"Плакали все, даже я", - инициатор проекта Кристина Храновская о выставке дневников украинских детей в Амстердаме

В Амстердаме в музее Анны Франк проходит выставка «Дневники войны: Неуслышанные голоса украинских детей»”: рисунки и записи 14 украинских подростков 9 - 17 лет о их жизни с момента начала полномасштабного вторжения. Они пережили обстрелы, голод, смерть близких, оккупацию, но сохранили возможность мечтать.

О том, как появился этот проект, как сейчас живут авторы этих дневников и какой резонанс произвела выставка, KP.UA рассказала инициатор проекта Кристина Храновская.

“Голоса детей должны быть услышаны”

- Кристина, как получилось, что вы взялись за этот крайне тяжелый эмоционально проект?

- Я - мама четырех детей и, как никто другой, знаю, что дети пережили с начала полномасштабного вторжения. Они спрашивали: почему нас бомбят, зачем мы уезжаем, почему живем без папы? Все это давалось нелегко.

Когда мне на глаза попался первый детский дневник о войне, поняла: этот материал не должен оставаться только на бумаге. Здесь и страх, и боль, и страдания глазами детей. Голоса детей должны быть услышаны. Обратилась в агентство Ford - они помогли мне организовать выставку.

Сегодня далеко не все дети ведут дневники. Кто-то рисует, записывает видео, но в большинстве случаев они боятся, стесняются, пугаются…

Поэтому еще одна мотивация сделать проект – дать возможность детям высказаться. Сейчас мы занимаемся интернет-страницей. Поделиться своими историями (анонимно или нет) можно будет на нашей платформе, чтобы мир знал, что наши дети переживают каждый день.

- Вы помните, как появилась идея обнародовать эти дневники?

- После полномасштабного вторжения я пребывала в депрессии и пересматривала фильмы о войне. На глаза попался фильм об Анне Франк. И поняла: когда видишь, читаешь такой дневник, оно раз - и срабатывает! Так появилась идея показать наши дневники в Музее Анны Франк. Решила, вместо того чтобы плакать, раздражаться и жалеть себя, направить энергию в конструктивное русло.

Весь мир знает историю маленькой еврейской девочки в нацистской оккупации. Анна Франк вела свой дневник, пряталась в шкафу… Девочка погибла в концлагере за пару месяцев до победы. Поэтому, где разместить эту выставку, вопроса не возникало.

Я полетела в Амстердам, в музей Анны Франк. До встречи с ним еще не осознавала масштаб всей истории, не знала, что это музей частный. Увидела, насколько там плотно размещены экспозиции. У них просто нет места на то количество историй, которые мы хотели показать.

Однако музей отнесся к нашей идее с участием и предложил мэрию Амстердама: там площадка большая. В итоге, мы показали 14 живых подлинных историй, написанных детьми. А в Музее Анны Франк мы организовали воркшоп для детей, бывших в оккупации, для детей, писавших дневники, для детей мигрантов, которые из-за войны живут сейчас в Амстердаме. Известная художница Алевтина Кахидзе рисовала с детьми карту - от прошлого к светлому будущему.

Кстати, Амстердам находится всего в 70 километрах от Гааги, это хаб справедливости для всех, кто пострадал от военной агрессии и других международных преступлений. Мы все ждем скорейшего суда над преступниками.

Отрывок из дневника 13-летней Алины Первуниной, Херсонская область

18.03.2022

Я не хочу жити. Навіщо таке життя без тата та я ще незграбна дитина, яка сама нічого не може зробити та напевно це моє покарання, напевно, що я не змовчала, а позвонила татові не перетерпіла, якщо б я не зателефонувала татові, то все було добре всі були живі.

18.03.2022 20:36

Я ненавижу себя, почему я такая без помічна. чому всі діти грають бігають, а я на лавці сижу, я така дурна і взагалі на що я розраховую, я такою буду завжди. Відкрий лист наш я зрозумію і дам собі всі відповіді на свої запитання.

25.03.2022

Тато я сильно за тобою сумую,, я не бачу далі життя без тебя я не можу повірити що тебе нема. Я дуже надіюсь що ти в раю

Я сильно тебе люблю.

2.06.2023

Тато мама знайшла гроші і ставе тобі паметнік Я впевнена він в тебе буде найкращій люблю тебе Татко.

Эти дети голодали, пережили окупацию, гибель близких

- Кто-то из детей - авторов дневников поехал на выставку в Амстердам??

- Был Коля Костенко из Мариуполя. Мальчик провел первые 20 дней в жесткой оккупации. Сейчас он живет в Ивано-Франковской области вместе с мамой. Его картинки были представлены на выставке, мы просили его выступить. Несмотря на то, что тяжелые события происходили 1,5 года назад, он все еще напряжен, много молчит. Видно, что ему сложно с людьми.

- Из каких еще регионов детки, истории которых представлены? И в безопасности ли они сейчас?

– Мариуполь, Херсон, Харьков, Одесса... У нас есть не только дети, которые были в оккупации, но и дети, которые без оккупации пережили потерю родителей, сирены, тревоги. Половина из них покинула Украину. Кто-то переехал в более безопасные места, кто-то остался в своем городе.

Одна девочка отдала телефон своего отца, который погиб, жетон своего папы, другая - шапку, с которой переходила границу после оккупации Ирпеня. Материалов и свидетельств очень много.

- А как вы выбирали участников проекта?

- Помог Фонд «Голоса детей», который имеет доступ к детям в оккупации. Наша задача была найти ребят, которые собственноручно написали дневники, нарисовали картинки, сняли видео. Важно было их увидеть, чтобы понимать: дневники достоверны, эти дети существуют.

И мы нашли 14 душещипательных трудных историй, написанных реальными детьми. Одни голодали, кто-то переживал, что у родителей на теле не заживали раны, у кого-то бабушка с дедушкой погибли на глазах.

Отрывки из дневника 10-летнего Егора Кравцова, Мариуполь

Война

З ВС: Я хорошо поспал, проснулся, улыбнулся, встал и почитал до 25 ст.

Еще у меня умер дедушка 26:(

 У меня рана на спине, выдрана кожа сестре, ранение головы, маме выдрано мясо на руке и дырка в ноге.

Мне 8 лет, сестре 15 лет, маме 38 лет. Надо делать перевязку. Мама первая, я второй, третья сестра.

4 ПН: Я проснулся, ну как вчера улыбнулся итд. Бабуля пошла за водой, вернулась кстати. У меня скоро день рождения.

И у меня умерло две собаки и бабушка Галя. И любимый город Мариуполь, за это все время начиная за это все время начиная с 24 ЧТ

Хороший этап

12 ВС: Мы выехали из Мариуполя через Бердянск, Запорожье и в Киев на поезде. Было страшно потому что первый раз я выбрал место на втором этаже. Мы были самый последний вагон.

"Мир забывает, что у нас каждый день война"

- Кто приходит на выставку и как вы планируете дальше напоминать миру о том, что в этой войне страдают и дети?

- На открытии были послы Украины, США, Боснии и Герцеговины, Японии, Литвы, временно поверенная в делах Хорватии, заместитель посла Казахстана.

После окончания (после 24 августа. - Ред.) наша выставка поедет в Украину. Там мы проведем круглый стол с ЮНИСЕФом, уже договорились с музеем. Затем выставка поедет в семь столиц Европы и в Америку.

 Мир живет в своем экологичном пузыре и не соприкасается с той жизнью, которой живем мы. Мир начинает забывать, что у нас каждый день идет война. Это еще один фактор, который заставил меня не останавливаться. Это своего рода информационная борьба.

Мы в Украине верим, что все о нас думают и переживают, но когда приезжаешь в Европу, понимаешь, что это совершенно не так.

- Как посетители выставки реагировали на эти детские документальные свидетельства?

- Плакали. Все плакали, даже я.

Ведущей у нас была Екатерина Осадчая, был главный дирижер Амстердамской оперы. Они зачитывали дневники на английском и украинском языках - люди плакали. Это плохо, но в то же время радостно.

У нас есть все оцифрованные дневники на русском, украинском и английском языках. Пройдя по QR-коду, зрители могли перелистывать страницы дневника, смотреть видео. Это очень трогательные, болезненные истории.

Отрывок из дневника 14-летней Марии Зайцевой, Ирпень:

Ніколи в житті я не забуду той жахливий день 24.02.2022. Мама не разбудила мене, щоб я пішла до школи, а прокинувшись мені сказали, що почалась війна! Ми бачили, як у вікні пролетіла ракета, було гучно, літали літаки. Тато зателефонував мені зранку, ми домовились бути на зв'язку. 25.02.2023 я бачилась з ним (востаннє). Коли вони з бабусею хотіли виїхати з міста він телефонував мені, почулися вибухи. Тато сказав, що передзвонить. Я чекала дзвонила, але він не відповідав. Мені було невідомо, що з ним сталося. Ми 9 днів сиділи в підвалі, було дуже страшно, думали, що всі загинемо. Коли наважилися виїхати з міста, нас евакуювали. Тато не відповідав. Лише восени я дізналась від мами, що він ще тоді 25 лютого загинув разом з бабусею. Згодом від обстрілу також загинув мій дідусь, батько мами.

“Мы должны показать миру, что мы не просто плачем, но работаем, что-то делаем”

- Вам пришлось общаться с травмированными детьми, это крайне ювелирная, с психологической точки зрения, работа. Как ребята держались на интервью? Пришлось ли прибегать к помощи психолога?

- Вообще мы работали с психологами, они составили нам анкету с вопросами. Мы понимали: все дети травмированы, нельзя подходить к ним нахрапом.

Держались они по-разному. Была одна взрослая девочка, ее папа, военный, погиб в 2015 году. Она отвечала холодно, четко. Мама согласилась, чтобы мы взяли интервью у дочери, но, говорит, дочка никогда об этой истории не рассказывает. Так что одни плакали, другие вели себя холодно, кто-то перескакивал с темы на тему. Но у нас была договоренность: дети могут менять тему, никто интервью брать силой не будет.

- Что больше всего впечатлило вас в детских дневниках?

- Пугает, что дети 10, 12, 14 лет, вместо того чтобы писать, как я рад, что окончил школу или поцеловался в первый раз, детскими словами описывают ужасы войны.

Казалось бы, XXI век, война, история уже забыты, но нет - мы снова наступили на те же грабли.

- Как вам удавалось держаться, читая детские свидетельства российских преступлений, общаясь и слушая недетские истории из детских уст?

- Вы знаете, только потому и удается держаться. Хуже было бы сидеть дома, жалеть себя и причитать: ой-йой, как все плохо, мы оставили дом… Нет, у нас не все плохо. Мы должны объединяться, идти дальше, работать. Мы должны показать миру, что мы не просто плачем, но работаем, что-то делаем. Мы не беженцы - мы сильные, адекватные, интеллигентные украинцы. И так мы себя ведем в мире.

Отрывок из дневника 15-летней Виолетты Горбачевой, Новая Каховка

Як пройшов мій рік?

Колись нам у школі задавали твір на тему “Як я провів своє літо?” Ми розповідали про всі ті веселі спогади та нових друзів. Нам не подобалося життя тим, що канікули такі маленькі. Я б хотіла залишити на папері мої спогади за цей рік - лютий 2022 - лютий 2023. Багато речей ще зміниться у житті, тому треба пам’ятати свою історію.

24.02. 2022 _ 4:50

Я прокинулася від того, що мій дім похитнувся. Я майже, не впала з ліжка, тому одразу встала з нього. “Війна» - перша думка. Навіть мені сумно від того, що я одразу все зрозуміла. Вже місяць були розмови про вірогідність вторгнення російських військ, але я не вірила. Бо вірила у цивілізацію. Я помилялася, вона є не всюди. Я почала шукати батьків по нашій квартирі, щоб спитати що робити. Вони відкрили вікно на кухні, щоб хоч побачити щось. Відчули як вібрує повітря. Я пішла будити старшу сестру, але через шок я бігла. Вибухи продовжувалися. Я вважала, що бомби падають з літаків і що у будь-який момент може впасти на наш будинок. Ми відкрили штори у нашій кімнаті та я просто застигла на місці. До того моменту ми ще не були впевнені, чи то дійсно були вибухи. Тепер це було точно. На жаль. Цей вогняний дим, ніби над моєю школою у п’яти хвилинах ходьби. Ми сиділи так дві години, не розуміючи, що буде далі.

355 день війни

Не вірю, що я це пишу. За 10 днів буде рік страху, болю, несправедливості. Моєю захисною реакцією є усмішка. Росіяни брехуни та вбивці. Я не плачу, а веселю близьких. Я вистою все. Українці сильні та єдині. Світ нас чує. Я в чужому місці вже більше ніж пів року. Це факти, які ще рік тому я не підозрювала знайти у своїх думках.

Що вони з тобою зробили? Саме це питання у мене, коли я бачу фотографії свого рідного розбомбленого міста. Моя рідна Нова Каховко. Я не можу думати про тебе і не плакати. Одна думка про те, що у мене забрали мою історію, 13 років мого життя, розриває мені душу. Усі ті місця, люди… Їх більше немає. І чому тільки у такі часи ми реально починаємо цінувати усі ті елементарні речі? Сім’я та цілі - усе, що в мене залишилося. Ніколи не погасне мій вогонь, любов до творчості, світу. Але 13 років стали суцільними спогадами, фотографіями.

Але ми маємо майбутнє. І за нього будемо боротися. Ми не будемо мовчати, наш крик почують всі! Ми можемо змінити світ, я це зрозуміла за цей рік. Усе в наших руках, маленькі кроки - великі дистанції: 30 мільйонів 680 тисяч моментів. Вони позаду. Але скільки ще попереду. Хочу, щоб люди жили зараз, у миті. Це все що ми маємо. Нам невідомо завтра, вчора не повернеться, Це те, щоб ми точно зрозуміли. Якою мовою ми б не говорили, кажіть “Дякую», “Я тебе люблю», «Я зможу». Бо це правда.