Наполеон дошел до Москвы, но проиграл. Как довести армию Путина до поражения? Интервью с генералом Романенко

В войне Украины за свою свободу освобождение территорий не является целью номер один, как бы странно это ни звучало. Опыт кампаний по освобождению правобережья Херсонщины показал, что группировка врага, которая была вынуждена покинуть эти захваченные территории, практически не понеся никаких потерь, была переброшена на восточный фронт. Поэтому целью номер один должен стать разгром российской оккупационной армии, уничтожение ее живой силы и техники.

В свое время Наполеон взял Москву, но проиграл войну, поскольку растратил весь свой потенциал. Точно так же свой наступательный потенциал должен потерять и российский агрессор. В настоящее время есть несколько вариантов выхода украинских Сил обороны к побережью Азовского моря, перерезания сухопутного коридора врага. Но главное условие успеха – быстрые и объемные поставки западной военной помощи. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал экс-заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил Украины, генерал-лейтенант Игорь Романенко.

– Советник городского головы Мариуполя Петр Андрющенко сообщил о том, что оккупанты начали возводить новую линию обороны на Никольском направлении вблизи Мариуполя. Считаете ли вы, что именно здесь наши Силы обороны могут планировать выход к побережью Азовского моря? Есть ли у нас возможность, чтобы препятствовать противнику, создающему новые рубежи обороны, в частности, на этом направлении?

– В перспективе у нас остается нанесение ударов со стороны Сил обороны Украины наступательного характера на юге, несмотря на то что здесь противником создана достаточно сильная система обороны. Но боевые действия продолжаются, в большей степени на Бердянском направлении. Кстати, с него можно выходить на Мариуполь. Ведутся действия на Мелитопольском направлении. То есть вероятность такого выхода есть.

В целом есть ряд направлений, где Силы обороны могут продвигаться. Это Херсонское, Мелитопольское, Бердянское и в районе Угледара. Они остаются перспективными. Однако для того, чтобы реализовать какое-либо из них или, возможно, найти другое, прежде всего необходимо найти слабое место противника. Он растягивает свои силы по фронту протяженностью полторы тысячи километров и задействует резервы.

Мы также начали задействовать резервы в боевых действиях на юге. Не в таких количествах, как это пытались делать вначале, поскольку у нас нет достаточного прикрытия сверху, нет войсковой системы ПВО, которая должна прикрывать войска. Активно действует авиация противника, его самолеты, бомбардировщики, штурмовики и ударная авиация, те же Ка-52, которые мы частично сбиваем, но они все же выполняют свои задачи.

Поэтому говорить о том, что Мариупольское направление лучше, чем остальные, я бы не стал. Потому что сначала надо разведать ситуацию, затем, к концу этого месяца – началу следующего, аккумулировать силы для нанесения удара с применением вооружений от союзников и собственного производства.

А дальше двигаться на выявленном направлении – одном или двух, в зависимости от того, сколько будет сил. Пробивать коридор в системе обороны противника и вводить резервы. Сначала оперативные, а если дело будет стоить того, то и стратегические. Хотя и противник не просто наблюдает за тем, что мы делаем. Он формирует свои резервы, задействует их на востоке нашей страны, чтобы остановить наше наступление и продвигаться.

За счет этого у наших Сил обороны есть определенные сложности в районе Купянска, на Лиманском направлении. В таких условиях сложно выполнять задачи, но наша армия пытается это делать.

Даже если бы я мог назвать направление главного удара, я бы не стал этого делать, потому что это прерогатива Генерального штаба. Перспективные направления мы обсудили, но для того, чтобы сделать окончательный выбор, необходимо глубоко знать состояние противника на тот момент – и наша, и разведка союзников работают.

Конечно, это очень серьезное и ответственное решение военного руководства Украины, в первую очередь генерала Залужного. В том числе в контексте последствий. Потому что, чтобы снова собрать такое количество резервов, потребуется значительное время и усилия.

Из-за того, что наши союзники очень долго, еще с осени, несвоевременно и неэнергично выполняли свои обязательства по военной помощи и до сих пор не выполнили их в полной мере, противник получил возможность решить два вопроса: сформировать на востоке ударную группировку примерно на 110 тысяч с вооружениями, а на юге построить достаточно мощную систему обороны. Поэтому с наступлением возникают сложности и оно растягивается во времени.

– В издании Forbs вышла публикация, посвященная наступлению ВСУ. Там пришли к выводу, что, несмотря на не очень быстрый темп, общие боевые достижения украинской армии невероятны. По их оценкам, если осенью Украина сможет совершить прорыв к Азовскому морю и, возможно, освободить Крым, это резко сократит фронт боевых действий. Считаете ли вы, что такие прогнозы имеют право на существование? Допускаете ли вы, что уже осенью, через несколько месяцев, может произойти такой прорыв?

– Что касается перспектив достижения таких результатов в полном объеме, то здесь, как говорится, надо еще посмотреть. Как мы знаем, обещанные Abrams до сих пор отсутствуют на поле боя, предоставление самолетов F-16 переносится на годы.

Известная история с тем, чтобы "не допустить эскалации", – эту боязнь на Западе еще не преодолели. Часть политического руководства США стоит на позиции, что нельзя дать Украине проиграть, но это не значит, что она должна выиграть. Ведутся закулисные переговоры наподобие тех, которые проводились накануне подписания Минских соглашений. И сейчас есть опасность того, что Украину будут подталкивать к такого рода решению, хотя официально они отмежевываются от такой позиции.

Перспективы такого рода продвижения, о котором говорят в Forbes, есть, если нам будет поставляться больше вооружений. Но по-прежнему обязательства не выполнены в полной мере. Западные военные знают об этом, докладывают своему политическому руководству, но те ведут себя так, как ведут.

Наши резервы, которые мы готовили, не исчерпаны до конца. Это вселяет определенный оптимизм. Но то, насколько их хватит, будет зависеть от того, насколько эффективно они будут задействованы.

Почему выдающимися уже сейчас являются действия Сил обороны на юге? Я бы воздержался от дифирамбов, но из теории войны мы знаем, что наступающие войска должны численно превосходить противника в 3-5 раз, а также по военному потенциалу. У нас всего этого нет.

Что касается потерь, то, по оценкам западных специалистов, за первых два месяца лета на фронтах, особенно на южном, противник, обороняясь, потерял в два раза больше и личного состава, и техники, чем украинские Силы обороны.

Почему это важный показатель? Потому что дело не только в территориях. Даже если мы будем освобождать территории – в ближайшее время, наверное, не в границах 1991 года, скромнее, но мы будем это делать, – то более важной задачей является нанесение ущерба армии противника.

Например, если вспомнить прошлогоднюю Херсонскую операцию, то на правобережье была группировка противника в 25 тысяч. Они организовали достаточно сильную оборону, мы взяли первую линию обороны, понесли потери, осмыслили ситуацию и дальше начали бить по ним. В этих условиях враг понял, что время играет против него, ему нужно уходить, иначе вся группировка будет разбита. Им удалось вывести личный состав и технику практически полностью, без особых потерь, и затем всю эту группировку задействовали на востоке, особенно тяжелые вооружения.

То есть украинские Силы обороны выполнили задачу, которую поставил президент, – освободили Херсон и правобережную часть Херсонской области. Плюс была проведена успешная наступательная операция на Харьковщине. Но армия противника осталась как она есть. А нам надо ее разбивать.

Поэтому сейчас очень важно уничтожать живую силу и технику врага, что сейчас и делается, и постепенно, медленно, но верно продвигаться вперед для того, чтобы осуществлять действия наступательного характера.

Наполеон в свое время дошел до Москвы, но в ходе этих действий фактически растаяла его армия. Потом они откатывались назад, голодные и холодные. В результате в целом он проиграл венную кампанию. Поэтому важны не только территории, но еще и нанесение существенного ущерба группировке войск противника на нашей территории.