Токио в боевой готовности. 6 украинских уроков для планирования обороны Японии

Лидеры Японии уже начали усваивать ключевые уроки из примера Украины. Как показывают три стратегических документа, опубликованные в декабре прошлого года, Токио наращивает расходы на запасы боеприпасов, техническое обслуживание, укрепление и готовность баз, а также осуществляет новые инвестиции во всех областях. Несмотря на это, японские чиновники умалчивают, к какому конфликту они готовятся — краткосрочному или долгосрочному. Это важно, потому что, как показывает война в Украине, затяжная борьба может потребовать иных планов, чем те, которые разрабатывает Япония.

Фокус перевел статью Джеффри В. Хорнунга о том, какие уроки Япония может вынести из опыта российско-украинской армии.

Любой конфликт с участием Китая и США вряд ли будет коротким. Для эффективного участия Японии в любом конфликте в Восточно-Китайском море — даже в целях собственной защиты — японские силы должны извлечь шесть ключевых уроков из нынешней войны в Украине: подготовиться к затяжному конфликту; обеспечить адекватное материально-техническое обеспечение; быть готовыми к активным боевым действиям; оказать помощь в более масштабном конфликте; использовать беспилотные средства; а также поддерживать волю к борьбе. Решение этих вопросов может помочь Японии и всему альянсу стать более подготовленными к быстрому реагированию и поддерживать оперативные сроки США.

Подготовка к затяжному конфликту

Первым шагом в подготовке к затяжному конфликту является накопление и предварительное размещение критически важных материальных средств, таких как топливо, запчасти, оборудование, расходные материалы и медикаменты, вблизи подразделений, которым они понадобятся. Опыт Украины также подсказывает, что Японии следует уделять первоочередное внимание обеспечению высокой степени готовности техники и подразделений.

Пожалуй, самым важным уроком является обеспечение наличия достаточных запасов боеприпасов в местах дислокации огневых подразделений. Как и довоенная Россия, Китай начнет любую войну, имея значительно превосходящий численный состав самолетов и кораблей по сравнению с тем, чем располагают союзники. Это, а также большой запас ракет, поставит под угрозу весь Японский архипелаг. В дополнение к большому значению пассивной и активной обороны японских баз, эта реальность также подчеркивает важность сохранения Японией своей промышленной базы и достаточных запасов боеприпасов. Справедливости ради следует отметить, что в своей Стратегии национальной обороны до 2022 года Япония указала на важность увеличения запасов боеприпасов, однако неизвестно, что именно Министерство обороны и Силы самообороны считают достаточным. Это возвращает нас к вопросу о том, к какому типу конфликта готовится Министерство обороны.

Подготовка и создание запасов для краткосрочного внезапного конфликта и долгосрочного затяжного конфликта, как в Украине, требуют совершенно разных подходов. Армия США, например, столкнулась с проблемой пополнения сокращающихся запасов оружия, которые были перенаправлены на поддержку украинских военных. Война в Украине — это война, в которой США оказывают косвенную поддержку. Запасы сократились бы гораздо быстрее, если бы США принимали непосредственное участие в боевых действиях. Что касается Японии, то частью текущей задачи правительства является пополнение запасов важнейших боеприпасов в мирное время. Неизвестно, какие сделки заключило Министерство обороны с поставщиками оружия для увеличения производства в условиях конфликта. Учитывая небольшое количество поставщиков, будет ли у Японии возможность увеличить мощности в военное время? Неизвестно также, сотрудничает ли Япония с американскими поставщиками, чтобы деконфликтовать свои заказы с американскими.

Обеспечение адекватной логистики

В связи с этим возникает вопрос, как Япония намерена доставлять критически важные грузы туда, где они необходимы, когда запасы и материальные средства начнут истощаться. Одним из недостатков российских операций было провальное материально-техническое обеспечение, вызванное возможной плохой подготовкой и, что более заметно, плохим планированием. Как отмечает министр армии США Кристин Вормут: "Российские военные испытывают трудности с перемещением техники по полю боя… [демонстрируя] заметный и несколько удивительный недосмотр в этой области". Сет Джонс дает дальнейшие разъяснения, утверждая, что без доступа к железнодорожному транспорту и с дорогами, забитыми российскими автомобилями, "российские сухопутные войска не смогли быстро и эффективно доставить топливо, боеприпасы, запасные части и другие материальные средства в передовые части", в результате чего линии снабжения не успевают за интенсивными боями. Результат этих сбоев в логистике проявился на поле боя, где линии снабжения запутались, что привело к вялотекущим наступлениям и потере территории при столкновении с украинскими контрнаступлениями.

Любой конфликт с участием Японии подразумевает логистический путь, пролегающий через множество островов, разделенных сотнями, а иногда и тысячами миль воды. Поскольку Силы самообороны ведут боевые действия со своей территории, они всегда будут иметь базы, запасы и припасы где-то поблизости — но это "где-то" может быть отделено горами или большими участками океана. В мирное время Япония, как правило, полагается на коммерческие активы, чтобы помочь Силам самообороны в перевозке грузов и оборудования. Это создает значительную уязвимость и потенциальные юридические проблемы в преддверии кризиса, не говоря уже о фактическом конфликте.

Подготовка к активным боевым действиям

Важно сосредоточиться на способах удержания Сил самообороны в бою, но часто задают вопрос о том, готовы ли они в принципе к активным боевым действиям. Одним из неожиданных аспектов войны в Украине стала некомпетентность российских военных. До начала войны многие авторы утверждали, что вооруженные силы Путина являются современными и компетентными, вызывая ожидания, что превосходящая в военном отношении Россия быстро справится с Украиной. Вместо этого российские военные допустили критические ошибки, усугубленные масштабной коррупцией, практически во всех сферах, будь то общевойсковые операции, снабжение топливом и логистика, планирование и боеготовность или командование и управление.

Народно-освободительную армию считают таким же устрашающим военным гигантом. Однако ее военная компетентность не проверена, а последний конфликт, в котором она участвовала — и проиграла — произошел в 1979 году против Вьетнама. Тем не менее, даже этот оперативный провал Народно-освободительной армии несколько десятилетий назад дал больше боевого опыта, чем у Сил самообороны. Хотя японские силы имеют десятилетия опыта реагирования на катастрофы, опыт, связанный с активными боевыми действиями, ограничивается учениями и тренировками. Считается, что Силы самообороны не проводят регулярных реалистичных учений и не практикуют реалистичную подготовку. Некоторые учения, которые были бы необходимы для обеспечения высокой боеготовности, например, ракетная подготовка, даже не могут проводиться в Японии по внутриполитическим соображениям.

"Реалистичные тренировки и учения" были определены в совместных заявлениях как область, которой альянс уделяет особое внимание. Неизвестно, в какой степени успехи Украины на поле боя повлияли на усилия по улучшению тактических боевых навыков и уровня готовности Сил самообороны. Например, наблюдает ли Япония за ходом войны и ищет ли пути усовершенствования общевойсковых операций объединенных сил? Армия США, в свою очередь, говорит о важности совместных учений, которые позволяют получить опыт крупномасштабных маневров. Учитывая сложную технику Сил самообороны и планы по закупке еще большего количества техники в ближайшие годы, чем больше Япония сможет обеспечить высококачественную, реалистичную подготовку для наращивания потенциала и обучения младших командиров и сержантов принятию решений на поле боя и захвату инициативы, тем выше будет ее готовность к наиболее эффективному использованию своей сложной техники против численно превосходящего противника. Планируемое создание постоянного объединенного штаба также предполагает более серьезное отношение к объединению, которое окажется полезным против гораздо более крупных китайских сил.

Помощь в более масштабном конфликте

Помимо готовности к войне, более фундаментальным вопросом для политического руководства Японии является то, какую роль оно видит для себя в непредвиденных обстоятельствах на Тайване. Я много писал о том, как правовые рамки Японии определяют, что она может и чего не может делать в различных сценариях. Специалисты по планированию должны творчески подойти к способам помочь Тайваню сохранить свою боеспособность.

Одной из наиболее важных форм сотрудничества с Украиной являются поставки оружия и боеприпасов со стороны Запада. Хотя по мере затягивания войны этот процесс замедлился, в какой-то момент США и НАТО поставили Украине более 17 тысяч единиц противотанкового оружия менее чем за неделю. Япония поставляла Украине припасы, но не боевую технику. Если сохранение жизнеспособного правительства в Тайбэе является критически важным интересом для Токио, Япония, предположительно, будет готова поддержать Тайвань подобным образом. Стала бы Япония поставлять Тайваню оружие и боеприпасы в случае активной чрезвычайной ситуации? Неизвестно, сочтет ли будущий японский премьер-министр такой шаг слишком провокационным. Если бы это было так, возможно, более реалистичной была бы небоевая поддержка, например, самолеты C-130 и C-2 Сил самообороны, совершающие воздушные десанты с небоевыми припасами на Тайвань. Если полеты вблизи или над Тайванем окажутся политически или оперативно сложными в условиях противостояния, японские силы, по крайней мере, должны иметь возможность использовать некоторые из своих воздушных танкеров KC-46, чтобы помочь дозаправке коалиционных сил, летящих с Гуама или Аляски. Такой вид небоевой тыловой поддержки над международными водами должен оказаться самым простым с политической и оперативной точек зрения.

Что касается боевых действий, то борьба за Тайвань будет включать в себя множество миссий. Если Токио все же вступит в войну, большой вопрос будет заключаться в том, ограничит ли он свою поддержку исключительно обороной Японии или расширит ее до защиты американских сил в Японии и вокруг нее. Если он примет последний подход, в соответствии с заявленным намерением в 2014 году пересмотреть толкование статьи 9, чтобы разрешить коллективную самооборону, то непонятно, какие миссии будет выполнять Япония. Руководство по взаимной обороне 2015 года предлагает общую дорожную карту ожидаемых ролей и миссий, в которых будет участвовать каждый союзник. Но поскольку Япония заняла более активную позицию, ожидаемые роли и миссии Сил самообороны будут полностью зависеть от того, кто на тот момент займет Кантей.

Могут ли Соединенные Штаты рассчитывать только на выполнение важнейших небоевых задач по тыловой поддержке, таких как разведка, наблюдение и рекогносцировка, дозаправка, техническое обслуживание, поиск и спасение? Как насчет воздушных или морских операций, включающих кинетические действия за пределами японских вод и воздушного пространства, включая боевой поиск и спасение, в поддержку союзных сил? Как насчет защиты потока критически важных американских материальных средств на театр военных действий и далее к передовым пунктам, даже если это включает сам Тайвань? Хотя Соединенные Штаты, несомненно, хотели бы, чтобы Япония обеспечила эффективный ответ, это не должно происходить за счет выполнения Силами самообороны своей основной обязанности — защиты Японии.

Пожалуй, одной из самых больших неизвестных остается то, как Япония намерена использовать свои дальнобойные высокоточные ракеты. Большинство западных аналитиков по вопросам безопасности и планировщиков обороны считают, что такие возможности носят наступательный характер, однако дискуссии в самой Японии сфокусированы на их использовании в целях самообороны. Большая часть этих дискуссий сосредоточена на поражении аэродромов противника или стационарных военных объектов. Помимо того, что количество таких объектов исчисляется тысячами, а аэродромы можно относительно быстро отремонтировать, важно понимать, какой цели будут служить такие удары.

Поскольку удары по аэродромам сами по себе мало что дадут для сдерживания дальнейшей китайской агрессии, важным уроком, который командиры Сил самообороны могли бы извлечь из примера Украины, является необходимость дальних точных ударов для потопления кораблей и уничтожения колонн снабжения, поражения командных пунктов или командных кораблей, а также уничтожения критически важных узлов материально-технического снабжения и боеприпасов. Если Силы самообороны разработают концепции операций, которые расширят их применение на эти цели, это значительно усложнит жизнь Народно-освободительной армии. Возможно, когда-нибудь Япония приобретет независимую архитектуру системы поражения для применения этих огневых средств. Однако в обозримом будущем она будет по-прежнему зависеть от американской разведки, наблюдения и рекогносцировки, целеуказания и планирования операций такого типа, что требует тесного сотрудничества с Вашингтоном.

Использование беспилотных средств

Один из самых интересных уроков Украины касается не только повсеместного использования беспилотных платформ обеими сторонами, но и творческого подхода к их применению. Украинцы оказались очень искусными в создании программного обеспечения для прицеливания и других инноваций на поле боя, которые могут легко использовать солдатами в полевых условиях. Все это продемонстрировало эффективность беспилотных систем для разведки, наблюдения и рекогносцировки, кинетических атак и целеуказания.

В Стратегии национальной обороны Японии на 2022 год важность разработки беспилотных платформ указана в качестве приоритета. А успешное развертывание американских беспилотников на авиабазах Мисава, Йокота и Каноя является доказательством того, что Токио готовится к операциям с применением беспилотников с территории Японии. Однако остаются вопросы о том, как Токио намерен использовать беспилотные возможности, поскольку он все еще находится на стадии изучения этой технологии. Например, до вторжения России большинство японских идей о беспилотных платформах сводились к приобретению больших платформ, таких как Global Hawk. Но война в Украине показывает, что все важные роли в конфликте могут выполнять небольшие и дешевые платформы вроде барражирующих боеприпасов.

Японским планировщикам, стремящимся найти способы проникновения через защиту и отрицание доступа к территории Китая, следует больше внимания уделить небольшим "расходным" платформам — дешевому, одноразовому оружию, которое можно приобрести в гораздо большем количестве. Таким образом, Силам самообороны имеет смысл подготовить небольшие тактические подразделения, способные дискретно развертываться на поле боя даже за пределами прямой видимости. До сих пор неизвестно, работают ли японские планировщики над обновлением своих сетей командования и управления, чтобы интегрировать быструю разведку, которую обеспечивают беспилотные платформы, в закупаемые ударные платформы.

Похоже, Япония пока не обращает должного внимания на риск, который китайские беспилотные платформы могут представлять для баз и возможностей Сил самообороны. Использование беспилотников в Украине напоминает применение самодельных взрывных устройств в Ираке и Афганистане. С точки зрения обороны, неизвестно, какие уроки извлекли Силы самообороны, когда речь идет о подготовке к возможному использованию Китаем большого количества барражирующих боеприпасов. В новых стратегических документах нет упоминаний о защите от новых барражирующих боеприпасах, которые могут атаковать сверху. Также не видно активных дискуссий о совершенствовании технологии борьбы с беспилотниками в рамках более широкой модернизации интегрированных систем противовоздушной и противоракетной обороны Японии.

Поддержание воли к борьбе

Последний урок Украины может оказаться самым трудным для обсуждения в Японии. В крупном конфликте широкомасштабные разрушения не обязательно будут ограничены базами Сил самообороны. Нападения России на Украину были неизбирательными, направленными на гражданское население и на инфраструктуру, от которой зависит жизнь гражданских. Японским планировщикам в первую очередь следует задать вопрос о том, достаточно ли существующих систем противовоздушной и противоракетной обороны, которые в основном сосредоточены вокруг японских и американских баз. А как насчет защиты крупных населенных пунктов?

Декабрьские стратегические документы свидетельствуют о повышенном беспокойстве по поводу недостаточных запасов, но необходимы и другие виды инвестиций. Возможные меры могут включать в себя мощные средства радиоэлектронной борьбы для уничтожения подлетающих ракет, космические датчики для обнаружения, отслеживания и нацеливания на ракеты, а также некоторую комбинацию более мощных перехватчиков как для баллистических, так и для крылатых ракет. Технически это может включать в себя систему тепловой обороны высокогорных районов, систему Aegis Ashore, систему защиты от непрямого огня или более мощный противоракетный потенциал, который еще не разработан. Все это — важные средства предотвращения широкомасштабных бомбардировок, которые могут подорвать доверие общества к любому премьер-министру, пытающемуся продолжать борьбу.

На сегодняшний день большая часть внутренних дискуссий в Японии по поводу противоракетной обороны сосредоточена на сдерживании путем отрицания. Но последствия их применения не всегда обсуждаются в публичных дебатах. Если Япония использует эти возможности для нанесения удара по целям Народно-освободительной армии, но случайно поразит невоенную цель или цель, на которой также находится стратегический объект, Китай может принять решение ответить гораздо большей силой, включая удары по гражданской инфраструктуре или населенным пунктам. Готова ли к этому Япония? В затяжной борьбе, в которой Япония ежедневно подвергается нападениям, станет ли японскому премьер-министру сложнее поддерживать жизнеспособность Сил самообороны? Или же японское население станет более решительным в сопротивлении агрессору из-за постоянных человеческих жертв? Что еще более важно, существует ли точка или красная линия, после которой премьер-министр не позволит американским войскам продолжать вести войну с баз в Японии?

Заключение

Япония делает огромные шаги по совершенствованию своей обороны, причем такие, которые большинство аналитиков считали невозможными еще несколько лет назад. Все это является исключительным. Однако, как нас учит украинский конфликт, войны могут затягиваться надолго. Украина выигрывает от того, что у нее есть преданные международные партнеры, которые не участвуют в самой войне. Соединенные Штаты же вполне могут быть непосредственно вовлечены в тайваньский конфликт. Это ставит перед Японией задачу убедиться в том, что она способна выдержать не только первый залп, но и месяцы, а возможно, и годы боевых действий. Извлекая уроки из примера Украины, японские планировщики могут лучше подготовиться к этому риску.

Об авторе

Джеффри В. Хорнунг — старший политолог корпорации RAND и адъюнкт-профессор Джорджтаунского университета.