Ситуация на Запорожской АЭС: возможные варианты развития

В первую очередь хочется сразу успокоить украинцев: аварии, хотя бы приближенно сопоставимой по результатам с Чернобыльской трагедией, в Украине не произойдет даже в случае самого плохого развития ситуации, если враг осуществит свои угрозы и взорвет заряды, расположенные им на станции.

Страшной радиационной аварией на ЗАЭС украинцев пугают сейчас буквально все: россияне, прежде всего заинтересованные в этом, представители МАГАТЭ, руководители иностранных государств и даже украинская власть во главе с президентом Зеленским. Нашу власть понять можно: ее задача состоит в привлечении к ситуации на ЗАЭС наибольшего внимания правительств и международных учреждений, если надо, даже путем сознательного запугивания населения иностранных стран. Ведь Украина максимально заинтересована не просто в недопущении на своей территории теракта с выбросом радиоактивных веществ, но и в предотвращении повреждения своего дорогостоящего имущества, которым является ЗАЭС.

О том, что на самом деле крупная радиационная авария на ЗАЭС практически невозможна, очевидно, известно нашим специалистам, и они доложили об этом руководству государства. Почти наверняка знают об этом и в МАГАТЭ. Следовательно, нет смысла снова запугивать украинцев, уже и так многое переживших, еще и ядерной катастрофой.

ЧАЭС. Почему произошел взрыв

Основной причиной аварии на Чернобыльской АЭС стали несовершенная конструкция установленных там реакторов типа РБМК-1000, в частности, присущий им положительный паровой коэффициент реактивности, а также очень неудачное на момент аварии строение управляемых стержней, которым был присущ так называемый конечный эффект. При маловероятной комбинации определенных условий, которая, к сожалению, и сложилась в ходе проведения планового эксперимента на 4-м энергоблоке в ночь на 26 апреля 1986 года, эти конструктивные недостатки вместе с неосведомленностью персонала об их существовании привели к чрезвычайно быстрому неконтролируемому разгону реактора.

Это вызвало мгновенное выкипание воды в каналах реактора, что еще больше повысило реактивность, перегрев и расплавление ядерного топлива, в результате чего давлением перегретого пара плита биологической защиты реактора была отброшена вверх. Это был паровой взрыв, но в плане радиационной опасности он имел определенные признаки настоящего ядерного взрыва, поскольку произошел из-за разгона реактора, то есть неконтролируемой цепной реакции внутри него. Через несколько секунд произошел второй мощный взрыв, наиболее вероятной причиной которого стало воспламенение водорода, образовавшегося внутри реактора.

Это наихудший из возможных сценариев, когда работающий, еще и разогнанный до внепроектной мощности реактор взорвался изнутри, выбросив в окружающую среду тонны ядерного топлива, в частности, уран-235, радиоактивный графит, а также многочисленные продукты ядерных реакций, такие как йод-131, нуклиды цезия, стронций-90, плутоний, америций, большие объемы высокорадиоактивных газов и т.д.

ЗАЭС. Почему не может быть подобного

Во-первых, на Запорожской АЭС используются значительно более надежные водо-водяные реакторы ВВЭР-1000, которые ни при каких условиях не допускают неконтролируемый разгон мощности и никогда не оснащались дефектными стержнями.

Во-вторых, все реакторы уже несколько месяцев как полностью остановлены в штатном режиме (пятый в горячей остановке, остальные — в холодной). Даже после остановки реакторы на протяжении месяцев продолжают медленно разогреваться в результате остаточных ядерных реакций внутри них, а значит, нуждаются в определенном охлаждении. То есть вода должна циркулировать через ядро, для чего нужны работающие насосы и, собственно, определенные объемы воды. Но на нынешнем этапе даже полная остановка охлаждения, которая, как мы надеемся, никогда не произойдет, может вызвать повреждение тепловыделяющих сборок, в худшем случае — их частичное оплавление и повреждение корпусов реакторов с высвобождением внутри зданий блоков радиоактивных веществ и водорода. Но взрывы внутри самих реакторов невозможны.

И если заминировать здание энергоблока можно, то заложить взрывчатку непосредственно внутрь реактора — нереально. Там высокая радиоактивность, циркулирует вода, физически нет места для закладки огромных объемов взрывчатки, способных разрушить реактор. Кроме того, в подобном взрыве даже теоретически невозможно было бы обвинить Украину, а ядерный терроризм такого уровня заставил бы активно действовать даже ООН, не говоря уж о правительствах развитых стран.

Но даже и такой гипотетический взрыв не вызвал бы аварию масштаба Чернобыльской. Объем выброшенных в окружающую среду радиоактивных материалов все равно был бы в разы меньше, а того же радиоактивного йода, особо опасного для детей, в реакторах сейчас практически нет, ведь период его полураспада составляет всего восемь дней, и даже те объемы, которые были наработаны до остановки реакторов, уже давно распались до безопасных элементов естественным путем. Именно поэтому, собственно, официально заявлялось, что йодная терапия, то есть превентивное употребление «чистого» йода, накапливающегося в щитовидной железе, с целью не допустить накопления в организме радиоактивного йода-131, не понадобится в Украине ни при каких сценариях развития ситуации.

АЭС «Фукусима-1». Что общего?

Чем россияне пытаются напугать Украину и мир, так это фукусимским сценарием. На АЭС «Фукусима-1» после мощного землетрясения были разрушены электрические линии, которые вели к АЭС из середины острова, но все работающие в то время энергоблоки были остановлены в штатном режиме, и их еще в течение часа продолжали охлаждать насосами, запитанными от аварийных дизельных генераторов. Подобные генераторы уже несколько раз приходилось задействовать и на ЗАЭС, когда российские террористы обстрелами разрушали все высоковольтные линии, ведущие к станции. Но через час к японскому побережью приблизилось цунами. Конечно, инженеры, конструировавшие АЭС, предвидели возможность цунами в этом регионе, но плотины на побережье были рассчитаны на вдвое меньшую высоту волны, чем пришла на самом деле. Второй критической ошибкой стало размещение аварийных генераторов в подвальных помещениях, где их затопило морской водой, полностью выведя из строя.

С этого момента катастрофа стала неизбежной. Вода в реакторах перестала циркулировать, начала перегреваться и выкипать, оголяя топливные сборки, что приводило к еще большему их нагреву, а затем и плавлению. В результате выделились большие объемы водорода, который скапливался внутри зданий энергоблоков и, перемешиваясь с кислородом из воздуха, фактически образовал гремучий газ.

На протяжении последующих двух суток после землетрясения эта смесь сдетонировала во всех энергоблоках от случайной искры. При надлежащей вентиляции в зданиях, которая бы позволила безопасно выпустить водород и радиоактивные газы в атмосферу, последствия аварии удалось бы существенно минимизировать, радикально уменьшив выброс в окружающую среду радионуклидов (который все равно из-за характера аварии был в разы меньше, чем на ЧАЭС). Реакторы все равно были бы безвозвратно повреждены, но здания блоков и оборудование остались бы в значительной степени неповрежденными. К сожалению, этого не произошло.

Однако на ЗАЭС и этот сценарий россиянам реализовать уже не удастся. Чтобы повторить его, энергоблоки надо вывести на мощность, а потом прекратить их охлаждение, что сейчас совершенно невозможно. Все реакторы не работают уже в течение месяцев, что минимизирует как теоретическую возможность аварии, так и потенциальный масштаб ее последствий. Попытки запуска возможны, и единственным кандидатом является пятый энергоблок, находящийся в горячей остановке. Впрочем, существуют варианты как фиксации попытки его пуска, так и дистанционной остановки этих попыток, что точно понимают оккупанты станции.

Следовательно, самый большой риск сейчас состоит в том, что россияне вряд ли мирно оставят ЗАЭС, когда придет время бежать.

Более вероятно, они попытаются взорвать или сухое хранилище, или бассейны хранения отработанного ядерного топлива ЗАЭС. В первом случае произойдет загрязнение окружающей территории, но большая часть радиоактивных веществ останется на площадке хранилища. Во втором — будут значительно загрязнены внутренние помещения ЗАЭС. Впрочем, за пределами территории ЗАЭС радиоактивное загрязнение будет почти отсутствовать. О какой-то большой эвакуации и тем более о создании зоны отчуждения речь идти не будет. Очевидно, привлекательным такой вариант для врага является поэтому, что во взрывах можно будет обвинить Украину, хотя вряд ли в это кто-то поверит.

Еще одним сценарием является подрыв шлюза и/или стенок пруда-охладителя ЗАЭС с целью выпустить запасы воды из него в несуществующее больше из-за теракта врага на дамбе Каховской ГЭС Каховское водохранилище, что опять-таки может привести к проблемам с отводом остаточного тепла от реакторов. Также можно ожидать подрыва врагом турбин, генераторов, электрического оборудования, парогенераторов электростанции.

Конечно, нужно сделать все возможное, чтобы не допустить этот сценарий. ЗАЭС — ценный актив Украины, и она еще понадобится нам, когда начнутся активные процессы восстановления. Поэтому как Украина, так и наши партнеры должны максимально доступно донести до россиян, что за все, что они сейчас повреждают и уничтожают, очень скоро придется платить. Платить буквально: деньгами, имуществом, отчислениями с продажи ресурсов за границу и т.д. Они уже сами начинают это понимать, и процессы конфискации активов в пользу Украины, а не простого их замораживания, уже начались.