Скорого успеха не будет – майор 103 бригады о наступлении ВСУ/Операции по наступлению – это сложная математика

В последние дни украинские воины достигают больших успехов на фронте – наши защитники продвигаются на нескольких направлениях. За прошлую неделю Силы обороны освободили семь населенных пунктов. О ситуации на передовой и наибольших сложностях, которые тормозят продвижение ВСУ – в эфире Апостроф TV рассказал майор 103 бригады ТрО, депутат Львовского облсовета Александр Ганущин.

- Что происходит на четырех фронтах, где ведутся боевые действия с российскими оккупантами?

– Начнем с того, что можно рассказать. В режиме наступательных действий, а именно разведки боем, есть ряд локаций, где Вооруженные силы очень активно "прощупывают" врага на ближайших подступах. Есть деоккупированные населенные пункты, но это еще далеко не ожидаемое и разрекламированное российскими военкорами и лично путиным то наступление, которое должно освободить львиную долю территорий и приблизить нас к победе в этой войне.

Это действительно разведка, мы изучаем ситуацию: чем владеет враг, как работают и реагируют его тылы, как реагируют его резервы. Но понятно, что при этом у нас тоже есть свои успехи. В частности, есть успехи на Бахмутском направлении, где понемногу с флангов ВСУ начинают зажимать российскую группировку, которая еще остается в разбитом городе. Но наши позиции позволяют очень активно стрелять по ним из артиллерии. Это с одной стороны.

С другой стороны, на юге, как я уже сказал, несколько направлений разведки боем дают результат, есть и деоккупированные населенные пункты. Также есть результат в уничтожении отдельных линий логистики, отдельных линий и штабов врага. Это не компьютерная игра, трудно, каждый день нужно учитывать и рассчитывать не только собственные силы, но и то, что может против тебя сделать враг. Поэтому скорых решений и быстрых успехов не будет. Но однозначно победа будет за нами.

– Есть информация, что противник перебрасывает личный состав из Херсонской области. Соответствует ли это действительности, по вашим данным? О каком количестве личного состава и техники идет речь?

– Одна из очень рабочих версий, которая обсуждается в украинской экспертной среде, состоит в том, что россияне уничтожили Каховскую плотину, вызвали при этом огромную техногенную катастрофу – причина ее не только в том, что они боялись форсирования Днепра, но и в том, чтобы на какое-то короткое время находившиеся там в обороне собственные резервы, которые держали левый берег реки Днепр, достаточно укрепленные позиции, часть которых уже посмывало, перебросить на другое направление. Такая рабочая версия действительно есть. Она рассчитывается и изучается не только экспертами – нашими и международными – но и нашим Генштабом. Действительно, на несколько недель они получили для себя, я бы сказал, какое-то дополнительное усиление.

Но опять же, это все – внутреннее усиление. Это условно 10-15 тысяч человек, переместившихся с левобережных позиций на юг Запорожского направления. Очевидно, что это не дополнительные 15 тысяч российских войск, которые поступили бы в Украину. В сущности, баланс не изменен. Изменена только концентрация, и то в отдельных направлениях. Поэтому для каких-то боевых действий, их качества или продвижения Вооруженных сил Украины это на самом деле не так уж важно.

– Оккупанты плотно минировали поля перед украинским контрнаступлением и оказывают активное сопротивление, но наши защитники уверенно двигаются вперед. Это минирование одинаково по всем направлениям? И где наибольшая оборона со стороны рф? Где труднее всего прорываться?

– Позиции переднего края и места перед укреплениями минируем как мы, так и они. Другое дело, что в ожидании наступательных действий россияне, имея соответствующую технику – наземную и авиационную – переминируют или дополнительно минируют огромные площади. Это тоже правда. Это безусловно тормозит наступательные действия, но не настолько, как некоторые себе представляют. Особенно те, кто постоянно постит фото и видео с российскими кадрами недельной давности. Да, это безусловно дополнительный тормоз для продвижения, это сдерживает саму операцию, но это не отменяет ее в целом. Мины – это только один аспект.

Гораздо хуже авиация. Пока не будет паритета в небе наших Вооруженных сил и сил российской федерации, будет гораздо труднее проводить наземные операции.

А мины есть. Они на большинстве направлений, вдоль всей линии фронта, которая тянется от Харьковщины и упирается в Днепр. Поверьте мне, это тормозит, но не отменяет соответствующие наступательные операции.

– Издание Reuters сообщает, что Украина задействовала 3 из 12 бригад в контрнаступлении, поэтому решающая битва еще впереди. В то же время The Economist писало, что ни Украина, ни россия не вывели на поле боя ни всей техники, ни живой силы.

– Мы сейчас находимся в стадии, которая называется "разведка боем". Это наступательные действия, но это не то наступление, как представляют себе люди из американских фильмов или фильмов о Второй мировой войне. Это несколько иное. Сначала врага нужно деморализовать, уничтожить его обеспечение. Это будет что-то гораздо ближе к условно Херсонской операции по деоккупации, чем то, как было с Харьковской. Возможно, люди как максималисты хотят все и сразу…

Вообще мы все хотим все и сразу, но так не будет. Враг сильный. Сначала нужно "размягчить" его позиции, максимально снизить возможность поставки, вскрыть все его резервы, посеять хаос в его тылах. Тогда наступательная операция может быть удачной. Это сложная математика, для этого люди заканчивают серьезные академии, учатся на исторических примерах и не только. Поэтому скорых решений не ждем, но непрерывно продвигаемся вперед.