Выборы в оккупации: нарисовали явку в 94% - «голосовали» даже те, кто там не живет

Жителям оккупированных Россией регионов Украины пришлось принять участие в фарсе, который в РФ почему-то называется голосованием или выборами в «местные органы власти». До полноценного легитимного плебисцита России еще далеко, а вот проводить подобные мероприятия на захваченных территориях чужой страны запрещает Четвертая Женевская конвенция. Но когда это россияне чтили конвенции и уголовный кодекс?

Ставьте галочку вот тут

Сложилось ощущение, что в РФ решили воплотить в жизнь все анекдоты и шутки о выборах. В самой «великой державе» голосовали дистанционно (говорят, даже не нужно было ничего нажимать, аппараты без лишних команд выдавали надпись «Спасибо, ваш голос учтен», пока незадачливый избиратель вертел головой в поисках нужной кнопки). К слову, дистанционное голосование, продолжавшееся почти неделю до основного, поражало обилием и разнообразием локаций. Бюллетени заполнялись возле мусорников, на коленках, у калитки дома, на рыночных прилавках…

В «ЛДНР» и захваченных районах Запорожской и Херсонской областей голосовали на дому – дескать, районы опасные по обстрелам, а членов избирательных комиссий, видимо, было не очень жалко, поскольку они путешествовали с урной и кипой бюллетеней по домам и квартирам сутками напролет. Повсюду их сопровождал вооруженный охранник, а то и два. Охраняли то ли от диверсантов, которые могли бы покуситься на святую опечатанную урну, то ли от возбужденных избирателей, алкавших от России льгот и повышения пенсий, а дождавшихся только закрытия шахт и подорожания яиц.

- В Херсонской области россияне ездили по домам в фургоне. Сначала из него выходили вооруженные люди. Оружие с собой у них, было, разумеется, ради прозрачности и объективности выборов! Потом члены избирательной комиссии с урной. Какая тайна голосования, какая честность? Старикам пальцем показывали, где галочку ставить. Те еще и «спасибо» говорили за помощь! – поделились жители региона в соцсетях.

А кто ходил голосовать?

Изо всех регионов поступали сообщения: к кому-то заходили, а к кому-то нет. Причем последних было больше. Но самое веселье началось в первый день триединого дня голосования (не забывайте – мы имеем дело с Россией, где нет ни совести, ни логики), когда плебисцит стал очным, а не дистанционным.

«А кто ходил голосовать?» - был самый популярный вопрос в соцсетях в эти дни. Большинство пользователей клялись, что не ходили и не собирались. Остальные божились, что сходили сами и семью привели, все семнадцать человек, включая младенцев. Им не верили, разговор уходил в оскорбления и массовую блокировку.

В то, что «не ходили» верилось больше. Хотя бы потому, что, например, в Донецке эти выборы готовились в обстановке такой строгой секретности (диверсанты не дремлют!), что организаторы позабыли сообщить людям, где находятся избирательные участки. Желающие узнавали друг у друга и в «интернетах». День голосования в пятницу прошел в пустую (впрочем, 30% явки оккупированные регионы торжественно нарисовали), в субботу в донецких чатах появился номер городского телефона, позвонив по которому, можно было узнать, где же проголосовать.

Скучно, товарищи!

Избиркомы разместились в школах, рассудив, что если «злые» ВСУ шарахнут по избирательному участку «Хаймарсом», то в сводках новостей будет фигурировать именно школа/дети и пусть весь мир содрогнется. Но Вооруженным силам Украины то ли было искренне наплевать на псевдовыборы, то ли нашлись дела поважнее (в последние дни ВСУ зашли в поселок Опытное в 3 километрах от Донецка, чем изрядно напугали боевиков.

По школам никто не бил, разве что из Авдеевки в субботу запустили в сторону Донецка флаг Украины на воздушных шарах. Как же удрученно тарахтели автоматы боевиков на утренней заре, пытаясь сбить паривший флаг! Как возмущались в соцсетях пропагандисты – «Проглядели, прошляпили!», как грозили найти и отомстить! А уж как улыбались проукраинские жители Донецка, пряча эмоции от посторонних глаз…

Весь избирательный паноптикум происходил в России: там вбрасывали бюллетени сотнями, играли в «карусель» (голосовали не на своих участках) подвозили избирателей (запрещено законом), агитировали в день голосования и все прочее, что для всего мира в принципе зазорно, а в РФ – в порядке вещей. В оккупированных районах было настолько скучно, насколько все это не имело смысла. Было понятно и так: победит «Единая Россия», прежние «главы республик» останутся на своих местах, всем спасибо, осталось немного потерпеть – и вот-вот начнем процветать…

Голос за ЛДПР из вредности

Так голосовали в оккупации или нет? Голосовали. Визуально – единицы, в личном общении члены избирательных комиссий роняли, мол, могло бы быть людей и побольше. Практически во всех оккупированных районах избирательные участки закрылись на час раньше – в воскресенье желающих голосовать практически не было.

Портили бюллетени? Портили. Из вредности даже голосовали за ЛДПР (выкидыши Жириновского практически везде заняли второе место и теперь будут развлекать местные «парламенты» очередными убойными идеями. К слову, ЛДПР предложило Госдуме РФ в 2014 году убрать из всех бюллетеней для голосования графу «против всех». Вот, в оккупированных районах и убрали.

- Голосовали за ЛДПР, потому что по Донецку в «народный совет» или в «городской совет» от этой партии идет хирург Эмиль Яковлевич Фисталь. Его я хотя бы знаю, его весь город знает и вся область. Кто остальные кандидаты – не знаю и знать не хочу. Пушилина еще знаю. на этом все, - прокомментировал житель Донецка Юрий Астанин.

И сколько их, проголосовавших? К этому вопросу оккупированные территории подошли просто феерично, нарисовав явку в 94,34% («ДНР»), 72,53% («ЛНР»), 65,14% в Херсонской области и около 70% - в Запорожской (понятно, речь идет об оккупированных районах). В самой России явка избирателей составила в среднем очень скромные 43,5%.

Можно было и обойтись

Конечно, никто пока не скажет откровенно, откуда взялись 94% проголосовавших «жителей ДНР», если избирательные списки составлялись там же, на избирательных участках – голосующих просто записывали в таблички. Сколько вообще «жителей ДНР» существует в природе, кто их считал и сколько избирательных единиц уже перемололось в фарш где-нибудь под Бахмутом? Или их компенсировали плохо говорящие по-русски «иностранные специалисты» из Средней Азии, так же плохо ремонтирующие дороги, но готовые голосовать за кого угодно и где угодно, если начальник велел.

Неужели кто-то всерьез воспринял «бюллетени» без фамилий и без степеней защиты? Или «наблюдателей» - неизвестных людей с китайско-бурятской внешностью, которые фигурировали только в роликах о «честном и открытом» голосовании в соцсетях, а в реальности их никто не видел? И мог ли кто-то подумать, что «темная лошадка» - партия «Новые люди» вдруг перескачет провластную «Единую Россию»? Интриги не случилось, «едросам» нарисовали от 74 до 83%, хотя с таким же успехом могли нарисовать любые другие цифры больше 70%. Населению было настолько все равно, что тема голосования или выборов даже не обсуждалась вживую – ни в очередях, ни в автобусах, ни на лавочках у подъездов. В соцсетях же ломались копья и убеждения, отборная брань лилась рекой – народ отводил душеньку, понимая, что смысла в любых голосованиях и выборах на оккупированной территории нет.