Почему за границей отбирают наших детей и как их вернуть родителям – представитель омбудсмена Ирина Суслова

К сожалению, нам уже хорошо известны истории о том, как за границей изымают детей из украинских семей. С позиций местных социальных служб, это делается " ради блага ребенка ", для наших беженцев это - боль и беда. На сегодняшний день известно 215 таких случаев, на 1 июня их было 240.

Об очередной проблеме, которую породила война, и о возможных путях ее решения KP.UA беседует с народным депутатом VIII созыва Ириной Сусловой, ныне являющейся представителем по правам детей, семьи, молодежи и спорта в офисе Уполномоченного Верховной Рады по правам человека.

Не обеспечила раздельные комнаты

- Ирина, снижение количества случаев изъятия – с 240 до 215 - добавляет оптимизма. Итак, детей все же удается возвращать в родные семьи?

– Да, определенное количество детей мы уже смогли вернуть. Но этот показатель каждый день меняется: кого-то возвращаем, а кого-то в это время могут изымать. Вот сейчас у меня на руках история беременной женщины, у которой в Германии забирают двоих детей. По мнению органов соцзащиты, она не создала надлежащих условий для их ухода, потому что не обеспечила мальчика и девочку раздельными комнатами.

– Это все претензии к маме?

- В Украине свои законы, за границей – свои. У нас тоже есть критерии по квадратным метрам, но есть понимание, что их не всегда можно соблюсти. Для нас главное, чтобы было чисто, чтобы у детей была одежда, были накормлены, посещали школу. Если все так, то ничего страшного, когда квадратных метров не хватает. Когда семья проживает, например, в общежитии, то это не повод лишать детей права быть рядом с мамой под одной крышей.

По европейскому законодательству дети разного пола обязательно должны иметь отдельные комнаты. И законодательства там придерживаются строго.

Возрастной ценз для опекунов

- Знаем, что есть проблемы с оформлением попечительства. Европейские страны не всегда устраивают наши документы.

– И не только в этом проблемы. У нас немало случаев, когда детей отправляли за границу с бабушками и дедушками. Чтобы могли посещать школу, не учиться дистанционно, чтобы не приходилось прятать их по подвалам во время обстрелов. А мамы оставались в Украине, потому что здесь работали и зарабатывали детям на жизнь.

Но во многих странах Европы для попечительства установлен возрастной ценз. Если сопровождающее лицо старше 60 лет, оно не может быть ответственным за ребенка. В Германии есть ограничения по возрасту, во Франции, Италии.

- Правда, что в Германии в отношении детей самые строгие правила?

- Я не могу об этом судить, я могу сказать, в каких странах детей чаще всего изымают. Лидирует Польша – 55 случаев, но там наибольшее количество украинских беженцев. Германия – 50 случаев, Испания – 30, Италия – 17. Нидерланды, например, 4 случая.

Адвокат и переводчик – вот главная проблема

- Известна история девочки, изъятой у бабушки на Сицилии. Когда из Украины приехала мама, ей так просто дочь не отдали.

- В европейских странах может быть разный порядок изъятия ребенка от родителей или опекунов. Но один порядок и единственная возможность возвращения – через суд. Мама приехала, заявила свои права, показала все документы, сказала, что заберет ребенка в Украину или останется с ним в принимающей стране – это просто там не работает. Надо подавать иск в суд и через суд доказывать, что ситуация, из-за которой ребенка изъяли, будет исправлена.

А для того, чтобы подать иск, у мамы должны быть адвокат и переводчик. И вот здесь начинается самое сложное. Те женщины, у которых преимущественно отбирают детей, не способны оплатить стоимость адвокатских и переводческих услуг, которые в Европе достаточно дороги. Поэтому сейчас мы отрабатываем с международными организациями-партнерами договоренности, по которым нашим гражданкам, попавшим в затруднительное положение, будет предоставляться бесплатная юридическая поддержка и переводчик.

Свой устав в чужом монастыре

- Есть мнение, что Европа заинтересована в том, чтобы оставить у себя как можно больше украинских детей из-за нашего хорошего генофонда.

– Я не могу это подтвердить или опровергнуть. Для этого нужно изучать ситуацию. Думаю, что в Европе просто выполняют свои правила.

Проблема в том, что, когда проходил массовый выезд с детьми за границу, никто не информировал людей об этих правилах. Не доработало Министерство иностранных дел. Консульские службы должны сообщать: ты с ребенком, у тебя будут такие-то обязанности, ребенка надо сопровождать в школу до такого-то возраста, не выпускать на улицу одного, не оставлять дома одного до такого-то возраста и т.д.

Люди не были информированы. У нас, к сожалению, большинство граждан не имеют знаний по национальному законодательству, так что уж говорить о человеке, который оказывается за границей, спасая своего ребенка. Законы – последнее, о чем она думает.

- Есть случаи, когда детей забирают не только из-за незнания законов. А из-за злоупотреблений своими привычками – легонько ударить, накричать, оставить одних, устроить вечеринку с подругами...

– Да, и это правда. Есть история, когда мама дала ребенку по попе в песочнице, потому что он разбрасывал песок. Свидетели сразу же позвонили в социальную службу. В Европе есть только одно понимание: если ребенка бьют, значит, нарушают его права, ребенок в опасности. А вот наше "дать ремня не помешает" - это плохая традиция, осуждаемая Международной конвенцией о защите прав ребенка.

К сожалению, у нас есть такая привычка – шлепнуть и покричать. За это у нас не наказывают. А в Европе - история о другом законодательстве. Свой устав в чужом монастыре не имеет силы.

...и Верховному комиссару ООН

– Где находятся изъятые дети?

- Это могут быть государственные институциональные учреждения, наподобие ребцентра. Но в большинстве своем – фостерные семьи. Они как приемные, только детей туда помещают не навсегда, а на определенный период, пока утрясется проблема их родителей или опекунов.

- Этой весной Координационный штаб по защите прав ребенка в условиях военного положения поручил МИД обратиться с нотой в страны, где находятся наши дети, чтобы перевести случаи ограничений прав родителей или опекунов под украинскую юрисдикцию.

- Да, ноты были разосланы, кое-где есть реакция, но результатов нет. Будем еще делать запрос на МИД.

- Вы советуете, юристы советуют – обращаться в украинские консульские учреждения. Однако женщины, разлученные с детьми, жалуются, что консулы становятся на сторону социальных служб страны пребывания.

– Я не уверена в этом. Мы с консульствами работаем, постоянно посылаем запросы. Вот пока мы с вами говорим, я подписала два документа и получила один ответ о возвращении ребенка.

С начала войны нагрузка на консульства выросла в разы. Большее количество людей, там – смерть, здесь – рождение, выплаты, образование, медицина... А консулов ​​больше не стало, кое-где их даже сокращают. Здесь государство должно занять четкую позицию.

- Следовательно, в случае беды нужно обращаться в консульство, в офис Уполномоченного ВР по правам человека. Есть ли международные правозащитные организации, которые готовы помочь?

– Можно обращаться к представительствам Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.