наши партнеры — все молокозаводы, с которыми мы сотрудничаем, их более пятнадцати.

— С чего все началось?

В Украине молоко и молочные продукты, на языке экономистов, — это товары с неэластичным спросом, а на простом языке, товары, которые будут покупать всегда. Такие уж наши пищевые привычки. Поэтому без увеличения поголовья коров мы обречены покупать импортное, следовательно, интерес крупных молочных компаний в развитии этого проекта понятен — они отвоевывают домашний рынок. Но социальный вес проекта «Семейные молочные фермы» тоже безусловный как для каждой отдельной семьи, где корова становится кормилицей во всех смыслах, так и для регионов, которые значительно быстрее будут развиваться благодаря и ведущей кластерной модели производства, и развитию мелкого предпринимательства в селах. Этот проект — хороший пример того, как крупный бизнес ради сохранения молочной отрасли дает возможность крестьянам начать собственное дело и зарабатывать хорошие деньги, развивая вместе региональную экономику.