FT: «Глобальный Юг» – вредный термин, от которого лучше отказаться

Сформулировать выражение всего из двух слов, содержащее в себе пренебрежение, фактическую неточность, противоречивость и которое служит катализатором политической поляризации, довольно трудно. Но глубоко вредоносный термин «Глобальный Юг» справляется с этой задачей с легкостью.

Это выражение, очевидно, происходит из современного постколониального дискурса, в частности, он берет свое начало в трудах американского активиста Карла Оглесби о войне во Вьетнаме. Но в последние годы он стал дескриптором для всех стран с низким уровнем дохода: от самых бедных и наименее развитых стран до гигантов со средним уровнем дохода, таких как страны БРИКС. Некоторые из последних, в частности Китай и Россия, имеют давние исторические и даже современные империалистические традиции, пишет в статье для Financial Times журналист Алан Битти.

Термин относится даже к Чили (географически самой южной стране мира), которая является членом клуба богатых стран ОЭСР и имеет ВВП на душу населения не меньше, чем Болгария, страна-член ЕС.

На первый взгляд, Глобальный Юг – это просто удобный термин для обозначения стран с низким и средним уровнем дохода. Как таковой, он может дополнить или заменить формулировку «развивающейся страны», которая традиционно используется экономистами по вопросам развития. Или еще Международная финансовая корпорация - подразделение Всемирного банка, работающее с частным сектором - использовала маркетинговый термин «формируемые рынки».

Даже тогда эта категория имела некоторые очевидные и довольно комические противоречия. Она глобальная, но по определению игнорирует целое полушарие. Собственно термин охватывает Россию, чья территория включает в себя половину арктического побережья, но не Австралию в южном полушарии. По некоторым данным, Австралия, столица которой находится в 10 часах к востоку от меридиана, находится в «западном мире», и это еще одна очень проблематичная концепция.

На самом же деле термин «Глобальный Юг» совсем не нейтрален. Он предполагает коллективную идентичность, на самом деле охватывающую широкий спектр условий и интересов. Индия, например, в этом году созвала виртуальный саммит развивающихся стран, который самоуверенно назвали «Голос Глобального Юга». На нем амбициозно заявили о «единстве мысли, единстве цели».

Но взгляды Индии на определенные вопросы не идентичны взглядам других развивающихся стран. К примеру, неравный доступ к вакцинам от Covid во время пандемии, когда производители из богатых стран оставили вакцины для себя, справедливо вызвал возмущение в бедных странах и способствовал утверждению идентичности Глобального Юга. Однако Индия была одним из тех производителей, которые ввели фактический запрет на экспорт, когда внутренние запасы производимых ею вакцин оказались под угрозой исчерпания.

Изменение климата – еще один красноречивый пример. Будучи значительными промышленными силами, крупные страны со средним уровнем дохода, такие как страны БРИКС, особенно заинтересованы в том, чтобы избежать высоких цен на выбросы углерода. Индия и Китай, как известно, саботировали обязательства, принятые на саммите в 2021 году по вопросам изменения климата, прошедшего в Глазго. Решение предусматривало поэтапный отказ от использования угля. Однако Пекин и Нью-Дели решили проигнорировать интересы бедных малых островных государств, которым грозит повышение уровня Мирового океана.

«Сейчас страны БРИКС используют нарратив о конфликте между богатыми странами и Глобальным Югом против другой политики – механизма углеродного пограничного регулирования ЕС, который будет облагать налогом импорт, чтобы выровнять стоимость выбросов с его торговыми партнерами», - приводит пример автор.

Он признает, что решение ЕС, может быть, было не до конца продуманным. Однако новое правило не понравится и богатым странам тоже. США, не имеющие национального режима ценообразования на выбросы углерода, используют угрозы возобновления тарифов на сталь и алюминий, чтобы уговорить (или запугать) очень неохотный Брюссель освободить их от углеродного налога путем заключения нового трансатлантического соглашения.

В этой поляризованной атмосфере такие страны, как БРИКС, сами не имеющие согласованной общей позиции по сокращению выбросов, склонны отступать к нереалистичным и оборонительным позициям, в целом предполагающим, что богатые страны должны смириться с утечками углерода, выделяя при этом сотни миллиардов долларов льготного финансирования для облегчения глобальной "зеленой" адаптации. В этом, может быть, и есть доля глобальной справедливости, и развитые страны, непременно, могли бы сделать еще больше для решения трудности конфигурации климата. Но это политически неправдоподобное требование, которое не получит международного консенсуса.

На самом деле, страны находятся на непрерывном спектре доходов, который, кстати, не совпадает с другими категориями, включая равенство, здравоохранение, образование, геополитическую лояльность, географию, религию или этническую принадлежность. Произвольные попытки втиснуть разные страны в коллективную идентичность, неточно названную по стрелке компаса, скрывает больше, чем освещает. Ярлык «Глобальный Юг» предвзят и неточен, и публичной дискуссии было бы лучше без него.